Куда идем мы… 2

Нестеров Вадим

Он долго – с полчаса, наверное, – сидел на берегу и смотрел на озеро. Не просто так сидел, конечно – думал. Как неожиданно быстро все закончилось. Еще пару часов назад у него был хлопот полон рот, масса проблем, которые нужно решать и куча вопросов, отложенных «на потом», когда время будет.

И вдруг сразу – ничего. Никаких забот, никаких обязанностей, никаких планов. Никому Псих не нужен, никому не обязан и может делать все, что хочет.

Вот только дел никаких у Психа не было.

И от этого было неожиданно тошно.

Поэтому

он тупо сидел на пепелище, молчал и изредка бросал камешки в воду.

Во время одного такого броска сзади раздался голос:

– Учитель… Учитель, это вы?

Псих вздрогнул и обернулся.

Сзади стоял обезьянодемон. Безоружный. И с тревогой и надеждой смотрел на Психа.

– Это вы. – уже не вопросительно, а утвердительно сказал обезьян и улыбнулся. – Дождались мы все-таки.

Псих молчал и пристально вглядывался в нечаянного собеседника.

– Не смотрите, не узнаете, – вновь улыбнулся местный. – Меня Джая зовут. Я совсем мальчишкой был, когда вы ушли, только-только перерождение прошел. Когда вас провожали, мы, пацаны, толпой везде носились, там мать родная в этом мельтешении любопытных рож ничего не запомнила бы, а уж вам точно не до этого было.

– Клан жив? – резко и отрывисто спросил Псих.

– Жив. – посерьезнел Джая. – Дела неважные, все плохо, но клан жив.

– Кланом руководишь ты?

– Нет, кланом руководите вы, Учитель, – поклонился обезьян обезьяну. – Я только замещал вас на время вашего отсутствия.

– Сколько вас?

– Шестьдесят два. – ответил обезьян. – Это всех вместе, с женщинами и детьми. Один тяжело раненый, если не вытянем, будет шестьдесят один.

– Шестьдесят два… – повторил Псих. – Это из почти четырех тысяч всего шестьдесят два осталось?

Джая пожал плечами.

– После вашего ареста Желтошапочные прислали сюда свои элитные боевые группы. Наши воины ничего не могли им противопоставить. Это была не война, а бойня – клан просто вырезали. Уцелели в основном женщины и дети, которых успели спрятать в пещерах. Вырезав всех, кого поймали, Желтошапочные принялись обустраивать веселую жизнь выжившим. Сначала они сожгли все, что горело. Потом перебили весь наш скот и залили поля какой-то гадостью, теперь на них не растут даже сорняки. Да вы сами все видите, Учитель – и он кивнул на окрестности.

– Вижу, – подтвердил Псих. – Потому даже думал, что никого уже не осталось.

– А никого почти и не осталось, – хмыкнул Джая. – После того, как Желтяки выжгли все вокруг, очень многие вышли из клана. Они сказали, что без вас в клане ловить нечего, а здесь нам все равно житья не дадут. И пошли искать лучшей доли. Кто-то на юг подался, многие перебрались на другие острова. Осталось процентов десять, не больше.

– Ну хорошо, пусть десять процентов. – сказал Псих. – Но за двести пятьдесят лет вы же должны были пусть не восстановить численность, но как-то обустроится? Почему такая помойка вокруг? В чем проблема?

– Проблема? – невесело хмыкнул Джая. – Проблема

в том, что уходящие оказались правы – нам не дают покоя. Помните поселок Такенгон неподалеку? Сколько я понимаю, мы стали для них чем-то вроде данжа, в котором они набивают очки и уровни. Каждую неделю к нам является зондер-команда, которая разносит все, что можно разнести, и убивает всех, кого видит. А потом уходят с добычей. Нам не дают не то, что развиться – просто поднять голову. Я же говорю – мы для них одновременно и бизнес, и тренировочная площадка.

– Понятно, – помрачнел Псих. – И как же вы выживаете?

– Как-то выживаем, – пожал плечами Джая. – В пещерах разводим плантации грибов. В джунглях есть дикорастущие фруктовые деревья. Да, идти до них далековато, но нам привередничать не приходится. Ну и озеро, конечно, спасает. Рыба – наша основная еда.

– Что-то я не вижу на берегу ни лодок, ни сетей. – хмыкнул Псих.

– И не увидите, Учитель. – пояснил Джая. – Все убирается и прячется в пещерах. Набег может случиться в любую минуту, а лодки и сети – залог нашего выживания.

– Понятно, – буркнул Псих и замолчал.

– Да вы не переживайте, Учитель! – попытался утешить его собеседник. – Мы не так уж плохо живем. Наши следопыты ищут в джунглях переродившихся обезьян и приводят к нам. У нас хорошая школа и хорошие инструкторы по прокачке – мы сохранили ваши наработки, поэтому переродившиеся приходят к нам учиться даже издалека. Большинство, конечно, не остаются в клане, а уходят, но такие должны отработать обучение, что опять-таки позволяет клану выживать. Мы не дикари, нам бы с набегами что-то решить – а дальше мы сами поднимемся. Душат просто эти набеги.

– С набегами, говоришь, что-то делать надо? – задумчиво сказал Псих, и на его лице впервые появилась улыбка. Довольно жутковатая, кстати. – Давай подумаем, что с ними сделать можно. Сколько у нас бойцов? Вот прямо сейчас, в наличии.

– У нас… – с видимым удовольствием повторил Джая. – У нас сейчас со мной вместе сорок три бойца. Остальные либо в поиске в джунглях, либо крафтеры, которых брать с собой на дело – только процент потерь повышать.

– Уровни? – тон Психа стал жестким, он уже не беседовал – он собирал информацию.

– Пятеро, включая меня – сто пятьдесят плюс. Трое из них еще вас помнят. Еще четырнадцать – выше сотни. Остальные – молодежь зеленая.

– А противник? Раз уж они каждую не неделю здесь тусуются, я думаю, ты можешь сказать какая у них численность в среднем?

Джая помрачнел:

– Как правило – приходит отряд, в котором больше ста пятидесяти бойцов. Их много, иначе мы бы уже давно уже дернулись ответку устроить. Примерно треть – уровнем больше сотни, эти не столько качаются, сколько молодняк прикрывают. Остальные – те самые, кто очки на нас набивать приходят. Вооружены хорошо, лучше нашего. Маг у них есть, огневик, сильный, сволочь. Уровень точно не знаю, но точно выше ста пятидесяти.