Кровососы
Шрифт:
– Очень жаль, – сокрушенно вздохнул Владислав...
– Хватит охать да причитать, словно старые бабы. Без вас тошно, – неожиданно вспылил Кирилл.
– Глохни, щенок, – стиснул кулаки Корнев.
– Как ты меня назвал? – сузив глаза, прошипел Старостин. – А ну, повтори!
– Перестаньте собачиться, – поспешил вмешаться я. – Мы все замотались, изнервничались, двое суток не спали... Не хватало друг другу глотки перегрызть. То-то радости кровососам будет!
– Действительно, – разом остыл Кирилл. – Извини, брат.
– Ладно, чего тут, – примирительно проворчал Владислав.
– Давайте обсудим план действий, распределим роли, – убедившись, что инцидент исчерпан, предложил я и, дождавшись утвердительных кивков братьев-разбойников, развернул составленную Женькой схему «поместья».
Гнездо кровососов представляло собой неуклюжее подобие готического замка, высотой аж в пять этажей, считая венчавшую здание узкую башню с зарешеченными окнами-амбразурами. Согласно полученной от Коки и Сергея информации, именно
Оставив машину на обочине шоссе, я, Женька и Кирилл направились к замаскированному выходу из тоннеля, а Корнев – к «парадному подъезду». Его задача заключалась в следующем: укрыться в лесополосе поблизости от ворот (вне поля зрения телекамер) и расстреливать из автомата любого, кто попытается выйти или выехать наружу. Связь договорились поддерживать при помощи раций, конфискованных у убитых на Владовой даче кровососов... Мы шли гуськом, след в след, подгоняемые резким, порывистым ветром. Под ногами хрустел жесткий снег. Из-за туч воровато выглядывал краешек луны. В отдалении светилось заревом прожекторов проклятое «поместье»... Четыре утра. Не ночь, не утро, так, нечто среднее. В этот неуютный час благополучные граждане, устроившись в теплых постелях, досматривают пятый сон. Неблагополучные тоже спят где придется: зябко, нервно, вздрагивая от холода и подозрительных шорохов, но спят. Дурманящий сонный туман стелется над землей, окутывает города и деревни, дворцы и лачуги... Самое подходящее время для внезапного нападения. Это хорошо знал талантливейший русский генерал Лев Рохлин (царство ему небесное). В период боев за Грозный спецназовцы Рохлина в районе четырех подползали к занятым чеченскими боевиками зданиям и без крика, без шума занимали их, практически не встречая сопротивления [39] . И к самому генералу убийцы явились между ночью и утром. Они тоже были профессионалами [40] .
39
См.: Андрей Антипов. Лев Рохлин. Жизнь и смерть генерала. М., 1998, с.168—169.
40
Убийцы проникли в дом Рохлина ночью 3 июля 1998 года, ближе к рассвету. Именно убийцы! По мнению компетентных специалистов, обвинение Тамары Рохлиной в убийстве собственного мужа не выдерживает никакой критики, а «добровольно сознаться» ее попросту заставили. Это у нас умеют!
Приблизившись к трансформаторной будке, я по достоинству оценил предусмотрительность поганого Аристократа. Стандартная, в меру обшарпанная железная коробка не вызывала ни малейших подозрений и была расположена весьма грамотно. Возле двери незаметный с дороги овраг глубиной с человеческий рост. Ведет прямиком в лес, до которого всего-то шагов пятнадцать. Очень удобно рвать когти [41] . Никто вас не вычислит, даже если усадьба окружена батальоном ОМОНа. На обращенной к шоссе стене – надпись масляной краской «Опасно для жизни» и зловещий череп с перекрещенными костями.
41
Уходить от преследования, убегать или попросту смываться.
– А ведь действительно опасно, – криво усмехнулся Кирилл и, зло сплюнув, добавил: – Для тех козлов, в «поместье»!
Спустя несколько минут из рации донесся голос Корнева. Не знаю, занимался ли он спортивной ходьбой или бегом на длинные дистанции, но до места добрался в рекордно короткие сроки.
– Позиция занята, – лаконично сообщил Владислав. – Начинайте, братва.
Я с силой прижал большие пальцы рук к черным глазницам черепа. Кусок на первый взгляд цельной металлической стены, лязгнув, сдвинулся в сторону, открыв сложный кодовый замок. Сверившись со схемой, я набрал длинную комбинацию цифр, начинавшуюся с трех шестерок. Дверь распахнулась. Изнутри потянуло затхлым духом подземелья.
– Ну, давай, Кирилл. Ни единую падлу не упусти, – сказал я на прощание Старостину и вместе с Кудрявцевым зашел в будку...
Идти пришлось долго. Здешний тоннель, в отличие от
42
«Глок-22» – австрийский пистолет. Надежное и дорогое оружие. В обойме – 18 патронов. Принят на вооружение в некоторых подразделениях НАТО, а также в ряде полицейских формирований и служб безопасности западных стран. За один «глок» на российском черном рынке можно выменять три «макарова».
– Отправлюсь с тобой, и точка, – яростно вопил он. – Там мои дети, слышишь. Мои! Все! Вопрос исчерпан!
Возразить тут было нечего. Пришлось согласиться...
Дорога постепенно поднималась и наконец закончилась у белой оцинкованной двери. Кудрявцев набрал на замке код. Заскрежетали несмазанные петли. Машинально отпрянув назад, я вскинул руку с пистолетом.
– Не дергайся, – шепнул Женька, заглянув в открывшийся проход. – Там никого нет.
Пройдя отверстие, мы очутились в обширной кухне, размерами не уступающей ресторанной. Сквозь незанавешенные окна внутрь проникали осколки лучей многочисленных прожекторов, вырывавшие из темноты фрагменты поварского оборудования: огромные котлы, электроплиты, разделочные столы, жарочные шкафы, баки для отходов... Я прислушался – ни звука. На сердце вдруг заскребли кошки. Что-то мне здесь определенно не нравилось. Невзирая на мертвую тишину, вблизи почти физически ощущалось постороннее враждебное присутствие.
Кудрявцев, однако, не разделял моих опасений.
– Дрыхнут, вампирюги, – довольно улыбнувшись, тихо сказал он. – Пока все идет хорошо.
– Слишком уж хорошо, – с сомнением отозвался я.
– Прекрати паниковать, – рассердился Женька. – Нам в дверь налево – там банкетный зал, а дальше – коридор и лестница, ведущая в башню. Пошли.
Зайдя в указанную дверь, мы окунулись в кромешную тьму. Двигаться приходилось вслепую, постоянно натыкаясь то на столы, то на стулья.
– Ни фига не пойму, – растерянно пробормотал Кудрявцев. – Согласно схеме, тут должны быть такие же окна, как на кухне... Жаль, фонарь не захватили. У, блин. – Споткнувшись об очередное препятствие, он вцепился мне в предплечье.
– Возьми, – левой рукой я на ощупь передал Женьке автомат и, не выпуская из правой пистолета, полез в карман за зажигалкой. В этот момент неожиданно вспыхнул яркий свет, а по ушам резанул злорадный, дьявольский хохот, несшийся сразу со всех сторон. Я рефлекторно бросился на пол и тут же кувырнулся вбок в слабой надежде увернуться от неминуемой пули. Но вместо выстрела услышал густой бас Аристократа, многократно усиленный развешанными по углам динамиками:
– Вставай, спецназовец, да не делай глупостей. Иначе мальчишка умрет.
Поднявшись на ноги, я увидел следующую картину: здоровенный бугаина, облаченный в пятнистый камуфляж охранника, обхватив толстой лапищей туловище Игоря Кудрявцева, приставил к виску мальчика пистолет. В трех шагах позади, у двери, ведущей на кухню, стоял второй секьюрити – лохматый, как хиппи, с карабином Симонова на изготовку. В правом углу возвышалось некое подобие трибуны. За покрытым парадной скатертью столом с микрофоном восседал широкоплечий мужчина в дорогом костюме со слащавой улыбочкой на пухлых губах. Перед ним на столе лежал вороненый, солидного вида «наган», а рядом по обе стороны от стула застыли истуканами двое верзил с автоматами наперевес. Главарь кровососов пакостно ухмылялся. Теперь я понял, почему голос Аристократа казался мне столь знакомым. Эту благопристойную мясистую физиономию я неоднократно встречал и на страницах газет, и на экране телевизора. Анатолий Борисович Моисеев. Известный бизнесмен, не чуждый политике. Пламенный демагог. В начале девяностых он, захлебываясь «демократической» риторикой, активно поддерживал тогдашнего мэра Москвы Гавриила Попова. Оно и не удивительно. «Рыбак рыбака видит издалека» [43] . В настоящее время Моисеев являлся владельцем крупного компьютерного магазина-салона «Виртуальный рай», расположенного в двух кварталах от нашего спорткомплекса. Очевидно, там Аристократ и примечал некоторых из своих будущих жертв. Анжела Кудрявцева, насколько мне известно, последние три месяца здорово увлекалась виртуальными играми... Доувлекалась, дурочка!
43
Именно во время правления Гавриила Попова и без сомнения с его непосредственного благословения в Москве в 1992 году официально зарегистрирован филиал «церкви сатаны» Шандора Ла Вэя, для которой кровавые ритуалы – обычная практика (см.: Юрий Воробьевский. Путь к Апокалипсису. Стук в Золотые врата. М., 1998, с. 139).