Кто ты?
Шрифт:
– Я не могу позволить себе растягивать это удовольствие на месяцы. Приближается мой день рождения. Свадьбы по полной программе, разумеется, не будет, да это и ни к чему. Чем меньше людей узнают о ней, тем лучше.
– Ты имеешь в виду своего брата?
– Я имею в виду прессу. Не желаю пересудов по поводу того, что я женился на девушке, которая во время предыдущей свадебной церемонии объявила себя моей женой. Достаточно того, что полгорода обсуждало в позапрошлую субботу мой несостоявшийся брак.
Камилла нахмурилась.
– Это отразилось на твоем бизнесе?
– Не особенно. В завещании ничего не сказано о том, на ком и
– А ты готов положиться на мое слово? – колко поинтересовалась она.
Вместо ответа он наклонился вперед и накрыл своей рукой ее ладонь.
– Арабы говорят: полагайся на Аллаха, но не забывай привязывать верблюда. Как, по-твоему, из того, что я узнал за последнее время, могу я сделать вывод, что тебе стоит доверять?
– Можешь, – весело улыбнулась Камилла. – Хотя бы потому, что у тебя нет другого выбора.
На их счастье, появился официант, прервав опасную тему. Дождавшись, пока он удалится, Камилла снова пошла в атаку.
– Кстати, о доверии. Если дед собирался передать тебе компанию, то зачем ему нужно было придумывать это идиотское условие с женитьбой?
– Затем, что он не одобрял мой образ жизни, – хмуро сообщил Джеррод. – Как всякий современный молодой человек, обладающий определенными материальными возможностями, я предпочитал жить в свое удовольствие, не связывая себя преждевременными обязательствами. Дед какое-то время ограничивался нотациями и ждал, пока я перебешусь. Но у меня перед глазами стоял пример родителей, которые рано поженились и быстро разошлись, и я не спешил. К концу жизни деда мы и двух минут не могли говорить друг с другом, чтобы не перейти на повышенные тона. Я не сдавался. Но старый упрямец – да упокоит Господь его золотую душу! – нашел способ настоять на своем. Если я хочу унаследовать свою долю акций, то должен жениться на женщине, никогда не состоявшей в браке, а контрольный пакет получу только тогда, когда она родит мне наследника.
– Так я должна родить тебе сына? – в странном замешательстве спросила Камилла, чувствуя, как жар заливает ее щеки.
– Боже упаси!
Острая боль пронзила ее.
– По-твоему, я не способна быть хорошей матерью? – спросила она, пытаясь за язвительным тоном скрыть глубочайшую обиду.
Он посмотрел на нее таким взглядом, что она была готова провалиться сквозь землю, и ответил:
– В наших обстоятельствах твой вопрос неактуален. Но если тебя интересует мое мнение, то я уверен, что способна. Я видел, как ты общаешься с детьми. Материнский инстинкт не скроешь.
По телу Камиллы снова растеклось тепло.
– Спасибо, – сконфуженно сказала она и поспешила переменить тему. – Выходит, тебе ничего не оставалось, как жениться на Кэрол?
– Да, с ней я мог быстро достичь договоренности. Впрочем, тебе совершенно незачем беспокоиться. Наше супружество будет таким коротким, что ты и оглянуться не успеешь, как снова окажешься свободной.
Но вместо того чтобы успокоиться, Камилла неожиданно ощутила укол ревности.
– А не покажется ли твоим родственникам странным, что спустя пару недель после одной неудачной попытки жениться ты вступаешь в брак с совершенно другой женщиной? – сухо поинтересовалась она.
Джеррод отрицательно покачал головой.
– Слава Богу, нет. О предстоящей женитьбе знают только отец и Элен,
Камилла задумалась.
– И их это не удивило?
Он снова покачал головой и с усмешкой сказал:
– Они присутствовали на церемонии в церкви и в курсе того, что брак с Кэрол не состоялся. Отец улетел домой вчера, но заочно он с тобой уже знаком...
Она насторожилась.
– Как? Ты ему...
– Нет, я ничего не рассказывал, но у него есть свои источники информации. Он знает, что ты роковая женщина, разбившая сердца не одному десятку мужчин, а я сообщил ему, что ты благороднейшая душа, согласившаяся выручить меня в трудной ситуации. Так что мои родители готовы принять тебя в семью.
Камилла испуганно уставилась на него.
– Боже, так они знают, что брак – фиктивный! Как они, вероятно, презирают меня!
– Согласись, что в этом ты должна винить только себя, – пожал плечами Джеррод. – Хочешь пользоваться уважением, будь достойна его.
Это был удар ниже пояса.
– Господи, – прикрыв глаза, простонала Камилла. – До чего же я тебя ненавижу!
Он издал удовлетворенный смешок и наклонился к ней.
– Не стану тебе перечить, скажу только, что единственная наша задача – убедительно разыграть роль влюбленных супругов, когда мы будем в Америке.
– В Америке? – Брови у нее изумленно поползли вверх. – Но мне казалось...
Грейсон рассмеялся.
– Медовый месяц? – спросил он. – Я выделил на него две недели. Но брак с Кэрол не состоялся, а неделя из этого срока уже истекла, так что боюсь, нам придется ограничиться визитом в Нью-Йорк, – отец сейчас живет там. И никакой Снежной Королевы, Камилла. Пришло время оттепели. Заруби это себе на носу.
Как только мы приземлимся в Америке, поднимется занавес над нашей маленькой сценой, и я ожидаю от рецензентов только самых восторженных отзывов на наши с тобой роли.
6
Камилла стояла в темноте. Ее стройный силуэт едва угадывался на фоне окна в гостиничном номере.
Зима в Нью-Йорке. Может, для кого-то это звучит романтично, но только не для нее.
Она со вздохом опустила парчовую штору и взглянула на часы. Без малого шесть часов вечера. Вот-вот должен вернуться Джеррод. При мысли о нем она сжалась.
Минувшая неделя была похожа на дурной сон. Камилла уладила все дела и передала их в ведение Мерил. Она похудела, но не из-за того, что пришлось много работать. Куда сложнее оказалось постоянно бороться с непреодолимым физическим влечением к будущему супругу. Они всего несколько раз виделись перед свадьбой, большую часть вопросов решали по телефону, и до физического контакта дело вообще не доходило. Но одного звука его голоса было достаточно, чтобы Камиллу охватывало сильнейшее волнение. Она не могла расслабиться ни на минуту, постоянно думая об одном и том же, и чувствовала себя совершенно опустошенной.
Предугадать настроение Джеррода было невозможно. Их короткие встречи носили сугубо деловой характер. Он появлялся ниоткуда, выдавал невесте очередную порцию инструкций и снова исчезал, оставив ее совершенно обескураженной.
Они расписались сегодня утром в присутствии двоих свидетелей – Мерил и приятеля жениха, которого, кажется, звали Франк. Свидетельством свершившегося факта стало обручальное кольцо на левой руке Камиллы. Она возражала против колец, но Джеррод настоял на своем, и теперь сапфир в золотой оправе украшал ее безымянный палец.