Круг
Шрифт:
Девушки замолчали.
– Ваши силы – это большой дар, – продолжила Адриана Лопес. – Но они также могут быть смертельно опасны. Для вас самих и для окружающих. В данный момент эти способности находятся в зачаточном состоянии, но по мере их развития вам будет все труднее контролировать их.
Она обращается к Ванессе:
– Однажды, сделавшись невидимой, ты вдруг обнаружишь, что процесс выходит у тебя из-под контроля. И будешь вынуждена провести остаток своей жизни, превратившись в тень.
Ванесса чуть не подавилась
«Превратиться в тень. Страшная перспектива для того, кто обожает смотреть на свое отражение в зеркале», – думает Мину.
– Это касается и остальных, – говорит директриса, поочередно задерживая взгляд на Анне-Карин, Иде, Мину и Линнее. – В том числе и тех, кто еще не обнаружил в себе магической силы.
Наверно, директриса хотела припугнуть девочек. Но Мину, наоборот, обрадовалась, услышав слово «еще». Значит, у нее, может быть, тоже проявится какая-то сила. Во всяком случае, директор не исключает такой возможности.
– Магия существовала всегда. Кроме того, в разные периоды времени границы между нашим миром и другими мирами то ослабевают, то снова укрепляются.
– А что это за «другие миры»? – перебивает Ванесса.
– Наш мир не единственный. Есть бесчисленное множество других. Не перебивай меня больше, – строго говорит директриса. – В последние тысячелетия в магии наблюдается застой, лишь в некоторых областях случаются кратковременные вспышки. Одна из них произошла в этой местности около трехсот лет назад. Я думаю, ваши сны являются своего рода эхом того, что случилось тогда.
– А откуда вы знаете, какие нам снятся сны? – спрашивает Ванесса.
– Мой ворон видел и слышал все, что было сказано здесь в ту ночь, когда вы пробудились. По моему мнению и мнению Совета, Ида тогда говорила от имени Избранницы, жившей в семнадцатом веке.
– Кто она была? – спрашивает Мину. – И что с ней случилось?
– Мы не знаем. Церковь и приход сгорели в тысяча шестьсот семьдесят пятом году, тогда же были уничтожены многие важные документы.
Директриса серьезно смотрит на них.
– Если сравнивать последние тысячелетия с магической засухой, то грядущие события можно сравнить с наводнением. Люди, подобно вам наделенные особой силой, прежде были невероятной редкостью. Теперь же они регулярно появляются в разных точках земного шара. Приближающееся сражение может полностью изменить земную реальность.
– Вот почему Николаус все время говорит о нашей миссии! – воскликнула Анна-Карин.
Адриана Лопес недовольно скривила рот.
– Я бы предпочла называть это заданием, – поправила она.
– То есть вы хотите сказать, что судьба мира будет решаться в Энгельсфорсе? – спросила Ванесса.
– Я понимаю, это сложно себе представить, – говорит директор с едва заметной улыбкой. – Однако ничего невозможного в этом нет. Ваш город обладает высокой магической активностью, которая дальше
Мину завороженно слушает.
– Значит, магия есть не везде?
– Нет, – отвечает директор и смотрит на Мину одобрительно: мол, хороший вопрос. – Мы думаем, что в будущем энергия будет распространяться на большие области, но пока речь идет о локальных феноменах.
Ванесса задумывается.
– То есть наши способности работают не везде? Ну, типа если я поеду в отпуск на Ибицу. Я смогу там сделаться невидимой?
– Конкретно Ибица обладает высокой магической активностью, – говорит директриса. – Но это верное наблюдение. Сила исходит не только от вас самих. Вы, так сказать, должны быть подключены к центру силы. И здесь он есть. Вам необходим Энгельсфорс, так же как вы необходимы друг другу и самому Энгельсфорсу. Мы до сих пор не знаем, почему вы… почему вас было семеро. Но вместе вы образуете круг. Круг во все времена имел для магии большое значение. Вы не сможете предпринять ничего стоящего, если не научитесь сотрудничать друг с другом.
Мину кажется, что директор ошибается, сводя все к «заданию». «Миссия» – гораздо более подходящее слово. Первой это поняла Ребекка. Это их судьба, предназначенная им свыше. Но в главном директриса права. Они связаны с Энгельсфорсом. И друг с другом.
– Еще вопросы? – спрашивает директриса.
Все молчат. Адриана довольно улыбается.
– Ну вот, – говорит она. – Давайте поговорим о магии. В теории и на практике.
31
– Забудьте то, что вы знали о магии и обо всем сверхъестественном, – говорит Адриана Лопес. – Все это ерунда. Которую мы вам навязали.
– Как именно? – спрашивает Линнея.
– Дело в том, что в Совете имеется особый отдел, занимающийся проверкой информации в Интернете. В том, что вы там находите, могут быть крупицы правды. Отдельные факты, касающиеся магии, можно найти, например, в народных верованиях и традициях. Но они так тесно переплетены с различной чепухой, что отделить одно от другого практически невозможно. Мы убираем то, что соответствует правде, и оставляем небылицы, уводящие читателя на ложный путь. Мракобесы и неучи также оказывают нам огромную услугу.
– Так вы еще и цензурой занимаетесь? – говорит Линнея с презрением.
– Мы стоим на пороге новой магической эры, поэтому должны контролировать имеющуюся информацию. Вы даже не представляете, какой урон она может нанести, попав в плохие руки.
Но Линнея не сдается:
– И кто определит, что эти руки плохие? Вы и Совет? А кто проверит вас?
Директор холодно улыбается.
– Quis custodiet ipsos custodes? Кто защитит нас от наших защитников? Данный вопрос обсуждали еще античные философы. И я не намерена сейчас вступать с тобой в дискуссию.