Кружева Бессмертия

Пашковский Юрий Юрьевич

Булава не успела задеть их. Каким бы быстрым ни было заклинание, твари оказались быстрее — и это ломало все планы Ракуры. Их должно было задеть, это выиграло бы для него драгоценное время. Они должны были пострадать от Булавы Ветра!

Но не пострадали. И боль с новой силой накинулась на мага.

Теперь Уолт совершенно не знал, что делать. Может, ударить Булавой самого себя? Хотя бы не будет больше этой боли… Да… Можно и так… Просто умереть… Зачем жить? Жить — незачем…

Уолт спокойно смотрел, как приближались враги, не опасаясь

серого шара, крутившегося позади боевого мага.

Сейчас он умрет.

И можно больше ни о чем не беспокоиться…

«Эй!»

Уолт дернулся. Время застыло. Хирурги зависли, не двигаясь, замерли болиды в небе, угорр, повернувшись в очередной раз, остановился. Ракура с ужасом понял, что не реальность решила отдохнуть от череды событий, покинув берега Великой Реки Времен, а замедлилось его собственное субъективное время, время его переживаний и осмысления мира, а это значило, что… Тень?

«Ты обезумел?! Если умрешь, не успев подготовить перерождение — уйду в небытие и я!»

Это… это ты, Отражение? Но как…

«Какая разница? Вполне вероятно, что все из-за Ангела. Когда он переносил вас сюда, мог случайно нарушить Запрет. А может, токи энергий Подземелья резонируют с моим бытием. Но сейчас не стоит говорить об этом! Ты что — собрался окончательно умереть?»

Даже если и собрался… Ты мне не сможешь помешать… Все так надоело…

«Нет, с тобой явно что-то не то. Ну раз уж так сложились обстоятельства, я был бы дураком, если бы не воспользовался ими!»

Мир дернулся, возвращаясь к нормальному течению Великой Реки, и Уолт содрогнулся от безумной боли. Но в этот раз стало больно не из-за Хирургов. Левая рука принялась извиваться помимо воли Магистра под всеми возможными углами, в ней ломались кости и рвались мышцы, Уолт заорал (в который уже раз?) и чуть не отпустил удерживающие Булаву Ветра заклятия.

Однако когда к Ракуре подлетел безухий, шипя: «Тело-о-о-о-о-о…» — его шею так быстро, что невозможно было заметить, охватила огромная черная пластинчатая ладонь. Крупные пальцы сжались, выпуская шипы. Хирург заверещал, пытаясь вырваться, но в следующий миг распался на две равные половины.

И только Уолт видел гигантский призрачный меч, разрезавший урода снизу вверх.

Надеялся — что видит только он…

Оставшиеся враги замерли, зависнув от Ракуры на безопасном, как они наверняка думали, расстоянии. «Дикобраз» неожиданно захохотал, смотря на останки товарища, а затем его иглы все разом исчезли.

А боевой маг не мог сдвинуться с места.

Но это уже не было проблемой. «Дикобраз» вздрогнул, когда все выпущенные иглы оказались в нем же — и снова только Уолт увидел, как с невероятной скоростью призрачный меч описал вокруг него идеальную полусферу защиты, отбивая атаку Хирурга.

«Дикобраз» упал вниз, махая руками и ногами. Ракура понадеялся, что урод испытывает боль похуже его собственной. А затем заставил себя подняться.

Пора вернуть контроль над

телом.

Спасибо, Тень, но мы не станем едины. Не хочу растворить свое сознание, свою индивидуальность, свое «Я» в новой личности, которая родится, если приму тебя. Я исчезну, исчезнешь и ты, но ты с этим согласен. Это цель твоего существования — поглотить мой разум и позволить Мечу воплотиться. А я… хочу быть собой. Впрочем, Тень, ты знаешь, что отказываюсь не только потому, что боюсь потерять свою самость…

Последний Хирург осторожно метнул в Уолта кишку. Призрачный меч не просто разрубил или отбил — он покрошил ее на мелкие части.

Уолта стошнило. Вместо обычной рвоты изо рта полилась синеватая жидкость. Вот как. Значит, игла не просто вливала в тело боль на эфирном уровне, но еще и травила на физиологическом. Может, именно поэтому появились мысли о смерти? Обычно Ракура так просто не сдавался. Обычно он вообще не сдавался.

Проклятье. Теперь Уолт в определенном долгу у Отражения. Тень дважды помог, избавив от боли и яда Хирургов. Что ж, Уолт благодарен. А теперь пора показать, кто здесь хозяин…

Ракура сосредоточился. Хирург осторожно кружил вокруг, стараясь держаться от мага подальше, но не спешил уходить. Хочет разобраться с «телом»? Ну-ну. Посмотрим еще, кто с кем разберется…

Урод снова сплел коконы — и ничего. Серые ленты бесполезно мотылялись в воздухе. Возникало такое чувство, что иномирянин был основательно потрясен и только и мог что изумленно таращиться на бесполезно свившиеся кишки.

Да уж, если к делу подключился Меч, пусть даже в своей самой слабой ипостаси, то простым убийством дело не обойдется. Будучи Тенью Меча, Отражение все равно способно рассеять элементы попавшего под ее воздействие объекта на каждом уровне его индивидуального бытия. Тело, сознание, материя, энергия, аура — все превратится в ворох мельчайших частиц, которые почти невозможно собрать.

В своем полном воплощении, насколько знал Уолт, Меч может справиться даже с Бессмертным. Тень же… нет, сколько раз Отражение ни бахвалился, но меру знал. Тени Меча не справиться с Онтосом.

Так. Очистить сознание. Избавиться от лишних мыслей. Сконцентрироваться на собственном разуме. Булаву Ветра Уолт держал направленной на последнего Хирурга, и в случае чего «воздушный шарик» должен был подарить магу несколько лишних секунд, вздумай урод неожиданно атаковать.

«Что ты делаешь?! Прекрати!»

Уолт не слушал.

Это мое тело.

Это моя рука.

«Но мы же побеждаем! Мы побеждаем, ты что, не понимаешь?!»

Это мой разум.

Это моя воля.

«Ты пожалеешь об этом! Без меня ты ничто в этом месте! Ты умрешь, даже не успев узнать, что тебя убило! Ты слышишь?! Уолт! Ты просто не понимаешь, что здесь происходит! Я не хочу умирать! Не хочу! Не…»

Ракура, дрожа, вытер со лба выступивший пот.

Проклятье! Десять тысяч убогов и Конец света!