Крысолюд 4
Шрифт:
Почему так жестоко? Исторически сложилось, как говорят начитанные люди. Выживание сильнейших, культ силы и постоянная борьба за ресурсы, казни служат для устрашения и укрепления власти вождя.
Казнь всегда притягивает народ, как падаль стервятников, и сегодня собрались все — кланкрысы, люди, псоглавцы, немного хобгоблинов затесалась в толпе, стараясь сильно не отсвечивать.
Я прошёл сквозь ревущий людской поток к своему месту. Длинный походный плащ развевался за спиной. Над головой висели старые тяжёлые гномьи фонари, отбрасывающие багровые отсветы на тяжелый трон, который
Всё, как полагается.
Сцена передо мной была вполне традиционной. В центре была яма, на дне которой — массивный котёл, из-под которого поднимался дым. Внутри кипела каменная смола.
Рядом с котлом дрожал приговорённый. Крысолюд, худой, ободранный, с трясущимися лапами, но с горящими глазами.
Толпа вокруг улюлюкала.
— Тихо! — рявкнул Огнетёс. В лапах он держал свиток. Развернул, кашлянул, посмотрел на крысолюда, который вцепился когтями в свои оковы.
— Гршхх! Все вы умрёте! Рогатая Крыса придёт! Я видел! Видел! — взвизгнул крысолюд.
Судья скорчил презрительную мину, проигнорировав истерику.
— Обвиняемый — крысолюд по кличке Жрец Гноя! Обвиняется в распространении культа Рогатой Крысы, призывах к восстанию, подрыве устоев клана Клыков и Протектората. Обвиняемый не раскаялся, отказался отречься от своей веры! Приговор — смерть через кипящую смолу!
Толпа заорала. Кто-то захлопал в лапы.
Он не просто верил — проповедовал, звал других в свою грязную религию.
— Гр-гррх! Слепые! Дураки! Они идут! Они идут! Посланники Великой Крысы скоро прибудут! Врата откроются! — визжал приговорённый. — Вы все будете гореть! В зеленом священном всепожирающем пламени! Ваши души будут истекать гноем в когтях Рогатой Крысы! Вы все умретееее!!!
Я наблюдал за ним, лениво почесывая когтем подбородок.
— Это да. Мы все умрём. Рано или поздно. — пробормотал я.
Крысолюда схватили за шкирку и поволокли к котлу.
Толпа радостно заулюлюкала.
Приговорённый дёргался, но его держали крепко. Смола внутри котла бурлила, пузырилась, источая сладковатый запах гари.
Крысолюд в последний раз посмотрел на меня, дыхание сбилось.
— Они придут… — прохрипел он.
Я пожал плечами.
— …, а потом отправятся за тобой.
Палачи — пара здоровенных штурмкрыс без доспехов, с обнажёнными торсами — переглянулись, ухмыльнулись и подняли крысолюда над котлом.
— Нееееет! Проклятье вам! Осквернительница сожрёт ваши кости! Сожрёт!!!
Шлёп!
Его тело погрузилось в кипящую смолу.
Потом — дикий визг. Такой, что даже у меня шерсть встала дыбом.
Шкура его не загорелась, как я ожидал, но вот глаза вылезли из орбит, лапы дёргались, выпустив когти. Гной вытекал из его обожженых ран и дымными облачками испарялся. Он нашел в себе невероятные силы и попытался было зацепиться за край котла Но выбраться он уже не мог. Смола впилась в него, как хищное чудище, сжирая заживо, засасывая его в себя, пока не залилась кипящей жижей ему в пасть.
Огромная толпа взревела.
— Слава хершеру! — закричал кто-то.
— Слава! —
— Смерть Рогатому демону! Смерть Осквернительнице! — закричал я.
Скопище людей, возбужденное увиденной смертью и тем, что они чувствовали свою силу, начали мне вторить.
— Смерть демону!!! Смерть Рогатой!!!
Голоса людей смешались с крысиными писками, гортанными выкриками псоглавцев.
Я откинулся на троне.
Еретика больше нет. Но ведь это только один.
Сколько их ещё?
Сколько мелких, тощих фанатиков шепчут о Рогатом Боге по углам?
А вообще — занятный день. Надо будет приказать застывшую и затвердевшую фигуру в каменной смоле крыса выставить на всеобщее обозрение.
А теперь — к делам.
Два крысолюда уже ждали меня в зале совещаний.
Первый — Сокуч. Augen und Ohren, мои Глаза и Уши. Официально — глава городской стражи и контрразведки, неофициально — существо, у которого было по три глаза в каждом углу каждого нашего города. Если кто и владел полной информацией о всевозможных нарушителях закона и порядка, так это он.
Он был длинный, худой, с вечно подрагивающим хвостом. На нем висела стёганая куртка с железными вставками, а к поясу были привязаны ключи, капсулы с ядом и куски сырой кожи, на которой он обычно быстро-быстро нацарапывал приказы.
Рядом стоял Вок Секущий Хвост. Сборище костей и сухожилий, крепкий и вертлявый, с вечной ухмылкой и двумя передними зубами, выдававшимися вперёд, словно ножи. Если Сокуч был моими глазами, то Вок был моей дополнительной длинной лапой с острым кинжалом. Он управлял шпионами за пределами Протектората, разворачивал сеть тайников, убежищ для отрядов, которые должны были основать новые колонии в подземельях чужих городов, подкупал чиновников в соседних землях, устранял неугодных (которых пока было не слишком много).
Он склонился над картой, лапой вычерчивая линии.
— Сюда-сюда надо посылать! Вок уверен! Опхейм нуждается в норах! Там под каждой улицей — тоннели! Там есть где развернуться! База, хрр-хрр! Да-да! Это лучший путь в Феллсирт! Выход во Внутреннее море!
Сокуч склонил голову, прищурился.
— Ты предлагаешь… — он постучал когтем по бумаге. — Пролезть в Империю с этого пути?
— Мы уже пролезли в неё, хрр-хрр! — Вок вытянул из-за пояса клок исписанной бумаги. — Здесь! Свежие группы отправлены в Утген, в Стурз к кочевникам, в Штайлер. Здесь подкуплены люди, они помогут. Там уже открыты базы, есть корм, есть оружие!
Я прищурился, быстро пробежавшись по списку.
— А группа в Эрштетт?
— В Эрштетте нет! Слишком много магов, крысоловов, охраны, хрр!
— Жаль.
Сокуч тем временем почесал шею.
— Тебе стоит быть осторожнее, Хвост. Слишком большая сеть — это становится уязвимо. Если один наш попадётся, то за ним может потянуться вся цепочка. А у меня не хватает бойцов, чтобы держать наши земли под постоянным взглядом!
— Невозможно следить за каждым! Да-да!
— Невозможно, но надо стремиться к этому! К нам столько всякой скверных тварей стремится, что мы должны остановить распространение подземной сети!