Кровавый шабаш

Атеев Алексей Григорьевич

— Ладно, не будем спорить. — Женя взглянула на часы. — Я пошла домой, оттуда позвоню.

— Еще раз повторяю: постарайся не делать глупостей.

— Слушаюсь, мой лейтенант! — Женя дурашливо приложила ладонь к виску. — Постараюсь!

ВИЗИТ НА ПАСЕКУ

Альберт уехал на машине майора, а она решила пройтись пешком. Торопиться особенно некуда. Женя была почти уверена: Глаша вряд ли явится к ней домой, уж скорее к себе, хотя и это мало вероятно. Интересно, где она? Прячется? Очертя голову преследует следующую жертву? Интересно, кого? Вержбицкую — неожиданно пришло ей в голову. Как же она раньше

не догадалась? Следующей должна стать именно Вержбицкая. Если она, конечно, реально существует, в чем Женя сомневалась. Но если действительно существует, если не убита, если действие развивалось именно так, как предполагали она и Альберт, то Глаша идет по следу Вержбицкой. Но как же ей удастся отыскать неуловимую Свету, если даже милиции пока это не удается?

Задумавшись, Женя стала переходить улицу на красный свет и чуть не попала под «Жигули». Водитель, молодой парень, чем-то похожий на Пашку, приоткрыл дверцу и обругал ее почем зря. Женя почти не обратила на это внимания. Пашка… Давно что-то его не видать. Впрочем, почему давно? Вчера они действительно не виделись, ну и сегодня… От Пашки мысли перекинулись к его деду. Странный все-таки старичок.

Наконец она дошла до дома, поднялась на этаж, остановилась перед входной дверью. В подъезде, как всегда, прохладно и тихо, ничто не указывает на то, что всего пару дней назад здесь разыгрались нешуточные события, был убит человек.

Все проходит, меланхолически подумала она, нажимая на кнопку звонка. Никто не открывал — мать, очевидно, уехала на дачу. У Жени имелся собственный ключ, но ей нравилось, когда мать открывала дверь. Всегда приятно, когда тебя кто-то ждет.

Дома действительно никого не было. Женя глянула на часы: приближалось время обеда. И сразу же захотелось есть. Она поставила чайник, достала из холодильника масло, сыр, сделала пару бутербродов.

Что же дальше? Куда идти? Где искать Кава-лерову? Проще всего, перекусив, последовать совету Альберта: отправиться в управление и ждать дальнейших указаний. И они, конечно, последуют. Майор — хороший человек. Но он служака, вроде ее покойного отца. Не видит дальше собственного носа. А может, ей это только кажется. Дело, с которым они столкнулись, конечно, необычное… Все не то, не то… Обычное, необычное… Что же делать?

Женя отложила недоеденный бутерброд, сняла трубку, набрала номер Валеева. Никто не отвечал. То же самое и с телефоном Буянова. Куда они все подевались? Обедать ушли?

Немного подумав, Женя позвонила Глаше домой.

— Алло! — пропел мелодичный голосок Кавалеровой-старшей.

Женя положила трубку. Что, собственно, говорить, о чем спрашивать? Не появлялась ли Глаша? А если мать даже не знает, что дочь бежала с дачи, по дороге прикончив двух человек?

Женя вновь вспомнила Пашкиного деда. Может быть, он что-то знает? Она достала справочник, нашла фамилию Перстов. Адрес? Похоже, тот, что ей нужен.

На том конце провода долго не снимали трубку. Наконец раздался щелчок.

— Алло! Квартира Перстовых? — спросила Женя.

— Да, — холодно подтвердил женский голос.

— Здравствуйте, Павел дома?

— Нет, а кто его спрашивает?

— Женя Белова. Мы вместе в школе учились. Хотела его увидеть.

— Он куда-то поехал, я не спрашивала. — Голос явно потеплел. — Что ему передать?

— Передать? — Женя замялась. На том конце тоже тактично молчали. — Скажите, как найти Пашиного деда?

— Деда? Какого деда?

— Вы, как я понимаю, мама Павла? — Да.

— Деда, — повторила Женя. — Это значит — вашего отца или отца вашего мужа.

— Я

понимаю значение слова «дед». Но хочу вас огорчить. Мой отец скончался пять лет назад, а отец мужа — в пятидесятых годах…

— Так у Павла нет деда? Прошу меня извинить, — пробормотала Женя и повесила трубку. Вот так-так! Как же это все понимать? Если старик ему не дед, кто же он тогда? Ведь она ясно помнит: Пашка представлял обитателей домика как своих деда и бабку… Новые странности. А если попытаться отыскать самой? Вряд ли удастся. Она совсем не помнит, где находится дом. В одном из пригородных поселков. Но вот в каком? Н-да. Неужели и Пашка завязан в этой истории? Не может быть! Хотя почему? Женя задумалась. Вполне может. С первого дня он крутился вокруг нее. «Давай подвезу… Садись, подброшу…» Она принимала это за знаки внимания, за ухаживание, что ли… А на самом деле? Неужели он следил за ней с самого начала? Но зачем ему это нужно? Потом это идиотское пленение. Освободил ее опять же Пашка. Нет, не может быть! Это просто дурацкое совпадение. А дедом он мог называть и знакомого человека. Хотя он же сказал, что фамилия деда — Перстов! Позвонить, что ли, еще раз, разузнать поточнее? Но, похоже, разговаривать с ней просто не будут. Она и так выглядит дурой. Но как же все-таки найти старика?

Пойти в управление, рассказать обо всем Буя-нову? О своих подозрениях… А если за ними ничего и нет? У страха глаза велики. Нужно найти Пашку. Но где и как?

Женя заходила по квартире, не зная, на что решиться. Решила идти в управление.

Она направилась к троллейбусной остановке, как вдруг позади нее скрипнули тормоза. Она обернулась. Пашка! Вот так встреча! Он сам нашел ее.

— Привет. А мне очень нужно встретиться с твоим дедом.

— И ему с тобой, — отозвался Пашка, — он меня за тобой послал… Сам бы не поехал.

— Почему?

— А потому! Не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

— Что ты имеешь в виду?

— А то! После каждой встречи с дедом ты попадаешь в опасные ситуации.

— А ведь он тебе не дед. Я звонила твоей матери.

— Он не родной. Двоюродный… Или троюродный… А тебя что, интересует степень родства?

— Меня в данный момент интересует другое: куда делась Глаша?

— Эта чокнутая? А что с ней?

«Сказать или не сказать? — думала Женя. — Собственно, почему бы и нет?»

— Она опять вляпалась в историю. Короче, сбежала. И при побеге вырубила двух охранников… Одного, кажется, насмерть. — И она рассказала ему все, что произошло потом. — Вот я и хочу потолковать с твоим дедом… Может, он что посоветует.

Машина между тем миновала центр города и неслась через районы недавних новостроек. Хотя Женя и не помнила, где живет старик, она сообразила, что едут они в другую сторону.

— Куда это ты меня везешь? — спросила она Пашку.

— К деду. Он, понимаешь ли, пчеловод. Пасеку держит километрах в тридцати от города, там, где начинаются гречишные поля. Гречиха скоро начнет цвести…

— А как вы с ним связь поддерживаете? С помощью сотового телефона, что ли?

— Зачем телефон? Пасеку мы с ним на паях завели. Он, так сказать, практик, я финансирую… отчасти. Там имеется вагончик, в нем он и живет, а бабка в городе осталась, за домом присматривает. А я туда-сюда мотаюсь. То одно нужно привести, то другое.

«Спальные» районы кончились, потянулись разномастные домишки, между которыми то тут, то там возвышались шикарные особняки в три-четыре этажа.

— Тоже такой хочу построить, — заявил Пашка, указав на роскошный дом из красного кирпича, скорее похожий на небольшой замок.