Куда идем мы 5
Шрифт:
— Можно подумать, ты, блин, в Йошкар-Олу едешь… — надулся Псих. — Здесь дорога одна — в Челябу.
— Я, хе… Я — другое дело, — надулся от важности двигатель дрезины. — Я — дипломатический представитель со своей миссией.
— Хреновый ты дипломатический представитель, — нахально заявил лягушонок и без спроса залез на дрезину. — Подвинься… Иначе знал бы то, что уже всем окрестным демонам известно. Михалыча какие-то бродячие монахи вылечили, и он на радостях всех демонов разбанил. Объявил свободное проживание демонам в Челябе. При условии выполнения всех законов, конечно, и с испытательным сроком. Я, как
— Ни фига себе, ты, зеленый, борзый, — хмыкнул ушастый, но не зло, а скорее даже с неким одобрением. — Как тебя звать-то хоть?
— Кермин! — быстро нашелся Псих.
— А меня Че. Вот что, Кермин, рычаг видишь? Хватай его и давай дергай туда-сюда. Это будет твоей платой за проезд. И давай, рассказывай, что там в Челябе случилось.
— Да я сам не особо много знаю, — признался Псих, налегая на рычаг всем телом. — Говорю же, пару дней назад в Челябу пригребли какие-то монахи-странники. Говорят — из самого Владивостока пришли, но это, конечно, врут. Магнитогорские, думаю. Те вечно везде шарятся, куда не ткнешься — там уже магнитогорские что-то мутят…
Через полчаса Кермин и Че были уже лучшими друзьями и активно болтали, перебивая друг друга.
— Да не «не звезди», а слушай папку! — горячился Че. — Папка врать не будет. Ты что думаешь, с ультиматумом кого попало пошлют?! Да меня в Чебаркуле все пацаны знают, да я с Крамом практически каждую неделю общаюсь. И если я тебе говорю — он ее еще не трахнул, значит — не трахнул!
— Гонишь! — безапелляционно мотал головой Псих-Кермин. — Чтобы мужик красивую бабу три года поил, кормил и спать укладывал, да так и не трахнул — такое может быть, только если он педик. Ты хочешь сказать, что Крам педик?
— Сам ты… — взвился Че, но осмотрительно не стал договаривать. — Ты вообще чем слушаешь? Я же тебе говорю — еще в первый вечер, когда эту Любу только-только привезли, какой-то старый уже маг, из лосей, рогатый такой, подарил ей, значится, ночную рубашку на свадьбу, красивую, с вышивкой. А она — хренась, и артефактом оказалась. Да еще пакостным таким! Как будто под кожу втянулась, а когда Крам эту Любу мацать начал, у нее из-под кожи — хренась! — и иголки выскочили. Да не просто иголки, а с ядом, Крам потом с перемотанными культяпками неделю ходил, пока зажило. Он, конечно, кинулся этого лосяру искать, но того, разумеется, давно уже ищи-свищи. Лоси, они знаешь, как по лесам бегают?
— Знаю, — кивнул лягушонок. — Ну если она такая бесполезная, но нафига ее Крам держит? Выгнал бы ее давно или поменялся с Михалычем на что-нибудь.
— Да фиг его знает, — честно признался Че. — Если по чесноку, то Крам вообще странный какой-то. Ты же слышал про его артефакт? Он с ним сто раз уже мог всех людей из Челябы выгнать, а самому город занять и всю локацию себе отжать. Ему пацаны давно говорят — босс, давай жахнем, сколько можно в этом Чебаркуле сидеть, в озерах купаться? А он мутит что-то, типа — не время еще, подождать надо, сейчас год на переломе, Сатурн в созвездии Весов и всю такую чушню. Он реально на эту астрологию западает, вечно сидит, какие-то таблицы рисует.
— А вы что?
— А что мы? Мы сидим, ждем, в озерах
— Так а с Любой этой у него что? — вернул разговор на нужную тему Псих.
— А что у него с Любой? — удивился Че. — С Любой у него все понятно. Он просто запал на эту Любу, вот и все. Вбил себе в голову, что у нее эти иглы по желанию выскакивают. Мол — когда она меня хорошо узнает, то сразу влюбится в меня, иголки выпускать перестанет — тогда-то я ее и трахну. Розовые сопли до земли, короче, как у всех, кто на бабу всерьез запал. Но мне лично пофиг — хочет ждать, пусть ждет, лишь бы меня не трогал, учения не устраивал и кроссы по пересеченной местности бегать не заставлял. Но он реально на нее запал. Вчерашний алканавт что-то пару раз про Любу крикнул — он так разозлился, аж побелел весь, и меня ни свет, ни заря с ультиматумом к Михайлычу отправил.
— А что там, в ультиматуме-то? –небрежно поинтересовался Псих-Кермин.
— А я знаю?! — пожал плечами большеухий. — Там же запечатано все. Дипломатическая почта, все дела.
— Понятно, — кивнул Псих, узнавший все, что хотел, и принял свой настоящий облик. Ушастый демон даже крикнул от неожиданности.
— Ты! Это ты?!
— Да я, я. Успокойся, не буду я тебя убивать. Что тебя убивать, ты нормальный пацан. Ты вот что, Че. Дай-ка мне этот конверт запечатанный, а сам действительно езжай в Челябинск, и оставайся там жить. Михалычу скажешь — Псих у меня все отобрал, велел меня куда-нибудь к делу пристроить. Ну все, все, успокойся. Дурить не будешь?
— Не буду, — мрачно сказал Че. — Я тебя вчера в деле видел. На, держи конверт. Все, я могу ехать?
— Погоди. Документы у тебя есть?
— Есть.
— Дай сюда.
— На.
— Ты смотри, даже с корочкой. Имя — Че, фамилия — Боксаров, звание — старший сержант… Все нормально.
Псих сложил корочку и спрятал ее в карман.
— Ехай.
г. Чебаркуль
Чебаркульский сектор,
Челябинская локация
54°58? с. ш. 60°22? в. д.
К Чебаркулю Псих прыгнул порталом. Там он привычно превратился в шмеля и полетел обследовать санаторий «Кисегач». Комнаты плененной Любови он нашел без труда, но вот беда — вокруг молодой женщины (действительно — очень красивой) толклось множество служанок, горничных и прочих кухарок. Псих уже отчаялся застать предмет своего интереса в одиночестве и всерьез задумался о засаде в туалете. Но в этом случае внезапное появление незнакомого демона практически с гарантией ставило крест на возможном сотрудничестве, а обезьян крепко на него рассчитывал.