Кровные враги
Шрифт:
— Позволено ли мне будет узнать, ваша светлость, почему эти бумаги нельзя было доверить брату Микаэло, вашему секретарю, который так уютно устроился в ваших лондонских покоях? Неужели у него действительно столько работы с заказом и отправкой грузов в Йорк, что его нельзя было оторвать на пару дней для этого путешествия? — Брат Флориан, седовласый и умудренный долгой службой, не привык выбирать слова помягче.
— Вы задали вопрос, брат Флориан, и я рад на него ответить. — Торсби улыбнулся. — Я не доверяю документы брату Микаэло, ибо никак не могу быть уверен, что он не выдаст
Брат Флориан фыркнул.
— Если бы я действительно был незаменим, то вы не прошли бы мимо меня, когда искали секретаря взамен Йоханнеса, ваша светлость. Что действительно незаменимо — так это норманнское богатство родственничков Микаэло. — Флориан поднес к губам бокал, убедился, что он пуст, и с недовольным ворчанием стукнул им по столу.
— Я вижу, ваш вояж по реке остудил вам душу, такое наказание чрезмерно за ваши малые грехи. — Торсби подвинул монаху графин с вином. — Сегодня вечером отужинаем на славу. Это должно вас приободрить.
Когда брат Флориан удалился, чтобы подкрепить свой упавший дух молитвой и коротким сном, Торсби распечатал пакет с документами и устроился читать. Он с удовольствием отметил, что Флориан, как всегда, выполнил работу самым тщательным образом.
Согласно судебным записям, Чиритон и компания доносили на Голдбеттера, а тот, в свою очередь, доносил на деловых партнеров, тайком перевозивших шерсть во Фландрию, чтобы не платить таможенные сборы. Многочисленные агенты Голдбеттера составили целый список контрабандистов, а в обмен на это правительство смотрело вполглаза на их собственные сомнительные, не совсем законные делишки. Ридли и Краунс оказались среди тех агентов, которые сообщали имена, но точных данных, кто именно на кого доносил, не было.
Флориан добавил к имеющимся документам список угодивших в тюрьму контрабандистов, сопроводив его сведениями, полученными в самой тюрьме. Превосходный работник этот Флориан, не пожалел времени, чтобы съездить в тюрьму. Оказалось, что большинство нарушителей закона были отпущены на волю после краткого заточения, двое все еще сидели в камере, так как на них поступили дополнительные сведения, усугубившие приговор, и один умер в тюрьме. Этим несчастным оказался некто Алан д'Олдборо.
Это заинтересовало Торсби. Олдборо располагался поблизости от Боробриджа, где когда-то проживал Уилл Краунс. Последний мог быть в курсе местных сплетен о делах Алана. Вполне возможно, кто-то из его семейства сейчас мстил за смерть Алана д'Олдборо.
Брат Флориан обнаружил еще один интересный факт насчет Алана. После двух стопок бренди тюремщик признался, что его очень удивило, когда д'Олдборо заболел и через два дня умер. До того времени он отличался отменным здоровьем и оптимизмом.
На следующий день Торсби нашел придворного, который посылал на север гонца, и прибавил к отправляемому грузу письмо, адресованное Оуэну
15
Дурной сон
Ветер грохотал ставнями, по всему дому гуляли сквозняки. Люси проснулась от шума, поняла, что это всего лишь ветер, и снова свернулась калачиком у теплой спины Оуэна. А потом она услышала крик. Он повторился. Теперь уже проснулся Оуэн.
— Какого черта? — проворчал он, садясь и потирая шрам.
— Это опять Джаспер. Пойду взгляну, не нужно ли помочь Тилди. — Люси накинула рубашку, а сверху шаль.
Оуэн поймал жену за руку.
— Не ходи. Тилди сама справится. Ей нравится его убаюкивать, а тебе нужно отдохнуть. В последнее время ты какая-то бледная. Если будешь вскакивать каждую ночь от криков Джаспера, то скоро заболеешь, и тогда я выставлю его из дома.
Люси присела на край кровати.
— Оуэн, прошу тебя. Он всего лишь маленький мальчик. Мне тоже снились кошмары, когда умерла мама. Я знаю, как он напуган.
— Ты взяла его в дом. Совершила доброе дело. А Тилди сейчас там внизу качает его, напевая колыбельную, не сомневайся. Пусть так и будет. Она творит чудеса с мальчиком. — Оуэн схватил Люси за рубашку, притянул к себе и крепко обнял.
— Он напуган, Оуэн. Ему нужно здесь освоиться, почувствовать себя своим. Тогда он будет знать, что у нас ему ничего не грозит. А пока он все время смущается и чувствует себя неловко из-за того, что живет в нашем доме.
— Я поговорю с ним утром, но тебе не позволю не спать из-за мальчишки. В этом нет нужды.
Когда утром Оуэн спустился на кухню, Джаспер сидел у огня, держа обеими руками чашку с чем-то горячим. Симпатичный парнишка, с выразительными глазенками и золотыми локонами.
Оуэн взял табуретку и сел рядом с Джаспером.
— Рад видеть, что ты идешь на поправку, парень. Мы все благодарны Господу, что он не взял тебя к себе.
— Спасибо, капитан Арчер. — Взгляд у Джаспера был настороженный.
Оуэн налил себе эля.
— Сколько тебе лет, Джаспер?
— Зимой исполнится девять.
— Девять лет. — Оуэн сделал глоток из кружки. — Как мне кажется, хороший возраст, чтобы начать накапливать силенки для стрельбы из лука. Что ты на это скажешь, Джаспер?
Мальчик пожал плечами и отвел взгляд, но Оуэн заметил, как у него на щеке блеснула слеза.
— Рука все еще перевязана. — Мальчик продемонстрировал правую руку.
— Я слышал, она быстро заживает. Мы начнем потихоньку. А кроме того, такому сильному парнишке как ты, наверное, тяжело весь день сидеть взаперти. После завтрака не хочешь выйти со мной и начать тренировать левую руку?
Джаспер взглянул на Оуэна гораздо дружелюбнее, но тут же нахмурился.
— Меня не должны видеть.
— Хорошо, что у нас высокая ограда. Миссис Мерчет из таверны Йорка пока не сдала никому комнату, окно которой выходит в наш сад, а все остальные дома вокруг низкие, из них ничего не разглядеть, если только не залезть на крышу. Если все-таки кто-то соберется почистить снег с крыши — мы сразу это заметим, правда, парень? Так что нечего тебе сидеть дома, ведь есть место, где можно погулять.