Крысобой
Шрифт:
Я подсел к столу и Юстиг по-отечески похлопал меня по плечу.
— Ты очень резко поумнел, Крысобой, — сказал он. — Я бы до такого никогда не додумался и сейчас поехал бы в эту дворцовую стражу, считай что на пенсию.
— На пенсию тебе рано, Юстиг, — улыбнулся Риффен. — Поедешь на север к границе с пятью тысячами своих войск и с тысячей Катона.
Он повернулся ко мне, подмигнул и объяснил:
— Это те, кто якобы погиб в сражении.
Вот это грамотное решение. И границу как раз
— Остальные займутся расчисткой на поле. Для Катона это подходящее задание. Хорошо, что есть куда казарбов захоронить, крестьяне как раз большую братскую могилу выкопали для них, — Риффен усмехнулся. — А ты, Кранц, с утра заберешь людей в помощь троллю и поезжай, ускорить надо изготовление арбалетов. Потом сразу те, кто здесь останутся из корпуса Юстига, поступают под твое командование. Сам и закроешь перевал.
Отличный план, мне нравится. Своей сотне тоже место присмотрю — поближе к Трогеру и перевалу.
Риффен четко мыслит, как всегда. Но у меня появились вопросы после беседы с Хараганом.
— Сразу после того, как ты займешь перевал, — продолжал Риффен. — Я откажусь от статуса наместника и объявлю о независимости Корханеса. Так всю провинцию и будем называть, то есть теперь уже и не провинцию. Название придумать надо для нашей земли.
— И для твоей должности, — добавил Юстиг. — Я-то согласен министром обороны, а тебя как будем называть?
— Правитель Корханеса. Пока так, а потом еще подумаем, — ответил Риффен.— Но главное не это, а мирный договор с гоблинами. Это наипервейшая забота.
Ого. Мне можно и не задавать свои вопросы, похоже, что Риффен и здесь все уже продумал.
— Отправлю делегацию к Басдору, — сказал он. — Прото и Йонуса. Чтобы сказали — мы на их земли на правобережье не претендуем, это все император плохой, с которым наши дороги разошлись. Нас и старые границы полностью устраивают. Тогда они, глядишь, и вернутся к взаимовыгодной торговле. Мы в Корханесе — мирный народ. И казарбам хочу сообщение передать: «Нас не тронь, и мы не тронем.» С кем вот только?
— С этим пленным внизу, — подал голос я. — Хараган его имя. Домой просится. Думаю, что лучше него никто не сможет эту нашу позицию донести до их князя.
Риффен и Юстиг переглянулись.
— Это опасно, — сказал командор. — Он нашу тактику знает.
— Ничего в этом опасного нет, — возразил я. — Наоборот, он расскажет своим, что с нами шутки плохи. К тому же, если через него передать, что мы за мир с гоблинами, они и не придут больше.
— Как это связано? — с недоумением спросил Юстиг. — Они наверняка захотят отомстить за двадцать тысяч своих солдат.
Риффен тоже меня не понял.
— Ну-ка, ну-ка, — сказал он. — Что ты у него выпытал?
—
Риффен покрутил головой. Переварил новые данные и немного подумал.
— Это ничего не меняет, — сказал он. — То есть, наоборот, облегчит нам задачу. Прото скажет гоблинам: как же так? Вы и колдовали и казарбов из степи призвали, нехорошо. Давайте все забудем и мирно жить начнем.
Юстиг почесал затылок.
— Тебе виднее, Риффен, ты у нас политик, — сказал он. — Да если и придут эти степняки снова, у нас же арбалетов хватит и сто тысяч положить.
— Да, можно этому Тарбагану, или как его там, так и сказать, чтоб передал, — подвел итог Риффен. — Ну что, вроде бы все решили, отбой? Утром за работу.
Я только сейчас понял, что валюсь с ног от усталости. Пошел домой, чтобы немного поспать. Хараган пусть понервничает до утра, нечего было морозиться и на вопросы не отвечать.
У конюшен мне навстречу попалась Дора. Я машинально кивнул ей и отдал ключи от подвала. И только когда она ушла, подумал, откуда это она? Наверное убаюкивала Люка. Завтра не забыть спросить, когда свадьба. Марвину понравится.
Арма посапывала в стойле.
Фреха стояла рядом и смотрела на нее.
— Ты чего так долго? — спросила она.
— Разговоры разговаривал. С Риффеном и Юстигом.
Она сразу все поняла и радостно улыбнулась. Так на нее не похоже.
Все-таки это она все время вела меня своей дорогой. Поэтому и радуется, что пока получается.
У меня уже не осталось сил, чтобы поговорить. Огромная куча накопившихся вопросов после разговора с Хараганом подождет до более удобного случая.
— Ну тогда я домой, — сказала она и тут же улетела.
Я по одному ее взгляду вдруг понял, что моя куча вопросов не имеет никакого значения. Вообще.
Просто надо принять все так, как оно есть.
С этой мыслью я с трудом поднялся на второй этаж.
А Корханес надо назвать республикой. Учредить сенат и все такое. Кажется, я думал это уже во сне.
Разбудил меня Марвин. Когда он-то спит? Если вообще спит.
— Там приехали какие-то люди от Риффена, — сказал он.
— Это помощники для Трогера, пусть во дворе подождут. Нам с тобой еще надо к Прото за деньгами.
Черт! Еще же Хараган. И с Зораном встретиться.
— Нет, постой! — передумал я. — Где Джей?
— Внизу, в конюшне.
Я высунулся в окно и посмотрел на пятерых крепких молодых парней, учеников Ратакура, и обычных лошадок, на которых они приехали. Смысла брать их с собой не было, все равно отстанут.