Кровавый ветер
Шрифт:
Я просто слегка приподнял правую руку, нажал на спуск и всадил пулю в голову с пухлыми чувственными губами. Жестоко? Хладнокровно? Погубил дарованную Богом человеческую жизнь? Возможно. Альтернатива — вступить в дискуссию с убийцей о недопустимости посягательства… и так далее. Следует иметь в виду, что находился я в двадцати футах от окна машины.
Пистолет свалился на ступеньку машины, а с нее — на асфальт тротуара. Убитый разжатой пружиной откинулся назад и шмякнулся на проезжую часть, вывалившись из противоположной дверцы. Дверца оказалась
Я не побежал за ним и не пытался в него стрелять. Вытащив фонарик, я проверил, нет ли кого еще в машине прокурора. Живых там не оказалось. На заднем сиденье лежал труп шофера. В сердце его воткнули кинжал и для верности провернули в груди. На лбу виднелся след от удара дубинкой или рукоятью пистолета. Его оглушили и убили.
Жестоко. Но, возможно, необходимо с точки зрения гангстеров. Кто его знает, сколько здоровый мужчина проваляется без сознания от удара по лбу. И кто знает, сколько придется ждать, пока появится объект нападения.
О'Рурк положил свою ношу на тротуар и вместе со мной осматривал машину.
— Конвей, — сказал он. — Жаль, хороший коп. Три недели назад из наружной службы перевели. Два месяца как женился, повышения ждал. Не повезло парню. И тому, которого ты уложил, тоже не повезло. Копу не повезло, и гангстеру тоже.
— Этот Джо Горгон — еще та штучка. Организовано толково. — И с законной гордостью я добавил: — А неплохой выстрел, правда, О'Рурк?
— Выстрел — что надо. Я как раз повернулся, видел, как ты его пришил.
— Хорошо, что ты свидетель. Объясняться придется… — Меня прервал полицейский свисток. — Вот-вот, уже заливается, соловушка…
— На сей раз тебе не о чем беспокоиться, Рэйс. Полковник… — Он запнулся и тут же поправился: — Наш шеф — крупная шишка. Слушай, похоже, дело идет, как тогда, с этим…
— С Ангелом Ада?..
— Впрочем, нет, — не согласился О'Рурк сам с собой. — Тот парень стремился к власти. И достиг ее, странным, правда, образом, фантастическим. Но здесь власть уже захвачена. Без всякой фантастики. Жадность, деньги, чрево большого города… Влияние, правосудие…
— Ты как по книжке шпаришь. Давай-ка спустимся на землю…
Мой клиент, которого О'Рурк окрестил полковником, спустился наконец на землю. Пришел в себя от вполне понятного шока. Обошел машину, полюбовался на мирно остывающего жмурика. Вернулся и, глядя на подбегающего постового, бросил О'Рурку:
— Вы здесь случайно.
Не замечая более «случайного» О'Рурка, он подобрал немощного старца и запыхтел с ним к машине.
— Разберемся. Если надо, мэра подключу. Хотя реклама нам ни к чему, — Он повернул голову ко мне: — Пошли!
— Дайте мне деда, — предложил я, видя, что ему тяжело.
— Нет-нет, — поспешно возразил он. — Лучше так. Надежнее.
Я
Глава 5
Оставьте покойников в покое
Оставив О'Рурка ворковать с постовым копом, полковник двинул машину. Мое предложение вести машину он решительно отклонил.
— Тяжело, — проронил он негромко. — Всего в футе от меня. Я даже заметил, как у него глаза погасли.
— А каков выстрел, а? — попытался я его отвлечь от мрачных мыслей, устраивая поудобнее нашего пассажира. Я в происшедшем ничего особо ужасного не заметил. Наоборот, все обернулось к лучшему — особенно для него, для полковника. Радоваться надо, а не ужасаться.
— Нет-нет, кошмар… ужас, ужас… — не унимался он.
Вот зануда!
— Уже и ужас, — поморщился я. — Вы купили такой выстрел — уникальный выстрел, в учебник просится! — за какие-то жалкие пять сотен зеленых, да еще ужасаться изволите.
Конечно, я чуток обиделся. А вы бы не обиделись на моем месте? По правде говоря, не так уж и уникален этот случай, если разобраться. Моя позиция оказалась выигрышной, стрелял без помех. Главная моя заслуга — сообразил достаточно резво, все просчитал и красиво исполнил. Истинный артистизм данного случая не в том, что входное пулевое отверстие четко разместилось возле уха киллера, а в моей готовности к выстрелу. Иному сыскному гению из частного агентства понадобился бы ордер на обыск, чтобы отыскать на своей особе и извлечь на свет свое собственное оружие.
— Дело не в вас. Он умер, глядя мне в глаза…
— В следующий раз я обращусь к вам со смиренной просьбой прикрыть глаза ладошкой.
— Я вас не виню…
— Послушайте! — рассердился я не на шутку. Не забывая, впрочем, поглядывать назад и следить за обстановкой на улицах. — Еще какая-то доля секунды — и завтра никто не смог бы даже элегически вздохнуть: «Какое у полковника умиротворенное лицо!» У вас, может, вообще никакого лица бы уже не было. Всадник без головы! Вы меня в это дело вовлекли, и я выполнил свою работу как положено. Может, вы собирались покончить с собой так, чтобы страховку сохранить? Надо было меня предупредить, я бы не дергался. Или вы неправильно оценили сложность задачи. — Я усмехнулся. — Майера в этом обвинить сложно. За пять сотен вы купили жизнь и труп. Сделка!
— Да, я недооценил их. Никак не предполагал, что они осмелятся… Я думал, что смерть угрожает старику, Джовони. Оказалось, что целью выбрали меня. Вы не беспокойтесь, я заплачу. Сколько вы бы хотели… Во сколько вы оцениваете…
— Калькуляция… Расчеты-перерасчеты… Я уже получил гонорар за сегодня. Конечно, если вдруг возникнут осложнения…
— Разумеется. — Разговор мешал ему управлять автомобилем. Он едва увернулся от какого-то удалого таксиста. — Я видел убитых… на войне. Но здесь, в мирном городе… Внезапная гибель… Жил человек — и нет его…