Круг

Миньер Бернар

Круг родился в больнице в По, где они провели часть лета, пока с ними работали психологи. Идея родилась сама собой, спонтанно. Они интуитивно поняли, что их больше ничто и никогда не разлучит, что узы, которыми их связала судьба, сильнее голоса крови, выше дружбы и любви. Потому что судьба — или Рок — связала их узами смерти. Они остались жить и были предназначены друг для друга. В ту страшную ночь они поняли, что рассчитывать могут только друг на друга, что взрослым доверять нельзя.

Давид ощущал на лице озерный бриз, осушавший его слезы, и тепло ладоней Виржини и Сары, а через них — жар тел

всей группы. Потом он вспомнил, что Круг этим вечером составили не десять, а девять человек. Не хватало Юго — брата, алътер эго… Юго в тюрьме, несмотря на обеляющие его улики. Нужно освободить Юго, и он знает, как это сделать. Давид первым отпустил руки Сары и Виржини, разорвав Круг, то же следом за ним сделали остальные.

— Проклятье! — выругался Элиас. — Они заметят «Сааб»! — Он схватил Марго за руку и прошептал: — Бежим! Нужно оторваться, пока они грузят в машину девушку на инвалидном кресле.

— Давид, Виржини и Сара могут уехать первыми. Мы слишком близко… Если стартуем сейчас, они услышат! — понизив голос, буркнула Марго.

— Мы в дерьме! — мрачно констатировал Элиас.

Девушка почти физически ощущала, что он лихорадочно пытается найти выход.

— Думаешь, они узнают машину?

— Одну-единственную на стоянке, в такой час? Они же параноики, так что неважно, узнают или нет; все равно забьют тревогу.

— Ответь на простой вопрос: они знают, какая у тебя машина?

— Понятия не имею! В Марсаке полно тачек, а я в их глазах — всего лишь один из первокурсников… Это ты у нас звезда, — пошутил Элиас.

Давид, Сара и Виржини шли по обочине и что-то оживленно обсуждали.

— Нас никто не видит, вперед! — приказал Элиас. — Только не шуми!

Марго поднялась и, бесшумно петляя по бугоркам между кустами, начала продвигаться вперед.

— Не успеем, — сообщил Элиас, догнав ее на тропинке. — Когда начнем спускаться, они окажутся у нас за спиной и все поймут.

— Необязательно. У меня есть идея! — на ходу бросила Марго.

Элиас не отставал, но обогнать Марго не мог — она мчалась с такой скоростью, как будто за ней гнался сам повелитель преисподней.

Оказавшись у «Сааба», девушка открыла заднюю дверь и сделала рукой приглашающий жест:

— Забирайся на сиденье! Шевелись!

— Зачем?

— Делай что говорю!

Окутавшую озеро тишину разорвал шум двигателя. «Они стартуют, через минуту проедут мимо нас», — сказала себе Марго.

— Давай!

Элиас послушался, Марго натянула на голову капюшон и «оседлала» друга, оставив открытой дверцу со стороны дороги, потом расстегнула молнию, обнажив маленькие белые груди.

— Бери их в руки!

— А?..

— Ну же, не тормози!

Не дождавшись реакции Элиаса, она схватила его за запястья и притянула ладони к своему телу, после чего прижалась ртом к его губам и пустила в ход язык. Услышала, как подъехавшие машины притормозили рядом с «Саабом», и поняла, что их рассматривают. От страха у Марго свело спину. Пальцы Элиаса продолжали сжимать ее грудь, но это было не желание — рефлекс. Марго обнимала Элиаса, не отрываясь от его рта. Кто-то восхищенно присвистнул: «Ну

надо же!..», раздались смешки, и машины рванули с места. Марго медленно повернула голову и увидела, что они едут по дороге к плотине.

— Можешь убрать руки, — сообщила она Элиасу и распрямилась.

Он поднял глаза, и Марго прочла в них то, чего не видела никогда прежде.

— Я же сказала — отпусти меня…

Парень не только не подчинился, но и притянул ее к себе за затылок и прижался губами к губам. Марго резко оттолкнула его и наградила пощечиной, не рассчитав силу удара. Элиас смотрел на нее с изумлением и глухой яростью.

— Прости, — извинилась Марго, вылезая из «Сааба».

39

Выстрелы в ночи

Сервас вернулся к машине, по-стариковски волоча ноги. Он чувствовал себя подавленным. Свет уличного фонаря просачивался через темную листву деревьев. Сыщик прислонился к джипу, чтобы подышать и подумать. Из дома доносился звук работающего телевизора. По унылому голосу комментатора Сервас догадался, что Франция проиграла.

Он оказался наедине с кучкой пепла. Марианна, Франсис, Марсак… Прошлое воскресло, но сделало это с единственной целью: исчезнуть навсегда, подобно попавшему в шторм кораблю, взлетающему на гребень волны, прежде чем кануть в пучину. Все, во что он верил — лучшие годы его жизни, воспоминания о молодости, ностальгия, — иллюзия… он выстроил жизнь на лжи. Мартен с тяжелым сердцем открыл дверцу и тут же услышал сигнал мобильника. На экране появился желтый конвертик — ему пришло новое сообщение.

Эсперандье.

Он нажал на кнопку и долю секунды пытался понять смысл прочитанного: у него всегда были проблемы с постижением новых диалектов.

«Жду тебя доме Элвиса кккое-что нашел».

Сервас сел за руль и набрал номер Эсперандье, но попал на голосовую почту. Нетерпеливое любопытство мгновенно избавило сыщика от поганого чувства на душе. Что Венсан делает в доме Элвиса в такой час, вместо того чтобы следить за Марго? Сервас вдруг вспомнил, что сам поручил лейтенанту покопаться в прошлом албанца.

Он выехал из города, ведя машину гораздо быстрее обычного, и незадолго до полуночи оказался у развилки небольшой дороги. Выскочившая из-за туч луна залила голубоватым светом черные леса. На следующей развилке сыщик съехал на заросшую травой… тропу (на дорогу она никак не тянула), в третий раз попытался дозвониться до своего лейтенанта, и у него снова ничего не вышло. Чем, черт возьми, занят Венсан? Почему не отвечает? Сыщик почувствовал растущую тревогу.

Телефон завибрировал.

— Венсан, ты…

— Папа, это я.

Марго…

— Мне нужно с тобой поговорить, это важно. Мне кажется…

— Что-то случилось? У тебя все в порядке?

— Да, не волнуйся… Я в своей комнате.

— Ладно. Слушай, прости, детка, я сейчас не могу говорить. Перезвоню, как только освобожусь… — пообещал Сервас и бросил телефон на пассажирское сиденье.

Он переехал маленький деревянный мост, и свет фар выхватил из темноты зеленый туннель, ведущий к лужайке.

Ни одной машины поблизости не наблюдалось.