Крыло
Шрифт:
Я улыбнулся:
— Куда мне подойти за грузом?
Пьер дернулся. Просто клоун, продолжающий играть свою роль. Гребаный спектакль. Он раб своей роли. Он не может отойти ни на шаг от сценария. Опутанный с ног до головы неписаными правилами, понятиями и прочей ерундой. Да, я — голодный нищий ребенок. И вся моя свобода — свобода сдохнуть в ближайшей подворотне. Но как же все это иронично. И как опротивело.
— Я не при делах, Като. Тебе все скажут другие. Проваливай, — кисло ответил
Вернувшись к парням, я отдал им припрятанный кусок хлеба. На их вопросительные моськи лишь ободряюще улыбнулся:
— Не кипишуйте, все нормально будет. Перебьемся пока этим. Плохое дело, сам знаю, но есть что-то нужно.
Дерьмовое оправдание, если откровенно. Преступность — липкая жижа, в которую очень легко вляпаться и очень сложно потом отмыться. Все, что я могу сделать — не вмешивать в это остальных. Сам себе кажусь героем второсортного боевика, в котором главный герой, благородный парень, вынужденный заниматься преступностью, ограждает своих близких от этой заразы. Только, боюсь, не смогу я в одно лицо вынести всю местную «мафию». Куда быстрее меня вынесут.
Я все еще голоден. Хлеб лишь слегка притупил это чувство, но не более.
К нам подошел подросток, обычный, каких полно на улицах. Ничего не говоря он сунул мне в руки тряпичный сверток и свернутую записку, тут же побежав дальше. Я кивнул парням:
— Идите домой.
— Но...
— Никаких «но». Это просто проверка. Когда будет что-то важное — я вас позову. Идите.
Подождав, пока они отойдут подальше, я открыл записку. Адрес и короткое описание человека. Точнее, всего одна примечательная деталь. Открывать сверток даже не подумаю, мне без разницы, что там лежит. Не тяжело и ладно.
Я вышел на улицу и побрел в сторону места, указанного в записке. Намного позднее я буду вспоминать эти дни. Вспоминать и думать, можно ли было что-то изменить. Была ли у меня вообще возможность не дать произойти тому, что произошло. Ответа я так и не найду.
Прошел я всего один квартал, когда дорогу мне преградил Теренс в компании каких-то парней. И, конечно же, они закрыли мне путь.
— Като, — мрачный Теренс вышел вперед.
Я вздохнул:
— А я-то думал, откуда крысиным дерьмом пахнуло.
Прохожие оборачивались на нас. Горожане отлично понимали, во что может превратиться любая разборка. Поэтому, заметив нас, они тут же искали взглядом ближайшего гарнизонного, надеясь, что тот не даст случиться чему-нибудь незаконному. Что поддержит хоть какой-то порядок на улицах. Теренс глянул на мага гарнизона. И тот отвернулся. Подкуп?
— Это что же такого произошло, чтобы крыса разорилась на подкуп сослуживцев? — проследив взгляд парня, спросил я.
— Като, — он явно нервничал. Заранее заучил то, что должен был сказать, и
— Именно потому, что я очень хочу жить, ничего я вам не отдам.
— Дело не только в тебе, — продолжал Теренс, будто не заметив моего ответа. — Твои друзья тоже поплатятся. Вы все либо будете работать на Дэвида, либо подохните.
Внутри меня натянулась пружина.
— Теренс. Я голоден и очень зол. Помнишь мою угрозу?
— Игры кончились, Като, — ответил он. — Отдавай сверток.
Как любой уважающий себя пацан, я носил с собой заточку. Никогда не пускал ее в ход, оставляя, как оружие последнего шанса. Сейчас, глядя на десяток парней старше меня, я вспомнил о ней. И не нашел в себе ничего, что бы останавливало меня от применения этого оружия.
— Ну и крыса ты, — обреченно вздохнул.
Сказав это, я поднял пакет перед собой, будто готовый отдать. Теренс облегченно расслабился. Он пошел вперед, что-то говоря. Что-то говоря про то, что я сделал правильный выбор, принял верное решение. Еще какую-то чушь, на которую я не обращал внимания. Я считал расстояние. Следил за его приближением и ожидал идеального момента.
Теренс протянул руки и пальцы его коснулись грубой ткани свертка. В эту же секунду моя рука, схватив заточенный кусок железа, начала движение, резкое и быстрое. Я целил в шею. Когда он начал угрожать детям, для меня эта мразь перестала быть человеком. Я не святой и не моралист. А уж в нравах этого мира Теренс вовсе не делал ничего из ряда вон выходящего. Просто работал на другую мразь. Просто он перешел черту. Если угрожаешь кого-то убить, то будь готов к ответным действиям. Вот и все.
Он успел дернуться, взмахнуть рукой, отклонить мой удар. Заточка врезалась ему в щеку и пошла глубже, пока мой кулак, сжимавший смертоносную сталь, не врезался ему в зубы. Брызнула кровь. Я поднял ногу и толкнул Теренса в живот так сильно, как мог. Он повалился назад, заточка разорвала рот. Брызнуло еще больше крови.
Реакции остальных и гарнизонного я ждать не стал, рванув в сторону, проскальзывая между прохожими, в темную подворотню. Узкие улочки города полны таких укромных темных мест. Она не вела к адресу, написанному в записке. Я бежал в другое место. Я бежал в нашу башню.
Глава 6
Толкнув полноватого мужчину, я едва не свалился сам, чуть не сбившись с шага. Устоял, продолжая бежать, сжимая проклятый свёрток под мышкой. Нырнул в тёмный проулок, маневрируя между кучами мусора и роняя под ноги пустые коробки. Переулок оказался коротким, всего несколько домов. Я выскочил на параллельную оживлённую улицу, быстро оглядевшись. Рука всё ещё сжимала окровавленную железку, которую я сунул в карман. И побежал, маневрируя между людьми. Бегал я хорошо, мог бы и убежать, наверное, но на этих мудаков у меня были иные планы.