Куда идем мы… - 3
Шрифт:
По счастью, выбросило обезьяна на самой высокой точке острова. По рассказам Четвертого демон примерно понимал, где расположен монастырь. Предположив, что академку обустроили на противоположном конце острова, Псих быстро сориентировался и зашагал в выбранном направлении.
– Какие гости к нам пожаловали! – вдруг раздалось впереди.
Псих на всякий случай выдернул посох, но голос продолжил:
– Да не дергайся ты! Я это. Не узнал, что ли?
Из-за деревьев вышел бывший гроза Еврейской локации, мутировавший медведь Черный, первый предводитель
– А у нас сигналка на портал сработала, – пояснил Черный. – Вот я с желторотиками и метнулся посмотреть – что, где и куда. Знакомься, мои выкормыши.
И он кивнул на сопровождавших его демонов.
– Пытаюсь из них бойцов сделать. С переменным, правда, успехом. Никак мне не удается им доказать, что в голову можно не только есть, но и использовать ее по-другому назначению. Кстати, не проведешь с ними пару спаррингов? Чтобы эти придурки посмотрели, как олдскул работает, и поучились мудрому, доброму и вечному.
– Как-нибудь в другой раз, Черный, – пообещал Псих. – Сейчас со временем совсем кисло. Четвертого в любую минуту сожрать могут.
– Это пацана твоего? – хмыкнул Черный. – Наслышан, наслышан. Это только я, еврейская деревенщина, мог так лохануться – вцепиться в рясу, а подлинное сокровище просмотреть. А ведь мог бы уже бессмертным быть! Ладно, раз торопишься, пойдем, отведу. А по дороге поболтаем.
– А чего бы не поболтать? – согласился Псих. – Как вы тут вообще?
– Да нормально, – заверил медведь. – Думал, хуже будет. Штанский и Гуа люди адекватные, рулят жестко, но горло не передавливают и жить дают. Опять же – война с черными идет. Они уже трижды к нам на остров прорываться пытались.
– И что? – заинтересовался Псих.
– Ну как что? Кровью умылись и откатились обратно, – с явно различимым оттенком гордости сообщил Черный. – У нас здесь на острове ребята резкие собрались. В том числе и твоими стараниями, кстати.
И медведь заржал.
– Знаешь, как тебя здесь называют? «Эйчар». Ну типа ты рекруитер, кадры нам набираешь. В последнее время, действительно, новичков как посыпалось. И все матерые – те же лисы-братаны. Крутые ребята, кстати, я с ними на пару вылазок к черным ходил, уважение не вопрос. Потом Федор опять же – тоже твой крестник.
– Какой Федор? – не понял Псих.
– Да кот Федор! – напомнил медведь. – Завхоз наш. Вот уж реально – подарочек нам сделал. У этого кота не голова, а дом советов. Как только он пришел – кланхран расти начал, как тесто на дрожжах. Раньше путевой пухи на вылазку не допросишься, а теперь еще и перебираешь на складе – что лучше под задачу подойдет. Вот уж точно – призвание у человека дела мутить. Не знал бы, что демон, подумал бы, что еврей. С другой стороны, этот кошара локацией рулил, что ему наша академка?
– Уже наша? – хмыкнул обезьян. – А когда тебя сюда вербовали, ты как-то не очень рвался.
– Не, ну а чо? – ничуть не смутился медведь. –
– То есть, ты сейчас вполне лояльный член клана? – поинтересовался Псих.
– Абсолютно! – подтвердил Черный. – Страстный приверженец корпоративных ценностей. Мне этот обруч на голове я уже и не помню, когда включали.
– Мне тоже! – засмеялся Псих, и оба носителя золотых диадем искренне заржали.
– Я свой уже и снять предлагал, – сообщил обезьян, – но Гуа заявила, что это принципиально не снимаемый деайс.
– Во-во! – подтвердил медведь. – Меня она той же байкой лечит.
– Кстати, а как наш третий собрат по обручу поживает? – поинтересовался Псих.
– Ты про Красного Ребенка? – оживился Черный. – Там вообще чума реальная случилась, короче, ты не поверишь. Ты вообще в курсе, что его монашество заставили принять, и он теперь у вашей группы официальным дублером числится?
– Конечно в курсе, это все при мне было. – кивнул Псих.
– Так вот – Гуа его не то что сломала, она ему каким-то образом мозги перенастроила. Это реально высший класс вербовки. Он не просто согласился дублером быть, он теперь серьезно в этот проект «Система +» поверил и конкретно своим монашеством заморочился. Пацан теперь сутры учит, молитвы читает, а ведь отморозок был – пробы негде ставить! Гуа говорит – Красный Ребенок теперь развивается не хуже, чем Четвертый. Только не в аскетизм и святость, а в боевое монашество, разумеется. И он реально в гору попер, прогрессирует, как подорванный, несмотря на смену класса. Я его уже побаиваюсь. Мне кажется, он Гуа со временем догонит. Мы, кстати, пришли. Мне начальству доложиться надо, я к Гуа. Ты со мной?
– А давай, схожу, – с деланым равнодушием согласился Псих. – На красивую женщину всегда посмотреть приятно.
Гуа сидела за столом и что-то быстро писала. Едва хлопнула дверь, она бросила быстрый взгляд на вошедших. В этот самый момент Псих быстро, как настоящая обезьяна, вытянул губы трубочкой. Ресницы Гуа качнулись вниз, и она чуть заметно кивнула, подтверждая – «сигнал принят».
– Ну что там с порталом? – поинтересовалась она у Черного. – Сколько я понимаю, это хамовитый обезьян к нам прыгнул?
– Именно так, – кивнул Черный. – Был задержан и доставлен.
– Я попрошу! – запротестовал Псих. – Просто доставлен. Рад тебя видеть, Гуа.
– Недавно же вроде виделись? – делано удивилась куратор и, не дожидаясь ответа, поинтересовалась. – Как там вообще у вас дела?
– Да все как обычно, – досадливо махнул рукой обезьян. – На Енисее застряли, возле Железногорска. Четвертый, как всегда, в плену у безымянного местного атамана. Да ты наверняка этого Никто знаешь – ты же всех топов по маршруту изучила.