Кто вы?
Шрифт:
Неизменным спутником человека в его труде и борьбе является мечта. Этот, казалось бы, зыбкий мир грез и фантазии является могучим двигателем. В. Брюсов так и определяет ее:
Вперед, мечта, мой верный вол!Мечта не имеет границ. Дай человеку все, о чем он мечтает, и тут же у него появится новый, дерзкий полет мысли.
Мечта, фантазия и образное восприятие окружающего мира человеком породили искусство. Представим такую картину. Наш гость — посол иной цивилизации, — отдав должное земному экономическому базису, направился в храм искусств.
Он
Как его только не именуют жрецы храма: сфинкс, тысячелетняя загадка, сладчайшая из тайн, четвертое измерение жизни, сплав всего лучшего… В обыденной речи земляне его обозначают простым сочетанием букв — любовь.
Слово это и его смысл известно и понятно любому обитателю Земли. Вместе с тем ученые мужи бессильно разводят руками, когда заходит речь об определении и анализе этого магического слова. Вероятно, безнадежно пытаться объяснить его смысл обитателям других планет, если беднягам это чувство неизвестно. Так что же такое любовь?
В древнем индийском трактате «Ветки персика» читаем: «Три источника имеют влечения человека: душу, разум и тело. Влечение души порождает дружбу. Влечение ума порождает уважение. Влечение тела порождает желание. Соединение трех влечений порождает любовь».
Сила этого тройного чувства необычайно велика. Оно действует как увеличительное стекло. Из тысяч людей выделяется один-единственный, он мгновенно увеличивается, приближается, растет… И вот он уже занимает в любящей душе столько места, сколько все остальные миллионы обитателей Земли.
Поток чувств меняет человека. В нем просыпается кто-то другой, сильный, возвышенный. Открываются некие новые тайники сознания и чувств.
Даже законы физики не выдерживают такого водопада чувств. Они отступают. Время теряет свой равномерный ход. Вот как это описал один влюбленный землянин:
«В часы любви время исчезает — исчезает почти буквально, его не ощущаешь, оно перестает быть. И вместе с тем каждая секунда насыщена такими бездонными переживаниями, что время как бы останавливается и от одного удара пульса до другого проходит вечность».
Когда же исторически зародилось у людей это всепобеждающее чувство? Когда оно пришло на смену биологическому половому влечению?
Это произошло, по-видимому, тогда, когда на смену групповому браку пришла семья современного типа, когда матриархат сдал свои позиции.
Самый древний свидетель любви всем хорошо известен: это голова Нефертити. Камень донес до нас через тысячелетия и красоту, и высокий дух ее. Недаром ее копии в миллионах экземпляров разошлись по всему миру.
По-видимому, оригиналу были доступны все чувства современного человека. И действительно, фараон Эхнатон оставил много свидетельств своей любви к Нефертити. Тысячелетия не стерли их.
Человек, естественно, унаследовал от своих животных предков
Таким образом, способность и потребность любить — это еще одна черта, определяющая человека разумного. А. Блок говорил: «Только влюбленный имеет право на звание человека».
Исследователи будущего человечества считают, что это удивительное чувство будет прогрессировать, будет сопутствовать почти всей жизни человека. Поэтому человека будущего иногда называют «человек любящий».
Ряд любопытных определений человека мы находим в увлекательном романе французского писателя Веркора «Люди или животные?». Английский парламент, отбросив все текущие дела, вдруг занялся выработкой определения человека. Оно срочно понадобилось в связи с тем, что было обнаружено неизвестное до сего времени племя человекообезьян, которых условно назвали тропи.
Предприимчивая английская фирма всеми правдами и неправдами пытается доказать, что тропи — животные. Признание их животными открывало фирме возможности широкой эксплуатации их как рабочего скота. Группа же ученых, открывших тропи, доказывает, что это люди. Решение проблемы требует проведения четкой границы между человеком и животным. Начались ожесточенные дебаты.
С разумом, как основным отличительным признаком человека, было покончено довольно быстро. «И в самом деле, с одной стороны, никак не назовешь глупыми многих животных, а с другой — вряд ли свидетельствуют о мудрости человека такие его заблуждения, несвойственные даже животным, как фетишизм или колдовство».
Маленькая старушка квакерша внесла на рассмотрение такое определение: «Человек — единственное в мире животное, способное на бескорыстные поступки… Доброта и милосердие присущи лишь человеку, только ему одному». Но пример с собакой, которая погибла в огне пожара, спасая человека, обескуражил квакершу.
Джентльмен с безукоризненным оксфордским произношением и весь накрахмаленный утверждал, что только искусство отличает человека от животного. Но так как он не смог дать определения искусству, то и этот критерий был отброшен.
Была попытка использовать амулеты как основной признак человека. Они есть у людей, и нет их ни у одного животного.
Но как тогда быть с людьми, которые полностью отвергают чудодейственное свойство амулетов и не носят их на своем теле?
Человек, особенно одна его половина, очень заботится о своей внешности (иногда даже делает это своим культом). Животное, как правило, выше этого. Нельзя ли на этом пути найти критерий? Но киска, моющаяся на солнышке, разрушает и эту надежду.
В конце концов парламент под давлением духовенства принимает определение, по которому человек отличается от животного наличием религиозного духа. При этом религиозному духу дается широкое толкование — от веры в бога до колдовства и ритуального людоедства.
Несостоятельность принятого парламентом определения весьма прозрачна: как быть с первобытными людьми, которые уже выделились из животного мира, но еще не создали себе религии? Как быть с доброй половиной современного населения земного шара, не верующей ни в бога, ни в черта?