Куда идем мы… - 3
Шрифт:
У них получилось!
Им не удалось полностью снять проклятье, но они смогли облегчить страдания ребенка. Младенец перестал орать как резанный и первый раз за неделю заснул. Отец опять чуть было не сбрендил – но уже от счастья. Он сразу же сделал этих троих своими придворными магами, и они теперь каждый день с утра снимают ему боль – как раз на сутки хватает. А всех облажавшихся человеческих магов городской голова велел отправить на земляные работы – мол, если у них голова как следует не работает, пускай приносят пользу обществу физическим трудом. Вон они все – у
И он кивнул на «строителей», еще недавно бегавших с тачками.
– Занятная история, – согласился Псих. – А с демонами-то что?
– Точно! – хлопнул себя по лбу толстый. – Самое главное-то я забыл сказать. Когда он трех демонов спросил про награду, госпожа Золотые рога, которая у них за главную, сразу сказала – нам, говорит, ничего не надо, мы и так твоего пацана лечить будем…
– За еду, гы-гы… – влез с репликой один из надсмотрщиков.
– Очень смешно! – фыркнул толстый. – В общем, говорит она ему, все, что мы просим, – разреши, дорогой голова, демонам невозбранно жить в городе. Сам, мол, видишь, и мы можем быть полезными. Тот, конечно, согласился и теперь Ачинск общий город. Любой демон может прийти и жить здесь совершенно спокойно.
– А человек? – спросил Псих.
– И человек тоже, – кивнул демон. – Говорю же, общий город. Если только человек не маг, конечно. В смысле – не хилер или не бафер, боевых магов не трогают. А лечилок сразу во дворец ведут, наследника выздоравливать. Ну а если вылечить у них не получается – а не получается у всех – они отправляются сюда, к нам. Пополняют, так сказать, состав нашего военно-строительного отряда.
– Понятно, – кивнул Псих. – Заманчиво, конечно. А люди местные как к демонам относятся?
Толстяк скривился.
– По-разному, если честно. С толерантностью у нас в обществе пока еще большие проблемы.
– Я так и думал, – кивнул Псих и встал. – Ну ладно, мужики, спасибо за информацию, пойду я сам теперь обстановку разведаю. Торговля – оно дело такое… Счастливо вам здесь оставаться, разжалованным пилюлькиным пламенный привет.
– Кому? – не поняли охранники.
– Неважно, – сказал Псих и ушел.
Когда вернувшийся из разведки Псих закончил рассказ, свин отреагировал первым:
– Не нравятся мне местные замутки. – признался Жир. – Это дерьмо плохо пахнет.
– Согласен, – кивнул Псих. – Когда дело касается межнациональных отношений, дерьмо из людей прет просто в геометрической прогрессии.
– Каких отношений? – спросил Тот.
– Межвидовых, – поправился Псих. – В общем, я бы поберегся и Ачинск обошел стороной. Это все еще красноярская локация, босса локации мы уже зачистили: гуппи, я думаю, сейчас вовсю осваивает прибрежные воды острова Рикорда. То есть теряем мы только очки за отметку подорожной, а вот проблем можем приобрести с избытком.
– Почему? – затупил Тот.
– Потому, тормоз, – ответил ему грубый свин, – что Босс, как и все небоевые монахи, является классом поддержки, то есть теми самыми хилами и баферами.
– Понял, – сообщил всем Тот. – Не надо нам туда ходить, потому
– Я смотрю, у нас консенсус, – заметил Псих. – Все «за», что лучше город обойти стороной и не лезть в это мутное дело?
– Не все, – подал голос молчавший до сих пор Четвертый. – Система против. Мне только что квест упал на снятие проклятия с сына градоначальника. Штрафы за отказ традиционно безумные.
– Твою мать! – Псих в сердцах стукнул кулаком по земле. – Сходили, блин, за хлебушком. Один раз решили без приключений обойтись. Ага, щас!
В город пошли вечером, протусовавшись весь день в окрестностях Ачинска. Во-первых, Псих настоял, чтобы Четвертый просмотрел все, что было о проклятиях в закаченных клановых справках. Во-вторых, обезьян заявил, что вечером никто не поведет их к спящему ребенку и, следовательно, у них будет время как минимум до утра.
Как это обычно и бывает, разработанный план полетел под откос с самого начала – на входе Четвертого под стражу не взяли. Зевающий стражник на воротах, открыв калитку, довольно-таки злобно посмотрел на их компанию, после чего сделал шаг в сторону, натянул на лицо улыбку и заученной скороговоркой оттараторил:
– Добро пожаловать в Ачинск, господа демоны, мы рады вас видеть в нашем прекрасном городе. Указом городского головы проживание демонов в Ачинске дозволяется без каких-либо ограничений.
– Сань, кто там? – крикнули из караулки сочным баритоном.
– Опять демоны приперлись! – заорал Саня в ответ. – Страшные, как твоя теща! И ходют и ходют! Как будто медом им здесь намазано.
– А и намазано! – подтвердили из караулки, и оба собеседника заржали.
Удивленный Четвертый попытался было пискнуть о том, что он не демон, но пока монах собирался с духом, Саня уже закрыл калитку на засов и скрылся в караулке, хлопнув дверью.
– Что делать будем? – спросил расстроенный монах.
– Забей! – посоветовал опытный в караульной службе свин. – В караулку можно даже не стучать, им никому, кроме начкара, открывать не положено, они и не откроют. Пошли лучше в мэрию, подорожную по любому тебе заверять идти. Там-то тебя и примут тепленького под белы рученьки. Только постарайся договориться, чтобы сначала подорожную отметили, нам очки лишними не будут.
В мэрии на приеме сидел какой-то чрезвычайно облезлый и обсыпанный перхотью чиновник предпенсионного возраста, который до того не хотел работать, что ему даже говорить было лень.
Увидев просунутую в дверь голову Четвертого, он сперва укоризненно покачал головой, намекая на поздний визит и махнул рукой, подзывая визитера поближе. Когда монах приблизился, столоначальник постучал по столу, требуя документы.
Пожав плечами, Четвертый положил на стол подорожную. Чиновник хищно цапнул документ, профессионально стукнул печатью и поставил закорючку подписи. На все про все ушла секунда, не более. Исполнив свои профессиональные обязанности, облезлый вопросительно посмотрел на Четвертого с выражением «Ты еще здесь?».