Кряка

Борис Тихомолов

Кряка

ДОРОГИЕ РЕБЯТА

Если вам случится побывать в Казахстане или Таджикистане и вы увидите там белых как снег уток, знайте: утки эти выращены пионерами Краснодарского края и переданы колхозникам Средней Азии.

Вот о, том, как пионеры помогли колхозу вырастить этих птиц, как они берегли инкубаторских утят, заботливо ухаживали за ними, спасали от грозы, добывали для них корм, сколько радостей и тревог доставила им эта работа и как потом их питомцы полетели на самолётах в Таджикистан и Казахстан, и рассказывается в этой

С ЧЕГО ВСЁ НАЧАЛОСЬ

Вечерело. Сверху на голые ветви деревьев, на черепичные крыши хат сыпало мелкой дождевой пылью и снежной крупой. Изрезанные колеями широкие станичные улицы покрыты лужами. На улицах ни души. Будто вымерло всё, только где-то далеко, на окраине, слышались людские голоса и шум тракторов.

Возле правления колхоза гомонили люди. Председатель, рослый пожилой мужчина, размахивая руками, отдавал какие-то распоряжения. Колхозники тащили доски, длинные жерди, укладывали их в настил. Тут же крутились мальчишки, смотрели, как два мощных трактора, натужно рокоча моторами, барахтались в грязи. За ними нехотя скользили тяжело нагруженные, крытые брезентом сани.

– Тут будем выгружать!
– крикнул председатель.
– Разворачивай!

Тракторы закачались, развернулись на гусеницах и, свернув с дороги, поползли к устланной досками площадке.

Вечерние сумерки накрыли станицу густой темнотой. Тусклыми радужными пятнами засветились на столбах фонари. Председатель, зябко передёрнув плечами, провёл ладонью по влажной от мороси седой голове и сказал, обращаясь к длинному, как жердь, зоотехнику:

– Кажется, всё, Данило Фёдорович. Теперь нужно освобождать помещение, выносить канцелярское барахло.

– А может, завтра, Александр Спиридонович?
– возразил зоотехник.
– Люди заняты на разгрузке, рук не хватает.

Председатель усмехнулся, потёр руками, счищая с ладоней прилипшую грязь.

– Тракторы задерживать нельзя, - сказал он.
– А людей... Тебе не хватает людей?

Сейчас будут...
– Сложив ладони рупором, он крикнул зычно, перекрывая гомон: - Эге-ге-ге-е-ей! Мальчишки, девчо-он-ки-и-и!..

И сразу будто что-то изменилось в общей сутолоке. Шныряющие ребячьи фигурки замерли, остановились, услышав призыв.

– Ко мне-е-е!.. Ко мне-е-е!..
– кричал председатель.

Ребята под добродушные шутки взрослых сбежались к председателю, сгрудились гомонящей ватагой:

– Александр Спиридонович, вы нас звали?

– Звал, - очень серьёзно сказал председатель.
– Ваша помощь нужна, ребята.

– Какая?
– спросил кто-то звонким голосом. Председатель повёл плечами:

– Холодно здесь, замёрз я. Пошли в помещение. На крыльце, остановившись, он обернулся, разыскал глазами подвижную фигуру старшего утятника, крикнул:

– Моисеич, как разгрузите первые сани, зайди ко мне, скажи!

– Ладно!
– донеслось в ответ.

Председатель ввёл ребят в свой кабинет, просторный, светлый, усадил на стулья по обе стороны длинного стола, покрытого малиновой суконной скатертью. Сам присел на подлокотник жёсткого

Он знал их почти всех наперечёт. Вон сидят - два сапога пара - озорники и заводилы: рыжий, весь в конопушках, Юрий Комаров и его закадычный друг Петя Телегин. А вон им под стать две сестрёнки-близнецы Лида и Женя Захаровы, обе на одно лицо, круглолицые, курносые, веснушчатые. Вон Павлик Кра-марь, по прозвищу "Малыш". Вон Люба Карнаух. А это... ба-а-а!.. Председатель с трудом удержал улыбку: даже Гайдук здесь. Сонливый, неповоротливый. Шапка нахлобучена на лоб.

Сидит дремлет - при-грелся. Машинально сосчитал всех. Двадцать три человека. В основном из пятых и шестых классов. Хорошо, это уже сила.

Ребята сидели молча, ждали, что скажет председатель. Он не в первый раз обращается к ним с просьбой. В прошлом году, когда некому было ухаживать за клубникой, он пришёл в школу, собрал на большой перемене учеников и поговорил, с ними. Желающих нашлось хоть отбавляй. Обработанный школьниками гектар ягодника дал небывалый урожай - две тысячи с лишним килограммов первосортной клубники. А шефство над свекловичными полями! Вывозка удобрений, прополка. Тогда с обработанного школьниками участка колхоз взял урожай вдвое больше, чем с других.

Вот и сейчас - смотрит он на них каким-то задумчивым взглядом, а сам привычным жестом похлопывает рукой по карману пиджака.

Нащупав что-то в кармане, Александр Спиридонович не торопясь полез в него и вынул маленький блокнот.

Ребята тотчас же узнали блокнот. На его голубовато-серой обложке было написано:

"Пионерские дела". В этот блокнот председатель записывал всё что ими было сделано.

– Вот, - сказал председатель, - вы все видели - привезли инкубаторы. Завтра же мы начнём их устанавливать. Здесь, в правлении, - он махнул рукой, показывая на кабинет, - стену эту сломаем, чтобы просторнее было. Через две-три недели станция должна работать.

Открыв футляр, он не спеша вынул очки, надел их на крупный нос, отчего лицо его стало строгим и значительным.

– Вот тут, в вашем блокноте, у меня записано:

"Договориться с ребятами - провести закупку утиных яиц в станице".

– Только-то?
– удивился Гайдук.
– Это нам раз плюнуть!

– А сколько купить надо?
– В один голос поинтересовались двойняшки. Тыщи две?

– Нет. Семьдесят пять тысяч! Слова председателя прозвучали жёстко, как удар. У ребят расширились глаза от изумления.

– Семьдесят пять тысяч?!
– растерянно прошептал кто-то.
– Вот тебе и "раз плюнуть"!

Александр Спиридонович снял очки, не торопясь вложил их в футляр.

– Трудно, конечно, столько собрать, - сказал он, закрывая блокнот. Особенно, если учесть погоду: грязь, дождь и всё прочее. Я, когда записывал этот вопрос, подумал: "А ведь задача-то эта пятиклассникам будет, пожалуй, не по плечу". И сейчас сомневаюсь. Пожалуй, мне с этим делом лучше обратиться к старшеклассникам.