Крылья мрака

Гир Тильда

Эливенер взвесил на руке булатный посох с хрустальным шариком в рукоятке. Поможет ли?..

Как жаль, что он не успел постичь все свойства этого странного предмета!

Глава 29

Нападение оказалось неожиданным для всех, включая и путешественников, и уробороса, топтавшегося рядом с братом Лэльдо.

Черная туча, состоящая из гигантских ящеров, в одно мгновение накрыла лощину, в которой шло избиение хищных младенцев. Яростные вопли озверевших вконец крылатых рептилий смешались с писком хворь-перевязок и завываниями скальных кошек.

Брат Лэльдо только и успел заметить, что горожане мгновенно попадали на спины и принялись молотить

в воздухе ногами, норовя зацепить когтями скользкие животы птервусов, и при этом выпускали из-под пышных хвостов прямо в зубастые пасти едкую, невероятно вонючую струю. И птервусы, сами вроде бы не отличавшиеся приятным ароматом тел, резко взлетали вверх, стараясь увернуться от оружия горожан! «Ну, дают хорьки!» — восторженно подумал эливенер. Скальные кошки, наоборот, подпрыгивали повыше, целясь в длинные тощие шеи рептилий… А потом не меньше десятка птервусов одновременно атаковали стоявших чуть поодаль путешественников, и молодому эливенеру стало не до наблюдений. В правой его руке сам собой очутился маленький кривой ятаган, в левой он держал булатный посох… но сталь импровизированного кинжала отскакивала от скользкой, плотной кожи ящеров. Нанеся несколько ударов и едва увернувшись от очередной пары когтистых лап, брат Лэльдо поспешно настроил посох на испускание жара и принялся изо всех сил лупить по бокам, крыльям и шеям круживших возле него тварей. Но казалось, от ударов жгущим посохом птервусы становились лишь злее и сильнее. Через минуту-другую, поняв, что дело плохо, молодой эливенер сменил настройку, и хрустальный шарик на рукоятке булатного посоха ударил в какого-то ящера костоломным холодом. Ящер хрипло каркнул — и свалился на землю бездыханным.

— Ага! Проняло! — заорал брат Лэльдо и принялся молотить направо и налево, морозя зубастых гадов на лету.

Скальные кошки и хворь-перевязки завершали дело, если какой-то из ящеров продолжал слегка трепыхаться. Своими острыми когтями они мгновенно раздирали скользкие шкуры, выпуская наружу вонючие кишки. Впрочем, эта вонь мало что могла прибавить к уже царящей в долине…

Лэса тем временем ловко орудовала своим посохом, просто-напросто сбивая птервусов наземь… впрочем, немного позже эливенер понял: не просто. Отнюдь не просто. Иир'ова пустила в ход магию кристаллов… но пока что эливенеру было не до размышлений на отвлеченные темы.

Впрочем, сражение длилось совсем недолго. После того, как на земле между ямами гнезд очутилось с полсотни рептилий, оставшиеся в живых ящеры с резкими, пронзительными криками рванулись на юг и скрылись за вершинами холмов.

Но не успели воины перевести дух, как в долину вернулись бабочки.

Начался новый бой. Нелепый, как бой с тенью. К сожалению, огромные бабочки не были тенями, они кусали горожан, скальных кошек и путешественников, царапали их колючими лапами, били невесомыми крыльями, засыпая им глаза облаками голубой пыльцы… а от ударов просто отлетали в сторону, ничуть не пострадав. Лэльдо и иир'ова ловили бабочек и обрывали им крылья, но на месте одной тут же возникал десяток… скальные кошки и горожане, подпрыгивая, ловко «приземляли» чешуекрылых и рвали их пополам… но бабочек было слишком много. И облетевшая с их больших крыльев пыльца все гуще и гуще клубилась в воздухе, заставляя людей чихать, кашлять, задыхаться…

И тут раздался оглушительный мысленный крик уробороса Дзз:

— Кто-нибудь знает, есть ли поблизости река?!

— Какая-то вода к востоку от нас, в соседней лощине! — тут же ответила иир'ова, давно уже чуявшая запах то ли реки, то ли озера. Во всяком случае, пресной воды.

Уроборос тут же рванул в сторону от свалки, стремясь выбраться на простор. Едва очутившись на краю беснующегося облака голубых крыльев, он осмотрелся и принюхался. Действительно,

к воде вела очередная вертикальная щель, прорезанная сквозь холм. Уроборос на несколько секунд замер, сосредотачиваясь… потом быстро откусил кончик отросшего с утра хвоста, зажег все свои шипы (хотя в солнечных лучах их свет почти не был заметен) и, издав невероятно высокий писк, не спеша потрусил к каменной щели.

Поначалу можно было подумать, что ничего не происходит. Потом брат Лэльдо заметил, что бабочки, крутившиеся на краю облака, понемножку, по одной потянулись за уроборосом.

А через несколько минут уже вся голубая орда, забыв обо всем, самозабвенно неслась за малышом Дзз. Он нырнул в каменную щель — и голубое облако втянулось в нее без следа.

Заинтригованные путешественники тоже поспешили туда. Щель оказалась достаточно широкой, чтобы можно было без труда пройти в соседнюю лощину, которую и в самом деле пересекала не слишком узкая речка.

Уроборос сначала потоптался на каменистом берегу, дожидаясь отставших бабочек, — а потом скользнул в воду и скрылся под ней.

Очумевшие бабочки бросились в волны.

И вскоре реки стало не видно под сплошной массой намокших голубых крыльев.

Уроборос выбрался на берег, встряхнулся как следует, обдав иир'ову и брата Лэльдо фонтаном брызг, и с довольным видом сообщил:

— Вот как я их!

— Здорово! — с искренним восхищением воскликнул эливенер. — Где ты этому научился?

— Мне этому и учиться не надо, — хихикнул уроборос и пояснил: — Так наши предки добывали пропитание, и мы так ловим бабочек и саранчу, их сушат и солят, они очень вкусные.

Лэса подошла к малышу и, присев перед ним на корточки, заглянула в синие глаза и улыбнулась. Уроборос мурлыкнул и потерся об иир'ову лохматым боком.

* * *

Отряд горожан и скальных кошек уже разошелся по соседним лощинам, громя гнезда рептилий. Не прошло и часа, как все было кончено. Выбравшись из вонючих угодий и вернувшись в рощу, бойцы расположились на отдых, благо ветер переменился и в роще можно было отдышаться. И только теперь молодой эливенер вспомнил еще одну строку пророчества Даммуса, прочитанного ему старым хворь-перевязкой: «Философские камни свободу найдут». Он огляделся в поисках Дзз и увидел, что уроборос о чем-то горячо спорит с Кенардем.

Брат Лэльдо основательно устал, и потому решил, что разговор о философии в любом ее виде, даже в виде философских камней, вполне можно и отложить. Сначала отдохнуть надо.

А заодно подумать о том, как жить дальше. В смысле — в какую сторону двигаться.

Брат Лэльдо, конечно же, не мог забыть о том, что в здешних краях существуют области искажения ментальных полей. И что эти области тянутся вдоль меридианов, полосами, сужаясь к северу. А им с Лэсой нужно было на юго-восток, в Гималаи. Если они повернут обратно прямо сейчас, то им поневоле придется как-то обойти скальный хребет, в котором окопались курдалаги, и при этом пересекать весьма обширные территории с нестабильным ментальным полем. Но на таких территориях нет возможности ментального общения, а значит, опасность многократно возрастает.

Если же путешественники двинутся на север, оставаясь в пределах уравновешенного ментального пространства, они, с одной стороны, дойдут до тех мест, где полосы перемежающихся пространств станут достаточно узкими, чтобы можно было пересечь их за считанные часы. С другой стороны, им в таком случае придется сделать большой круг и потерять много времени.

И есть еще и третья сторона. Путники поневоле окажутся слишком близко к землям неведомых Других людей, о которых ходят странные, а порой и страшные слухи… Но если хорошо подумать — разве здесь, в этих краях, мало странностей?