Крыло Люцифера

Мартин Томас

— Это знаменитые линии Наски. Добро пожаловать в Перу!

Рутерфорд озадаченно переспросил:

— Линии Наски? Никогда о них не слышал!

Кэтрин хотелось подробностей:

— Я тоже… Их видно с такой высоты — они, наверное, огромные. Каждая линия не меньше полумили. И просто идеально прямые!

Перуанец улыбнулся, глаза его блеснули на ярком солнце.

— Сеньорита, они на самом деле длиннее — более пяти миль. И они вправду идеально прямые: тянутся вверх и вниз по горным склонам, через пропасти и никогда не сбиваются со своего направления.

Кэтрин была поражена.

— Но кто и для чего их сотворил?

— Похоже, сеньорита, вам не приходилось бывать в Перу. — Пожилой мужчина усмехнулся. — Боюсь,

пока вы будете гостить в нашей стране, вам то и дело придется слышать слова, которыми я отвечу на ваш вопрос: этого никто не знает!

20

Несколько минут спустя Кэтрин, покопавшись в путеводителе, повернулась к Рутерфорду и, нахмурив брови, с уверенностью сообщила:

— Тут пишут, линии Наски — это «круги на полях» Латинской Америки. Таких гигантских композиций насчитывается сотни, и никто точно не знает, как они были сделаны. Они изображают как вполне опознаваемых животных и птиц, так и идеально выполненные геометрические фигуры. Самое удивительное в них: оценить точность исполнения, да и просто понять, что они изображают, можно лишь с высоты — вот как мы сейчас. На земле же, из-за огромных масштабов, почти невозможно определить на глаз их размеры, а поскольку нет никаких возвышенностей вокруг плоскогорья Наски (оно почти идеально ровное), рисунки кажутся еще более загадочными и непостижимыми.

Кэтрин на секунду замолчала. Рутерфорд задумался. Можно было и не спрашивать — но она не удержалась:

— Вы думаете о том же, о чем и я?

Рутерфорд кивнул. Его мужественное, волевое лицо было хмурым:

— Если вы имеете в виду, что это напоминает вам теорию профессора о древних, оставивших послание будущим поколениям, то — да, я думаю о том же самом. Уму непостижимо…

Кэтрин отвернулась к иллюминатору и стала смотреть на удивительные рисунки, будто в фантастическом сне проплывающие внизу: огромная птица, пустой параллелограмм… Она уронила путеводитель на колени, чувствуя, как растет комок в горле: все это становилось просто невыносимым.

«Это надо же такому случиться, что, пройдя среднюю школу, университет, докторат и наконец став ученым, вдруг осознать: за какие-то двадцать четыре часа весь твой базис такого удобного мировоззрения разлетелся на куски? Почему никто не рассказывал мне об этих вещах: о картах, линиях Наски, о том факте, что Библия на самом деле — тайный шифр для передачи мудрости древних?»

Она почувствовала, как, желая утешить ее, руки коснулась ладонь Рутерфорда.

— Кэтрин? Кэтрин, с вами все в порядке?

Тепло участливого прикосновения и звук его голоса вернули Кэтрин к реальности. Она повернула голову, чтобы взглянуть на своего спутника и попыталась выдавить улыбку, но не смогла.

Лицо Джеймса было серьезным:

— Кэтрин, нам надо держать себя в руках и стараться сохранять спокойствие. Мы не должны бояться. Вспомните профессора: ведь он уже шел по этой тропе до нас. Мы знаем, что он тоже впервые для себя открыл и эти вещи, и нечто большее, и мы должны следовать за ним. Мы должны доверяться истине и отбрасывать все, что — как нам казалось — знали до этого момента.

На этот раз Кэтрин удалась искренняя улыбка. Ей было хорошо от того, что он рядом.

— Спасибо, Джеймс. Извините меня… Просто за такой короткий срок столько всего навалилось. Такое чувство, будто весь мир изменился… По крайней мере, для меня.

— Понимаю вас… Сам-то я не имею представления, что нас ждет, а когда думаю о последствиях, честное слово, становится даже немного страшно. На самом деле я считаю, что нам надо постараться не загадывать что-то на будущее, а просто двигаться вперед и — что найдем, то найдем.

Кэтрин вновь повернула голову и взглянула на сюрреалистический ландшафт плато. Он был все еще там, словно поддразнивая своими загадочными иероглифами. С новыми мыслями она вновь

раскрыла путеводитель и принялась читать вслух:

«Многие пытались определить возраст рисунков пустыни Наска, но задача эта оказалась невыполнимой. В изображениях не использовались органические материалы, поэтому сразу отпадает радиоуглеродный анализ. Единственное, что могло помочь ученым, — горстка глиняных черепков, раскопанных в одной из рукотворных борозд. Сами картины порождали множество вопросов. Почему, например, изображено так много существ, не обитающих в Андах? Исключение — кондор, но кроме него имеется целая коллекция «неместных» тварей: кит, обезьяна, непонятные виды птиц… И — самое странное во всей коллекции — идеальное изображение невероятно крохотного и крайне редкого вида паука тропических джунглей, позже обнаруженного в самых непроходимых дебрях влажных лесов Амазонки.

Паук вызывает особый интерес, поскольку астрономы подсчитали, что этот рисунок вкупе с примыкающими к нему прямыми линиями представляет собой изображение созвездия Ориона и ближайших на небосклоне звезд».

Кэтрин закрыла книгу. Как астронома такое объяснение ее устроило.

— Джеймс, кто бы ни сотворил эти произведения, ясно одно: они достались нам в наследство от древней развитой цивилизации. Чтобы «читать» небеса и так вот картировать созвездие Ориона, нужны колоссальные знания.

Рутерфорд недоуменно помотал головой.

— Согласен. А как же факт, что половина животных — не из ареала Анд?

Кэтрин вдруг осенило. Она подалась вперед и вновь обратилась к джентльмену из Перу — тот увлеченно читал газету.

— Простите, сеньор, можно мне спросить вас кое о чем?

Пожилой мужчина опустил газету и ободряюще улыбнулся.

— А что сами перуанцы говорят об этих линиях?

Его черные глаза пристально изучали ее лицо. Кэтрин почудилось, что ответ перуанца будет зависеть от того, какой он сделает вывод о ее характере. Она умоляюще посмотрела на него.

— Сеньорита, мы уже давно знаем, кто нарисовал эти линии. Это были Виракочас ^[18] — полубоги, первые правители Перу. Они пришли из-за моря много-много тысяч лет назад. Они издавали законы и учили людей многим вещам. Американские археологи, а до них — испанские считали, что, когда мы говорим о Виракочас, мы рассказываем легенды, однако это не так. Документальных свидетельств об их существовании не сохранилось, но мы твердо знаем, что они были.

18

Бесчисленные легенды индейцев обеих Америк повествуют о том, что некогда на берега их страны высадились белые бородатые люди. Они принесли индейцам основы знаний и законы — основы цивилизации. Они прибыли на больших странных судах с лебедиными крыльями и светящимся корпусом. Подойдя к берегу, корабли высадили людей, голубоглазых и светловолосых, в одеяниях из грубого черного материала, в коротких перчатках. На лбу у них было украшение в виде змеи. Эта легенда почти без изменений дошла до наших дней. Ацтеки и тольтеки Мексики называли белого бога Кецалькоатль, инки — Контикси Виракоча, для чибча он был Бочика, а для майя — Кукулькан.

Пожилой мужчина уверенно кивнул, затем откинулся на спинку кресла и вновь погрузился в чтение газеты.

Рутерфорд, округлив от удивления глаза, придвинулся ближе к Кэтрин и прошептал:

— По-моему, вы только что обнаружили, на чем нам следует сосредоточить внимание. Кто были эти Виракочас и существовали ли они на самом деле?

Кивнув, Кэтрин прошептала в ответ:

— Да, вы правы, они могут оказаться ключом к этой части тайны. Вдруг Виракочас — это те, кто оставил предостережение потомкам в легендах народов мира, а линии Наски — часть того послания?