Крылья над полюсом
Шрифт:
Согласившись с мнением Цаппи, из Рима приказали летчикам Маддалене и Пенцо прекратить полеты, а Романья в свою очередь радировал на "Красин", чтобы потерпевшие бедствие поскорее были доставлены в Кингсбей, где находился "Читта ди Милано". Так была упущена наиболее благоприятная возможность узнать что-либо о судьбе наших шести товарищей, исчезнувших на дирижабле, и спасти тех, кто мог остаться в живых.
Оправдать такую грубую меру тем, что "Красину" было предложено прекратить поиски якобы из-за необходимости срочно прооперировать ногу Мариано, конечно, нельзя, так как операция была несложной и ее могли сделать на борту "Красина" в присутствии итальянского врача, приглашенного с "Браганцы".
И действительно, шведы были уже готовы и ждали только приказа на вылет. Но его все не было, да и не могло быть, потому что, как я уже говорил, Романья просил "Красина" поскорее вернуться в Кингсбей.
4.8. "Браганца" идет на помощь Чухновскому
В то время как разворачивались эти события, "Браганца" 8 июля вышла из Кингсбея с Бальдиццони и Джованини на борту в свой третий рейс вдоль северных берегов Шпицбергена. Корабль был послан Романьей с честолюбивыми намерениями, но без соответствующей подготовки в те дни, когда он уже не рассчитывал на помощь "Красина" из-за аварий и нехватки топлива на ледоколе.
Одиннадцатого июля "Браганца" вошла в залив Беверли, чтобы взять на борт поисковую группу в составе Альбертини, Маттеоды, Нойса, Тандберга и двух альпийских стрелков, охранявших склад продовольствия. Двенадцатого июля корабль снова лег на курс, и тут радио сообщило, что Мариано и Цаппи находятся на борту "Красина" и вот-вот будут спасены люди из красной палатки. Теперь "Браганце" уже не было смысла продолжать плавание на восток.
Но 13 июля, когда судно сделало остановку в 22 километрах севернее острова Скорсби и в 25 километрах северо-восточное мыса Вреде, Бальдиццони получил от Романьи приказ отправить патруль, состоящий из Альбертини, Маттеоды, Нойса и Гуальди с маленькими санями, которые можно было тащить вручную, на мыс Вреде, где приземлился Чухновский со своим "Юнкерсом", сломавшим при посадке шасси.
Доставив русским лыжи и прочее снаряжение, необходимое для ледового перехода, патруль вместе с ними должен был прибыть на "Браганцу", которая будет ждать их в 25 километрах от мыса Вреде. Чтобы преодолеть это расстояние, потребовалось шестнадцать часов утомительного перехода. Но "Юнкерс", как оказалось, приземлился немного южнее мыса Вреде - во фьорде Рийп, у западного берега Земли Оскара II, где его и обнаружил на следующий день Нойс в то время, как другие разбивали лагерь.
Очень сердечной была встреча с русскими; извещенные по радио, они, оказывается, ждали прибытия "Красина". Несколько часов спустя ледокол показался на горизонте. Огромные толстые льдины преградили ему путь, и он остановился в миле от лагеря русских. С корабля сошли два человека, чтобы помочь доставить трехмоторный "Юнкерс" на борт "Красина".
Шестнадцатого июля в 4 часа утра Самойлович стоял на капитанском мостике "Красина", с беспокойством ожидая появления пяти человек с "Юнкерса" и двоих, которые отправились на помощь им. Каково же было его удивление, когда он увидел, что к кораблю приближаются вместо семи одиннадцать человек. Загадка быстро разрешилась, как только первая четверка подошла поближе.
Самойлович пишет:
"Первым подошел к кораблю незнакомый нам плотный высокий человек с рыжеватыми волосами и светло-голубыми глазами. Это был, как потом оказалось, норвежец Ялмар Нойс; за ним шли наши летчики и трое смуглых, бравых итальянцев - инженеры Альбертини и Маттеода и сержант-майор альпийского корпуса Гуальди. Все они были крепкие, ловкие молодцы и произвели на нас очень благоприятное впечатление".
Курьезная деталь:
4.9. Шведская экспедиция покидает Шпицберген
Узнав о счастливом завершении экспедиции "Красина" и о спасении Соры и Ван-Донгена, а также о том, что по приказу "Читта ди Милано" прекращены поиски последней группы потерпевших бедствие на "Италии" и "Красин" собирается возвращаться в Норвегию, в бухте Мэрчисона стала сворачиваться шведская экспедиция. Тринадцатого июля в 15 часов 30 минут в Кингсбей вылетели "Упланд" и "Турку". На борту финского самолета был Сора.
Вслед за ними утром 15 июля вылетели самолеты "Ганза-Бранденбург", пилотируемые Якобсоном и Свенсоном, и "Мот". Пилот "Мота" Экманн три дня назад один прилетел напрямик через горы из бухты Рождества в бухту Мэрчисона. Маленький самолет "Клемм-Даймлер" на лыжах, который прибыл на Шпицберген через неделю после "Мота", был демонтирован и погружен на борт "Квеста". Вечером 15 июля оба "Ганза-Бранденбурга" приводнились в Кингсбее, где их уже ждал "Мот", так как Экманн и на этот раз предпочел отправиться напрямик через горы, в то время как оба гидросамолета следовали вдоль берега.
В тот же день "Квест" с Лундборгом и другими шведами на борту снялся с якоря и покинул бухту Мэрчисона. Из-за плохой погоды, которая задержала их в пути, судно прибыло в Кингсбей только вечером 17 июля, когда там уже находилась "Таня".
Пока "Квест" стоял на якоре в Кингсбее, "Красин", покинувший мыс Вреде, догнал "Браганцу", на которую пересели люди из патруля Альбертини. В сопровождении китобойца ледокол продолжал свой путь и ранним утром 19 июля бросил якорь в Кингсбее, недалеко от "Читта ди Милано". Тут же моторный бот с Романьей на борту направился к "Красину", чтобы принять семь человек, спасенных советскими моряками. Сначала были доставлены Цаппи, Вильери, Бегоунек, Трояни, Бьяджи и Чечони, а потом на носилках перенесли Мариано.
На следующий день утром - это было 20 июля - врачи "Читта ди Милано", которым ассистировал хирург с "Красина", оперировали Мариано, ампутировав ему правую ногу, отмороженную во время перехода по льду.
Джудиччи рассказывает, что он находился в каюте своего приятеля Томазелли, когда послышался беспорядочный шум: какие-то голоса и шаги, а затем голос Мариано, который спокойно сказал: "Ну вот, теперь Мариано без ноги".
Тем же утром снялось с якоря судно "Таня", взяв курс к берегам Швеции. На ее борту находились самолеты "Клемм-Даймлер", доставленный в Кингсбей на "Квесте", и "Фоккер-31" Лундборга, подобранный на льду "Красиным". Два "Ганза-Бранденбурга" и "Упланд", как и итальянские гидросамолеты "S-55" и "Марина-II", были погружены на борт угольщика и отправлены в Норвегию. Оттуда они должны были лететь на родину.
В те дни Кингсбей сделался центром по розыскам Амундсена. За несколько дней до прихода "Красина" туда прибыли два крейсера - французский "Страсбург" и норвежский "Торденскхольд". Теперь оставалось подойти только "Хобби", на борту которого находились Рисер-Ларсен и Лютцов-Хольм со своими самолетами.
Двадцать четвертого июля в 11 часов вечера "Квест" пришвартовался в Тромсё, доставив туда шведских летчиков. Раваццони, который, как мы уже говорили, прибыл в Тромсё для поисков Амундсена на самолете "Марина-I", нанес им визит и, узнав, что они собираются в Нарвик, чтобы сесть там на поезд и отправиться на родину, захотел лететь вместе с ними.