Ксандер
Шрифт:
Случившееся было просто интрижкой. Сексом на одну ночь. Никаких повторений не будет.
Сев на кровати, Стелла замечает тележку рядом с кроватью, на которой стоят закрытые крышками тарелки. Она поднимает одну из крышек, из-под которой с клубами пара поднимается аппетитный аромат. В груди все сжимается от этого милого жеста, и Стелла радостно наливает себе чашку чая и потягивает его, поедая блинчики с малиной и шоколадным кремом. Наверное, Ксандер вспомнил о ее любви к шоколаду. Стелла выкидывает эту мысль из головы. Скорее
После завтрака и быстрого душа она находит свой чемодан у двери со всеми аккуратно упакованными и чистыми вещами внутри. Даже запачканные кровью джинсы теперь безупречно чистые. Тот факт, что кто-то рылся в чемодане, выбивает Стеллу из колеи, и она задается вопросом: может, это сделала одна из горничных, по просьбе Ксандера? Стелла научилась делать все сама с детства после того, как в прачечной «потеряли» ее любимое детское одеяло.
Девушка вздыхает, жалея, что не имеет возможности поговорить с мамой.
Положив аккуратно сложенную стопку одежды на кровать, чтобы переодеться, Стелла замечает на прикроватном столике свой мобильный телефон, подключенный к розетке.
Она хватает его и включает, экран немедленно уведомляет о нескольких пропущенных звонках от мамы, которая, вероятно, совершенно точно сходит с ума от беспокойства.
Стелла нажимает кнопку набора номера, но звонок не проходит. Она снова нажимает кнопку, и снова ничего не получается.
Она бросает взгляд на значок уровня сигнала, но тот показывает, что нет ни сотовой связи, ни сигнала Wi-Fi.
— Черт, — ругается она, нервно покусывая губу. Может, связи нет только в этой комнате? В конце концов, дом похож на крепость. Где-то же должен быть сигнал.
Она одевается и, держа телефон перед собой, выходит из комнаты и идет по коридору, размахивая мобильным в воздухе и пытаясь поймать хоть какой-то сигнал. Хотя бы самый слабый. Это все, что ей нужно.
***
— Блин, — бормочет Стелла, не обнаружив сигнал, даже добравшись до лестницы. Взглянув вниз на парадные двери, девушке становится интересно, получится ли у нее поймать связь на улице.
Она спускается по ступенькам и разглядывает разноцветные мозаичные плитки на полу в большом холле.
Тысячи ярких кусочков тщательно выложены по кругу, внутри которого изображен двуглавый орел с пятью звездами над распростертыми крыльями, и короной над головой. Стелла понятия не имеет, что это значит, но выглядит очень красиво. Рисунок похож на изображение с обратной стороны монеты.
Приближаясь к парадному входу, девушка слышит громкие грубые голоса, доносящиеся из-за закрытых двойных дверей боковой комнаты. Она отчетливо различает Ксандера среди ссорящихся мужчин.
Она передумывает выходить на улицу и решает терпеливо подождать у двери, чтобы встретить Ксандера на выходе. Может, он знает, где тут можно поймать сигнал.
Устраиваясь поудобнее у двери, Стелла
— Нет! — она вздрагивает при звуке громкого голоса Ксандера. Крики проникают прямо сквозь массивные двойные двери. — Это не вариант!
О боже, он никогда раньше так не злился. Он абсолютно взбешен, отчего у Стеллы волосы на затылке встают дыбом.
— Ксандер! Он заплатит за свои преступления против семьи. Она его крови, не нашей. Ты не можешь отказать.
— Она не имеет к нему никакого отношения. Даже никогда с ним не встречалась! То, что в ней течет его кровь, ничего не значит! Она не представляет для нас угрозы.
— Забываешь свое место, мальчик. Ты мой внук, но не подвергай сомнению мою власть. Когда станешь главой этой семьи, тогда и только тогда сможешь поступать, как тебе заблагорассудится, но до самой моей смерти будешь слушать меня и преклонять передо мной колени, — у старика Вика сильный акцент и его трудно понять, но по его яростному тону все предельно ясно. — Возможно, девчонка сама и не представляет угрозы, но она — его родственница, а всех, кто имеет к нему отношение, я уничтожу.
Стелла ждет, затаив дыхание, напрягаясь, чтобы услышать больше, когда голоса затихают. О какой девушке они говорят? Об Анне?
— Прошло десять лет! Давай просто забудем.
Стелла судорожно сглатывает. Десять лет? Именно тогда исчез ее дедушка. Они же не…
— Ты забыл о том, как он поступил с твоим отцом? Он заплатит за свои преступления своей же кровью! Еще немного, и фамилия Волковых перестанет что-то значить!
— А что насчет остальных? Они не его крови, но ты пожертвуешь ими ради собственной выгоды?
— Они больше не моя забота! Сейчас — эти люди приманка, и я не клюну на нее.
— Именно они платили тебе за защиту! Не он! По-твоему, если отпустить ситуацию сейчас, то наше имя пострадает, но что произойдет, если люди, которые платят тебе за защиту, узнают, что ты не выполнил обещанное? Тебе перестанут платить. И не будут доверять. Будешь ничем не лучше его. Как выкрутишься? Убьешь, если не заплатят? Как делает он? Ты говоришь, что заботишься о нашей репутации, но это всего лишь предлог, чтобы отомстить. Мой отец уже мертв. Ничто не вернет его обратно. Я найду другой способ уладить…
— Хватит! Кровь за кровь! Это проверенный способ. И единственный. Передай ему послание. Сегодня вечером. Не подведи меня.
— Я не стану этого делать!
— Если ослушаешься, попрошу кого-нибудь другого заняться девчонкой, а ты вернешься и спрячешься в своем маленьком клубе. Я, кстати, могу и сам всем заняться.
— Ты не…
— Думаю, мне даже понравится, — смеется старик, но не угрожающе, а словно на самом деле искренне радуется этой мысли.
— Черт! — кричит Ксандер. Какие-то предметы падают на пол, отчего Стелла подпрыгивает.