Крысобой
Шрифт:
Запах залитого водой пожара ударил в нос даже через фильтр. Многочисленные следы штурма виднелись на каждом углу. Но, честно говоря, я думал, будет хуже.
На центральной площади народ уже все привел в порядок, на рынке шла бойкая торговля. Аптека Фрехи тоже работала, но Мара сказала, что самой Фрехи там нет.
Я тоже думал, что она у Риффена или где-то вместе с ним на стене. Скорее всего, на башне южных ворот. Туда мы и направились.
Наместник смотрел в одну из бойниц центральной башни на поле внизу, когда я
Риффен обернулся и радостно закричал:
– Крысобой! Здорово, что ты приехал. Вовремя. Я собираюсь вывести гарнизон и ударить этим козлам в спину!
– Надо держаться на безопасной дистанции и ждать удобного момента, – напомнил я.
Наместник развел руки. Он, конечно, похудел, но выглядел бодрым.
– Фреха мне передала твои слова, но я не могу сидеть, сложа руки!
– Руки можно занять тем, чтобы перетащить на эту сторону побольше катапульт, – сказал я.
В принципе, с таким настроем Риффена можно и ускорить ход событий, а не ждать темноты. Неизвестно, как поведут себя казарбы, вдруг они решат уйти в степь? Тогда все придется начинать сначала.
– Зачем катапульты? – спросил Риффен. – Все равно они не станут приближаться на расстояние выстрела из нее. И почему нам нельзя приближаться к ним на расстояние ближе трехсот пятидесяти шагов?
Риффен показал мне несколько деревянных болтов с плоскими стальными наконечниками.
– Ты про это? Они убили Хемраса в первый же час осады вот такой штукой.
Я вынул из подсумка стальной болт, сделанный Трогером, и позвал Люка с моим арбалетом.
– У нас есть кое-что получше, – сказал я. – Дальность и точность выше, чем у них.
Я показал наместнику свой арбалет. Глаза у Риффена загорелись. Он взял арбалет и прицелился.
– Где ты его взял?
– У одного мастера, который сделает нам десять тысяч штук по триста тигров, – ответил я. – У нас есть такая сумма?
Риффен задумался, глядя в бойницу. В отличие от Юстига, наместник соображал быстро и смотрел на вещи шире.
– У нас, в смысле у нас с тобой, и никого больше? – спросил он тихо.
– Да, я имею в виду в казне Корханеса у Прото.
– Конечно, есть, – сказал Риффен. – Но кого мы ими будем вооружать? У меня меньше пяти тысяч в гарнизоне.
Я посмотрел в бойницу и кивнул в сторону корпуса Юстига.
Риффен выглянул и почесал щетину на подбородке.
– Сложно, – произнес он задумчиво. За свои деньги вооружать войска императора смысла не было. – Насколько эта штука хороша?
Я как раз увидел внизу разъезд из десяти казарбов. Они подъехали на своих куцых конягах слишком близко к стене. На глаз, по прямой не больше четырехсот шагов.
Один из них чуть сместился в сторону и отстал, когда остальные поскакали назад.
Я быстро зарядил арбалет, прицелился и выстрелил.
Болт попал ему сбоку в шею. Казарб упал, и его лошадь поскакала за остальными. Они сначала не поняли, что случилось,
Риффен с расширенными глазами перевел взгляд с мертвого казарба на меня, потом взял арбалет и приложил к плечу. Натянул тетиву и протянул в мою сторону руку за болтом. Зарядил и выцеливал по сторонам, но подходящих мишеней больше не нашел, и выстрелил в мертвого. Попал ему в грудь, левее сердца и ударил себя кулаком по колену.
– Вот это да! – сказал он. – Покупаем! А с Юстигом я поговорю. После того, как разберемся с этими степняками.
Он хлопнул меня по плечу.
– Ай да, Крысобой! Ты времени зря не терял. И Фреха мне сказала, что ты нашел портал, а она его закрыла с помощью ведьмы из храма Тессини в Эртузе. Молодец!
Это он еще не знает, что я захватил телеграф и перекрыл почту казарбов.
– Наместник, мне кажется, что казарбы ближе к вечеру начнут действовать, – высказал я свои соображения. – Они знают, что ночью у нас большое преимущество, а когда поймут, что Юстиг не собирается до темноты атаковать первым, то либо сами перейдут к нападению, либо отступят в степь.
– И что для нас лучше? – спросил Риффен.
– Лучше не позволить им отступить, – ответил я. – Но готовы ли вы рискнуть и вывести гарнизон под стены? Конечно, надо перетащить сюда больше катапульт. Сейчас они увидели, что мы убили этого казарба с расстояния, на котором они не могут нам ничего сделать. И тогда перейдут в наступление на Юстига, а там у меня девяносто стрелков с такими арбалетами, и по двести болтов у каждого.
Риффен все быстро просчитал. Подозвал своего сокольничьего, чтобы отправить Юстигу записку. И приказал Гримсу готовить четыре тысячи для вылазки. Еще пятьсот бойцов расставил на стене с луками и катапультами.
Вот теперь я сделал все, что мог. Дальше оставалось положиться на удачу.
Казарбы все же не дураки. Они понимали, что стоять всю ночь слишком рискованно. И раз уж вышли навстречу, то надо атаковать, тем более, что их больше. Просто изначально они хотели действовать надежно согласно своему плану и тактике. Подав сигнал дымом, ждали прихода подмоги. Видимо, где-то не очень далеко находились еще войска. Два, может, три дня пути.
День клонился к концу, а Юстиг терпеливо стоял. Казарбы начали нервничать и их полководцы колебались. То ли отступить, то ли броситься вперед. Мои ночные нападения сыграли свою роль. У степняков появились сомнения.
Время уходило и было против них. По прошедшей по их шеренгам волне, стало понятно, что они решили перейти в наступление.
Все шло по плану.
Я никуда с башни уходить не собирался. Мара пристроилась рядом на большой бочке. Фреха почти все время парила над равниной.
Люк и Джей осваивали привезенную с другой стороны катапульту и сделали три пробных выстрела под разными углами.
Две тысячи пикинеров и две тысячи лучников под командованием Гримса вышли из главных ворот и выстроились перед рвом.