Крысобой

Балханов Олег

— Что-то ты, Кранц, разошелся, — недовольно поморщилась Фреха. — Все это ты всегда, в любой момент успеешь. Сейчас дела поважнее есть.

— Родина в опасности? — спросил я.

— Вот именно.

— И что я могу сделать?

Фреха повела меня к дому шамана. Сначала я хотел раздобыть две-три походные палатки, их тут как раз делали на маленькой мануфактуре. И выехать, чтобы засветло добраться к склонам у подножия гор. Но испортившаяся погода изменила расклад. Ладно, заночуем здесь, в казармах места свободного много.

У шамана дома было тихо. На первом

этаже в просторной кухне-гостиной, где мы совсем недавно прощались, сидела одна Мара и играла с котом.

Она помахала нам ручкой.

— Я же говорила, что мы скоро встретимся снова.

Маленькая колдунья.

Она улыбнулась и похлопала по дивану.

— Присаживайся, Бешеный Пес, дедушка сейчас придет.

Я сел рядом с Марой.

Фреха подбросила в камин пару поленьев.

Вошел шаман. В прошлый раз он был в обычной одежде. Сейчас на нем красовался какой-то странный наряд. Разноцветные перья, пришитые или приклеенные к широченным штанам и квадратной куртке на пару размеров больше, топорщились в разные стороны. На голове черная шляпа, я бы сказал, модная, что бы это ни значило. На щеках красно-желтые полоски как у футбольного фаната. В руке серебряная пузатая погремушка с пришитыми на ниточках к верхней части двумя круглыми помпонами с нарисованными черепами. В общем, шаман.

Он пододвинул табурет, сел напротив вплотную и кивнул мне вместо приветствия.

Ну да, недавно виделись.

Шаман устроился поудобнее, шумно выдохнул и начал ловко крутить ручку погремушки, зажав между ладоней, словно собирался добыть огонь. Пробковые помпончики весело постукивали по бокам серебряного шара, извлекая необычный звук — легкое гудение и звон. В какой-то момент мне начало казаться, что гудит и звенит у меня внутри головы.

Шаман вдруг ловко перехватил погремушку правой рукой и легонько стукнул меня по колену.

Вокруг стало тихо.

Я сидел на вершине горы. Вокруг летали большие черные грифы. Над головой плыли желтые облака. Внизу на заснеженной равнине разворачивалось сражение двух огромных армий.

Сначала они обменялись волнами кавалерийских атак и тучами стрел. Потом спешились, отпустив коней, и сошлись врукопашную. Рубились отчаянно и ожесточенно, звон мечей и сабель заглушал все вокруг. Снег стал красным.

Победивших не было. Немногие оставшиеся в живых, обессилев, расходились на свои стороны огромного поля, заваленного трупами. В небе парили стервятники, готовясь пировать. Солнце зашло и стало темно. Я больше не видел место битвы и не сидел на вершине горы, а медленно летел над землей в лунном свете.

— Вот, выпей, — шаман придвинул ко мне стакан с мутной жидкостью. — Погаси огонь.

Я послушно выпил холодную воду с добавлением какой-то мятной травы. Сразу стало легче.

— Что я видел? — спросил я, оглядываясь.

Мара сидела рядом и играла с котом. Фреха с Тиной накрывали на стол. Мать Тины зажигала свечи, обходя комнату с лучиной.

—

Ты нам скажи, — сказала Фреха. — Наверное что-то очень веселое. Ты смеялся, как ребенок.

Смеялся?

Мара посмотрела на меня.

— Всего пару минут прошло, — сказала она. — Давай, расскажи, мы тоже посмеемся.

Пару минут? Мне показалось, целый день пролетел. И я так устал, словно сам весь день рубил саблей.

— Рассказывать никому ничего не нужно, — сказал шаман, тоже устало. — Если не хочешь.

— Но что это было, прошлое или будущее? — я не мог понять, почему я смеялся. Ничего смешного в моем видении не было.

— И то, и другое, — ответил шаман. — Все повторяется. И ты остаешься прежним. Собой.

Так кто же я?

Подошла Фреха и села рядом.

— Ты можешь все изменить, — она положила мне руку на плечо. — Но для этого тебе надо измениться самому. Прислушаться к зову сердца.

Я посмотрел ей в глаза. Холодные и печальные, горящие и веселые, все это магически одновременно. Нет, мне ничего не понять. Скажите мне прямо и просто, что мне делать. А так я не умею, не могу.

— Нет никаких прямых и простых ответов, — сказал шаман. — В любом случае, тебе решать...

Тина хлопнула в ладоши и я очнулся.

Я сидел рядом с Марой. Она играла с котом.

Фреха подбросила в камин пару поленьев.

Мать Тины зажгла свечи и сказала:

— Прошу к столу.

Старый шаман в обычном полушерстяном комбинезоне широко мне улыбался.

— Крысобой, оставайся! — сказал он, хлопнув меня тяжелой ладонью по тому же колену, по которому стукнул погремушкой. — Живи, сколько хочешь.

Я вспомнил, как он говорил это вчера и тоже улыбнулся.

— Спасибо за предложение, но у меня много дел.

Мара села за стол напротив меня и подмигнула.

***

Выехали мы сразу, как рассвело. Небо было ясным. В отличие от моей головы. Там было все так сложно, я не понимал, где сон, где явь. Куда мы скачем? Зачем? Не помню. Надо сосредоточиться.

— Ночью громыхнуло знатно, — поеживаясь, сказал Зоран.

— Страшно тебе? — весело спросил Люк.

— Сейчас как приедем в самое пекло, — Марвин показал плетью вдаль. — Смотрите, опять началось.

Погруженный в свои мысли, я не сразу отреагировал. Но поднял голову вверх, когда услышал, как все вскрикнули. Каждый по своему. Кто-то удивленно, кто-то испуганно, кто-то восхищенно.

Один Итан спокойно сплюнул в сторону.

Вулкан вдалеке дымил, как в первый день. Густая чернота вспыхивала багровыми языками пламени. Магма оранжево-черными реками пузырилась и громко шипела, скатываясь вниз по склонам.

Раздался еще один сильный взрыв и новый столб пепла выбросило из жерла.

Мы поднялись на вершину пологого холма. Заснеженные склоны гор по краям долины начинали чуть дальше таять из-за близости вулкана. Небольшая река посредине отражала черный столб дыма, огромным косматым джинном нависающий над горами.