Ксандер
Шрифт:
Джордан, как мой представитель по связям с общественностью, была первой, кого я должен был проинформировать об этом. Она умела придумывать надежные истории и раскручивать их в пользу своих клиентов.
Однако я хотел еще ненадолго оградить ее от реальности.
По крайней мере, я мог наслаждаться тем фактом, что моя игра сегодня не была абсолютным дерьмом.
Ярость из-за наглости отца подпитывала меня, и я выплеснул агрессию на лед. Это была та же причина, по которой я изначально увлекся хоккеем. Я мог впечатать кого-то в стекло ледовой арены, и мне бы поаплодировали за это.
Тренировка прошла налегке. Я так часто
Глава 24
Джордан
Как бы сильно я не противилась шопингу на деньги Ксандера, суровая погода мешала мне сохранять решимость. Шарф, который я позаимствовала у него, был мне до смешного длинным, а в его перчатках мои маленькие руки тонули. Инвестиция в надлежащее зимнее снаряжение была скорее необходимостью, чтобы пережить канадскую зиму, чем роскошью.
Однако я также была полна решимости изменить свою судьбу, особенно после того, как Ксандер спустил в унитаз мои противозачаточные таблетки. И когда Джейми небрежно сунула мне в руки новенький MacBook, заявив, что это подарок от Ксандера, я сразу же переключилась в рабочий режим. Я никогда не была «содержанкой», даже во время брака. Если у меня был хоть какой-то шанс построить новую жизнь, я не могла продолжать полагаться на непрошеные подарки или его христианское милосердие. Вместо этого я должна была обеспечить себя еженедельной зарплатой и вернуть Ксандеру все, что он потратил на меня. Учитывая, что он был моим клиентом, это несколько усложняло дело.
Приобретение зимней одежды заняла меньше тридцати минут, и как только Джейми послушно убрала пакеты с покупками в багажник машины Ксандера, я попросила отвезти меня в ближайшее кафе. Там я достала ноутбук из своей сумки Marc Jacobs, еще один подарок от Ксандера, и провела остаток дня, сосредоточившись исключительно на продвижении его карьеры.
Я связалась со своими контактами в различных компаниях и наседала на них, пока не обеспечила Ксандеру три новых контракта. Это было несложно, потому что его трудовая этика, обаяние и манеры превосходили его имя. Я не могла не обратить внимание на то, как его обожают и почитают. После того как я провела полдня, слушая, как люди восторгаются им, в моем сердце зашевелилось странное чувство, граничащее с гордостью.
Я чувствовала это и накануне, когда увидела, как быстро его товарищи по команде приняли меня в свой тесный внутренний круг. Я знала, что причина в Ксандере, а не во мне. Сегодня они тоже разговаривали со мной, как с одной из своих, и я не могла отрицать, что никогда не ощущала себя настолько комфортно в любой из компаний Генри. Это согревало мое сердце.
А также дало мне повод задуматься о перспективах, которые я не рассматривала с момента приезда в Канаду. Если все любили Ксандера, мог ли он на самом деле быть таким монстром, каким я его рисовала?
Я провела с ним достаточно времени, пока он учился в колледже, чтобы подтвердить, что Ксандер был хорошим человеком,
Возможно, если я верну его расположение, он расслабится рядом со мной и проявит часть той зрелости, которой он славится. Тогда я смогу заставить его понять, что взять на себя опеку надо мной или сделать мне ребенка было бы ужасной ошибкой? Вместо этого ему следовало бы выступить в суде за то, что мне вообще больше не нужен опекун.
Я не могла… нет, я бы не попала в ту же ловушку снова. Что бы ни двигало его потребностью обладать мной, это должно было быть чем-то обусловлено. Споры с ним ни к чему не привели, а я, как напомнили мне сегодня мои контакты, была превосходным дипломатом.
Пришло время проверить теорию.
К тому времени, как я закрыла крышку MacBook, от яркого света экрана у меня разболелась голова. Выпитый вчера алкоголь не помог делу, а от утреннего секс-марафона у меня до сих подрагивало тело. Я была измотана и не хотела возвращаться на стадион, но понимала, что спор с Ксандером не вписывается в мой новый план быть хорошей.
Усталость, однако, улетучилась, как только мы ступили на арену. Свежий, холодный воздух встретил меня вместе с восхитительными ароматами пива, закусок и... людей. Я давно не видела столько людей. Там, где это должно было бы быть подавляющим, хаос произвел обратный эффект. Энергия толпы оживила меня.
Моя вялость исчезла, сменившись ярким возбуждением. Когда я добралась до своего места, мой взгляд привлекли яркие цвета, мелькающие на большом экране. Арена так действовала не только на меня. Весь стадион был переполнен восторженными болельщиками в оранжевых джерси, многие из которых носили имя Ксандера на спине или размахивали плакатами с надписью «Вперед, Троянский Воин!»
Джаспер еще не приехал. Я не знала, как прошел его разговор с братом прошлой ночью; к тому времени, когда Ксандер наконец позволил мне подняться с кровати, Джаспер уже ушел, и с тех пор я его не видела.
Охрана также сохраняла дистанцию. Единственными людьми в моей секции были несколько девушек, которые выглядели вдвое моложе меня. Я догадалась, что нужно знать игроков лично, чтобы получить места в этой секции, поскольку она оказалась более эксклюзивной, чем обычная.
Мой живот свело, когда я увидела, что некоторые из них щеголяют в джерси с фамилией Максвелл… совсем как я. Может, Ксандер был тем, кто пригласил этих хоккейных заек?
Тошнота подкатила к моему горлу.
Мой взгляд был прикован к девушкам, пока я тщательно изучала их ухоженные ногти и осветленные волосы. Они завязали свитера сзади, чтобы продемонстрировать стройные тела, в то время как я плавала в своем, как бесформенный кит. Они были энергичными и веселыми. В сравнении с ними я напоминала выдохшуюся актрису, чьи лучшие времена остались позади.
Я не бредила.
Я знала, что между мной и Ксандером не может быть ничего серьезного. Если не наши семейные узы, то его возраст и статус знаменитости служили тому причиной. Судя по сегодняшним электронным письмам и звонкам, я должна была благодарить свою счастливую звезду, что один из самых востребованных игроков НХЛ уделил мне время.