Куда идем мы 5

Нестеров Вадим

— Давайте поговорим без лишних ушей, — пояснил свои действия он. — Во-первых, я рад знакомству с вами, уважаемый Псих. Не могу сказать, чтобы в Челябинске сильно интересовались демонами, но про вас даже мы наслышаны.

Псих сдержанно кивнул.

— Во-вторых, я очень хотел бы понять — каким образом вы собираетесь лечить Михалыча? Когда мы поймем это, можно будет думать о дальнейших действиях.

Повисла недолгая пауза, потом Псих, наконец, открыл рот.

— У меня встречный вопрос: что вам известно о медицине демонов?

Чиновник пожал плечами.

— До сего момента я полагал,

что она ограничивается анестезией посредством бития дубиной по башке. О чем вы, какая медицина может быть у дикарей? Максимум — водка с перцем от простуды, водка с солью — от поноса.

— И тем не менее она существует, — улыбнулся Псих. — Несколько столетий — вполне достаточный срок, чтобы худо-бедно научиться лечить себе подобных. Особенно при возможности заимствования достижений более высоких цивилизаций. У нас, конечно, немного другие болезни, но, жить, знаете ли, все хотят. Именно поэтому врач — она из первых возникающих профессий что у людей, что у демонов, что у любого другого социума. Правда, наша медицина пошла немного по другому пути и больше напоминает традиционную китайскую, чем европейскую. Не могу сказать, что я знаю медицину демонов профессионально, но за свою долгую жизнь кое-каких знаний я нахватался.

— А при чем тут Михалыч? — сухо осведомился Дулин. — Вы же сами сказали, что болезни у людей и демонов разные. Как же вы его лечить собираетесь.

— Во-первых, я сказал «немного другие болезни». Основа все равно одна. Более того — даже у людей и животных список болезней во-многом общий, спросите у любого ветеринара — что уж говорить про демонов. Во-вторых, — и Псих достал сорванную вчера листовку, — здесь весьма подробно изложены все симптомы болезни Михалыча, как вы его называете. Если это описание корректно, то я почти уверен, что знаю — чем болен ваш мэр.

Чиновник задумался почти на минуту. Потом сказал:

— Допустим. Что вам надо, чтобы начать лечение?

— Во-первых, осмотр пациента. Я должен удостовериться в диагнозе.

— Исключено! — сразу отрубил чиновник. — Михалыч часто приходит в сознание, а к вашему брату он относится весьма э-э-э-э нервно, скажем так. Если он очнется и увидит рядом с собой демона — это станет для него настоящим шоком и, скорее всего, это потрясение убьет его. Нет, об этом не может быть и речи.

— А если я буду под личиной?

— Без разницы, — покачал головой чиновник. — У Михалыча проницательность прокачана почти под пробку — это одна из главных характеристик для любого политика. Он увидит вашу суть под любой личиной.

— Если мэр не может смотреть на меня, — спокойно сказал Псих, — сделаем по-другому. Я умею определять пульс по шелковой нитке, привязанной к руке больного. Мне нужно послушать верхний, средний и нижний пульс. Я дам вам три нитки и покажу — куда привязать каждую. Сам я буду в соседней комнате и ваш Михалыч будет гарантирован от неприятных неожиданностей.

Обезьян вырвал у себя из хвоста три волоска и дунул на них, превратив в три длинные нитки золотого цвета.

Примерно через полчаса Псих под взглядами Четвертого, одновременно удивленными и подозрительными проводил осмотр — натягивал и ослаблял нитки, привязанные к его длинным обезьяним пальцам.

При этом он что-то неразборчиво бормотал

себе под нос. Потом крикнул Дулину:

— Достаточно! Теперь перевяжите нитки на правую руку.

Сцена повторилась.

— Вон оно чё, Михалыч… Все, я закончил! — минут через пять крикнул Псих Ивану Сергеевичу. — Отвязывайте нитки и возвращайтесь сюда.

Пока чиновник шел обратно, нити были вновь превращены в волоски и вернулись на свои места.

— Михалыч пришел в себя, но я ему все объяснил, — заявил явно волнующийся Дулин еще в дверях. — И он одобрил мои действия. Ну, что скажите?

— Да у меня все записано, — махнул рукой Псих. — Сейчас зачитаю.

— И погромче читай, демон! — раздался вдруг сварливый голос из соседней комнаты. — Чтобы я тоже слышал! А то ты у меня быстро самоликвидируешься.

— Как скажете! — закричал Псих зычным голосом. — Вот, извольте. Нижний пульс на левой руке бьется очень сильно и напряженно; средний пульс — неровный и медленный, верхний пульс — в середине слабый, а по сторонам — сильный и глубокий. На правой руке нижний пульс поверхностный и быстрый, средний пульс запаздывающий и неровный, а верхний пульс частый и тяжелый.

Итак, то, что на левой руке нижний пульс сильный и напряженный, означает болезнь сердца, которое недостаточно заполняется; то, что средний пульс неровный и замедленный, указывает на потливость и слабость мускулов, то, что верхний пульс слаб в середине и глубок по сторонам, свидетельствует о том, что моча красного цвета, а при испражнениях бывают выделения крови.

То, что на правой руке нижний пульс поверхностный и быстрый, доказывает, что закупорены внутренние артерии, то, что средний пульс дает перебои, подтверждает застой пищи и жидкости в желудке, а то, что верхний пульс частый и тяжелый, дает основание утверждать, что у вашего мэра периодически случаются «эмоциональные качели» — почти мгновенные переходы от эйфории до чувства безысходной тоски и одиночества. Не исключены панические атаки.

Таким образом, после осмотра правителя города можно констатировать, что мой первоначальный диагноз полностью подтвердился. Болезнь известная и излечимая, хотя среди людей весьма и весьма редкая. Возникает, правда, вопрос — что спровоцировало столь быстрое и жесткое протекание болезни? И я, пожалуй, поставлю на сильное эмоциональное потрясение, возможно — потерю близкого человека.

— Не врет, тварь харамная, — раздался скрипучий голос мэра. — Все так и есть. Дулин, дай ему что попросит, пусть лечит, рожа звериная. Слышь, ты, демон, если на ноги меня поставишь — не обижу. Дам, что захочешь, слово даю.

— Что нам теперь делать, я вас внимательно слушаю… — обратился к Психу чиновник. Глаза Дулина сияли надеждой

— Теперь? Теперь дайте ему молочный сахар, или, как его ваши врачи называют, моногидрат лактозы. Он не вылечит, но симптоматику снимет, вашему Михалычу должно стать легче. А я пока займусь изготовлением лекарства.

— Какие ингредиенты вам понадобятся? — поинтересовался Дулин. — Мы все предоставим.

— Ага, так я тебе и сказал, — хмыкнул Псих. — Рецепт снадобья — коммерческая тайна. Пусть доставят в гостиницу все ингредиенты, что есть в ваших аптеках, грамм по сто каждого. Я сам отберу нужные.