Кубинский вариант
Шрифт:
Сумки были набиты довольно плотно, однако мужчина не замечал их тяжести. Девушка поравнялась со спортивной серебристой "хондой", припаркованной в ряду других, значительно более скромных, автомобилей. Нажала на кнопочку пульта. А после того, как сработала сигнализация и щелкнул центральный замок, привычно юркнула на пассажирское сидение. Спутник девушки занимался вещами. Причем, в тот момент, когда он приподнимал крышку багажника, под пиджаком явно мелькнул ремень наплечной кобуры. Убрав сумку и чемодан, мужчина сел за руль, включил двигатель, пару секунд послушал его радостное урчание - и решительно вывел машину в поток проезжающих мимо автомобилей.
– Расслабился мужик... нельзя
По мнению Тайсона, телохранитель, который позволил превратить себя в носильщика, швейцара, водителя или няньку, подлежит немедленному увольнению. Профессионал всегда должен иметь совершенно свободные руки для пистолета и голову, не занятую посторонними мыслями - иначе, охраняемая персона спокойно может сама созваниваться с похоронным бюро, чтобы избавить от лишних хлопот своих родных и близких.
– А кого ему здесь бояться?
– За несколько суток размеренной, сытой жизни и Алексей начал чувствовать себя здесь в безопасности. Тихий, чистенький Лейден с приветливыми горожанами, узкие улочки, набережные каналов, напоминающих реки, и сами реки, больше похожие на каналы. Баржи, парусники, пароходы, декоративные мельницы...
Некого, - согласился Тайсон.
– Кроме нас. Серебристая "хонда" скрылась за поворотом Статионсвег.
– Пошли?
Взявшись за руки, мужчины встали со скамейки и пошли в сторону Университета.
По случаю хорошей погоды, было довольно многолюдно. При этом, пешеходы и водители казались далеко не главными или уважаемыми участниками дорожного движения - на улицах явно преобладали велосипедисты. Стайками и поодиночке, вне зависимости от пола, возраста и цвета кожи они катили куда-то по своим делам, крутя педали, дисциплинированно останавливаясь на светофорах и даже соблюдая ограничения скорости. Злые языки утверждают, что во Вторую мировую войну жители Нидерландов по-настоящему рассердились и начали сопротивление немецким оккупантам только после того, как те реквизировали для нужд вермахта велосипеды.
– Надо было и нам купить велосипеды, - вздохнул Алексей.
– Для маскировки.
– Я подумал, в самом начале. Но теперь поздно. Надеюсь, и не понадобится.
Тайсон выдернул руку - кажется, тут за ними никто не следил, и не требовалось изображать парочку влюбленных идиотов.
Фу, противный!
– честно говоря, и сам Алексей с большим удовольствием вышел из роли...
– Все расстояния в Лейдене измеряются минутами неторопливой ходьбы, и довольно скоро они оказались уже на территории Университета. Выстроенные из желтовато-коричневого кирпича, учебные корпуса с островерхими готическими башенками, шпили, сказочные флюгера... Тротуары заставлены подержанными, но вполне приличными автомобилями так, что свободной остается только узкая полоса проезжей части. Неплохо живут студенты.
– Дорогой Университет, - согласился Алексей. И добавил:
Один из старейших в Европе. Тайсон наморщил лоб:
– И на кого, ты говоришь, здесь готовят?
– Ну, много на кого... все-таки, восемь факультетов!
– Еще позавчера Алексей побывал в студенческом Информационном центре и получил целую пачку бесплатных рекламных буклетов на английском языке. А наша девочка, значит, будет юристом...
– Строго говоря, она сейчас учится в аспирантуре.
Алексея давно уже распирало от избытка знаний о системе высшего образования в Голландии, однако, Тайсона в данный момент интересовало другое:
– Сколько такое удовольствие стоит?
– Для иностранцев - примерно, тысяч десять долларов. За каждый год.
– Большие деньги.
Алексей покачал головой:
– Насколько я понимаю, для её папы это не сумма.
Занятия в Университете ещё не закончились, и большинство студентов работало
За разговорами, Алексей и Тайсон незаметно перешли по узкому, каменному мосту очередной канал - и сразу же оказались совсем в другой части старого Лейдена. Даже магазинчики и пивные этого района источали пятивековую респектабельность - не говоря уже об уютных домах с палисадниками перед крыльцом, или церковных зданиях. Наконец, выложенная брусчаткой улица, привела двух мужчин на Клокштеег:
– Смотри-ка, - замер Алексей.
– Ничего себе!
Напротив, на темно-бежевой, глухой стене красовались нанесенные по-русски, ровным и крупным каллиграфическим почерком, изумительные четверостишия Марины Цветаевой:
Моим стихам, написанным так рано,
Что и не знала я, что я - поэт,
Сорвавшимся, как искры из фонтана...
Алексей прочитал вслух первые строки и повернулся:
– Нет, ты представляешь? Мало ли, что где рисуют, - без особого интереса отреагировал Тайсон.
– Дурак, это ж тебе не слово из трех букв на заборе! Ну, и что теперь-то? Культура у них тут, понятное дело... Не о том думаешь.
Действительно, поставленную боевую задачу им предстояло выполнить тайно, в условиях маленького европейского городка, где все на виду, все так тихо и так пристойно. Работа по объекту на маршрутах его передвижения исключалась - это же не лесная дорога в горах и даже не многолюдная столица, в которой никому ни до кого нет дела. Действовать прямо во время учебы, в университетском городке тоже было бы слишком рискованно: объект на виду, постоянно находится в компании преподавателей и студентов. Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов и вооруженного парня, неотступно хранящего тело... Времени на подготовку выделили в обрез, оперативно-техническое обеспечение также оставляло желать лучшего - так что, в силу ряда причин, спрогнозировать ситуацию до мелочей пока не получалось.
Несколько долгих кварталов мужчины шли молча.
– Значит, она все-таки вернулась. Когда начинаем? Завтра?
Сегодня. Вечером....
– Заметив, что Алексей совершенно непроизвольно, по выработанной ещё в Легионе привычке, держит равнение направо и ступает с ним в ногу, Тайсон заставил себя тут же сбиться со строевого шага:
– Расслабься, брат - а то идем с тобой, как на параде победы!
– Постараюсь, дорогуша...
– Алексей вильнул бедрами и томно закусил губу.
Небо на Лейденом быстро темнело от серых, свисающих рваными клочьями облаков. И пока ветер гнал их куда-то на северо-запад, на стеклах автомобилей уже появились первые капли дождя.
* * * Где-то неподалеку два колокола громко отметили полночь.
Тайсону пришлось опять немного отогнуть вниз одну из пластинок, чтобы посмотреть наружу, сквозь щелочку в плотных жалюзи.
– Что там?
– прошептал Алексей.
– По-прежнему, ливень. Как из ведра, - ответил Тайсон.
На улице было темно - почти так же темно, как и в доме, за стенами которого они притаились. Одинокий свет в окне напротив мог показаться всего лишь размытым пятном, плотная стена воды делала его нереальным и недосягаемым. Дождь, начавшийся много часов назад, теперь безраздельно хозяйничал в городе, громко шлепаясь в лужи, гремя водосточными трубами и перетекая через ограждения.