Крысолов

Уланов Андрей Андреевич

– Полагаю, что смогу, но зачем, скажите…

– Вопросы потом! – перебил монаха Диего. – Просто готовьтесь проделать это. И – очень быстро!

– Тан ун-капитан! – запыхавшийся вестовой пучил глаза так, что казалось – еще чуть-чуть, и они вывалятся из глазниц и повиснут на стебельках, словно у краба. – Тан ун-лейтенант Оркис спрашивает: которой батарее заряжать каленые ядра?

– Не рано ли? – озабоченно спросил Диего. – Даже с мокрыми пыжами долго эти ядра в пушках не пролежат.

– Самое то, – ун-капитан отошел от борта. –

Если получится, они проскочат мимо… и либо попытаются довернуть, либо уйти – но в любом случае мы успеем забить им наш каленый подарочек, в зад и по самую глотку. Передайте ун-лейтенанту Оркису, пусть готовит батарею левого борта.

– Слушаюсь!

Матрос убежал.

– Приготовиться к повороту! – выкрикнул Энрике.

«Фертик» был совсем рядом – на миг маленькому тану показалось, что в черных дырах пушечных портов он видит бледные лица вражеских канониров. Это, конечно, была не более чем игра воображения, ведь лиц стоявших на палубе Диего пока различить не мог.

Зато маленький тан вполне отчетливо услышал и разобрал прозвучавшую на красном фрегате команду: стрелять, когда в прицеле будет виден вражеский бушприт!

– Пора! – Энрике даже схватил монаха за рукав сутаны, но тут же опомнился и выпустил его. – Давайте, святой брат!

Над головой Диего разочарованно хлопнул парус, разом потерявший две трети дувшего в него ветра. Секундой позже люди на палубе фряга дружно пошатнулись – кто-то схватился за ванты, кто-то упал – и красный фрегат прыгнул вперед, словно пришпоренная лошадь.

Несколько пушек фряга выстрелили вразнобой – их ядра ударили в волны по сторонам от «Мстителя» – но большая часть промолчала.

– Руль на борт! – закричал Энрике, и почти одновременно, словно эхо его слов, с «Ла Фер» донеслись крики: «Лево руля!»

На обоих кораблях не было нужды лишний раз подгонять матросов – и на «Мстителе» и на фряге те карабкались по вантам не жалея ногтей, отлично сознавая, что игра идет сейчас наперегонки с самой смертью.

– Еще чуть-чуть, – Энрике едва не приплясывал от нетерпенья. – Ну же…

Пока что «Мститель» опережал «Ла Фер» – иторенский фрегат был чуть легче, чуть лучше управляем и начал поворот чуть раньше фряга. Все эти «чуть» сыграли свою роль, но главным в итоге стало желание капитана «Ла Фер» пройти как можно ближе к носу «Мстителя» – и теперь, проскочив мимо, красный фрегат попросту не успевал довернуть бортом к цели.

– Пли!

Такими залпами выигрывают бой, успел подумать Диего, прежде чем пушечный рев заглушил даже мысли. Он еще успел увидеть, как ядра карронад верхней батареи крушат вражеский руль и ахтердек, как между распахнутыми портами красного фрегата появляются зияющие пробоины, а затем все заволокло дымом, сквозь который неожиданно полыхнула ярко-рыжая вспышка, а за ней – еще две.

– Нервишки шалят, – довольно пробормотал ун-капитан, и Диего согласно кивнул – ясно было, что «Мститель» уже недосягаем для бортовых орудий фряга.

Они оба

ошибались, приняв эти вспышки за пальбу наугад – и узнали об этом несколькими секундами позже, когда фрегат вышел из облака и стало видно, что батарейная палуба «Ла Фер» теперь похожа на улыбку цинготного: вместо ряда аккуратных прямоугольников на добрую треть ее длины протянулась сплошная дыра, из которой вяло струился дым.

Фрягов подвела самоуверенность – слишком уж давно «фертик» не дрался с равным противником.

Обычно возле пушек не держат пороха, а отмеренные в крюйт-камере картузы разносят после каждого залпа. Но «Ла Фер» раздал часть экипажа в призовые команды и страдал от нехватки людей, вдобавок на нем привыкли к стрельбе «купцов» – слишком ранней, беспорядочной и неточной. В итоге фряги решили пренебречь правилом в пользу скорости первых залпов, и запас на три выстрела был расположен около пушек. Риск с виду был минимален, а выгоды – соблазнительны… пока раскаленное ядро с «Мстителя» не угодило в один из картузов с порохом. Взрыв не только сорвал с талей пушку, но и обрушил на соседние расчеты град горящих щепок и лоскутков, воспламенив еще две укладки.

– Отлично! – выдохнул Энрике. – Теперь пусть попробует куснуть – беззубой челюстью, ха-ха!

И в этот миг по марсам «Ла Фер» протрещала цепочка огоньков.

Первый помощник запнулся. Удивленно глянул вниз, где слева на груди быстро темнела ткань. Затем колени его подогнулись, он опустился на палубу – и увидел над собой голубое небо, угол паруса и Диего Раскона, до крови закусившего губу.

– Держитесь, Энрике! Сейчас святой брат…

– Ничего не сможет сделать, я-то знаю, – ун-капитан попытался улыбнуться. – Ничего… кха-кха-кха, страшного.

– Пять золотых тому, кто сшибет их мачту! – донесся до них крик с «Ла Фер». В следующий миг воздух наполнился воем и разорванными вантами – фряг, наконец, доразвернулся и смог пустить в ход орудия верхней палубы. Прицел был взят высоко – цепные ядра пронеслись сквозь такелаж фрегата в дюжине футов над палубой. Лишь один книппель прошелся низом, снеся фальшборт и располовинив зазевавшегося матроса.

– Мой тан…

– Молчите, Энрике, вам…

– Идите, – ун-капитан вновь закашлялся, – абордаж. Пока, кха-кха, они без руля – вы сможете! Это ваш единств… – Энрике выгнулся дугой, изо рта хлынула кровь – а затем ун-капитан обмяк.

Диего встал. Медленно, словно во сне, подошел к борту, оперся, пятная светлое дерево чужой кровью. В пяти сотнях футов перед ним «Ла Фер» пытался развернуться оверштаг, чтобы пустить в ход пушки левого борта. Снова протрещали мушкеты, несколько пуль рванули доски совсем рядом с маленьким таном – но капитан «Мстителя» даже не заметил их.

– Ка-лейтената Оркиса и старшину Фишера – на мостик!

– Тан капитан, – Оркис бегом взлетел по трапу – и отшатнулся в сторону, едва не наступив на тело ун-капитана. – Великий Огонь… тан Кэмпбелл… убит?