Кровавые поля

Кейн Бен

Квинт ощутил необычное облегчение, когда Рутил с уважением заговорил о Ганноне.

– Верно. Они враги, но среди них есть достойные люди.

– Что ты станешь делать, если встретишь его еще раз?

– Надеюсь, этого не случится.

– И все же?

– Я убью его, или он убьет меня, – с яростью ответил Квинт.

В глубине души он не был уверен, что способен убить Ганнона, но не собирался никому в этом признаваться.

– Боги не допустят, чтобы ты встал перед таким выбором, – пробормотал Рутил и толкнул

Квинта плечом. – Никогда бы не подумал, что буду служить вместе с человеком, чей погибший зять занимал такое высокое положение!

– Он не был моим зятем. Свадьба не состоялась.

Казалось, Рутил его не услышал.

– Брат нашего нового командира кавалерии – родственник обычного велита, такое и представить невозможно!

Квинт не стал протестовать. В последние дни он часто слышал упоминания о Марке Минуции Руфе, но значимость имени прошла мимо его внимания. А он был братом Гая Минуция Флакка. Теперь в течение следующих шести месяцев Минуций будет вторым военачальником Рима, который подчиняется только диктатору Фабию.

– Я как-то не подумал…

Он снова ощутил укол совести, когда представил, какие дополнительные возможности получила бы его семья, если бы Аврелия вышла замуж за Флакка.

– Ты должен меня с ним познакомить, – шутливо-серьезным тоном сказал Рутил.

Наконец Квинт рассмеялся.

– Я же говорил тебе, Аврелия не вышла замуж за Флакка, и я не связан родственными узами с Минуциями!

Рутил тоже рассмеялся.

– Но, даже если бы и был, ты не стал бы знакомить с ним своих друзей. Ты можешь себе представить, что такой важный человек, как Минуций, болтает с такими, как мы?

– Боюсь, он и со мной не стал бы разговаривать. В любом случае, этого не произойдет. Надеюсь, Минуций умнее Флакка. Тот был заносчивым идиотом. Именно он предложил тогда отправиться в патрулирование.

– Остается радоваться, что Фабий главнее, – с некоторой тревогой сказал Рутил.

– Говорят, в детстве он соображал очень медленно, верно? Теперь, верно, стал осторожнее, – заметил Квинт, повторяя слухи, которые до него доходили. – Но он дважды был консулом и один раз диктатором. Наверное, он сможет держать Минуция под контролем.

– Конечно! – Рутил снова высоко поднял мех. – За нашего нового диктатора. Пусть он покажет себя достойным лидером и умелым командующим, который принесет нам победу над Ганнибалом!

– И пусть это случится скоро, – добавил Квинт, думая о матери и Аврелии.

– Коракс говорит, что Фабий не будет торопиться. У нас слишком много молодых солдат и не хватает кавалерии. План состоит в том, чтобы уничтожать отряды карфагенян, которые добывают продовольствие. «Лягнуть врага в живот столь же эффективно, как победить его в сражении, но гораздо безопаснее», – сказал Коракс. – И тут я не стану с ним спорить.

Квинт уже слышал подобные разговоры. И, хотя ему это не очень нравилось, разумных доводов

против у него не находилось – логика Фабия и Коракса выглядела безупречной. Он помнил, как его отец рассуждал об эллинистических принципах управления войсками, которым следовал Александр. Если военачальник не уверен в победе, ему следует избегать серьезных столкновений до тех пор, пока его армия не станет сильнее. Возможно, Фабию и Минуцию потребуется для этого весь их срок пребывания на высоких должностях.

– Пусть боги заставят Ганнибала держаться к востоку от Апеннин, – пробормотал Квинт и почувствовал, что Рутил смотрит на него. – Я из предместий Капуи. Моя мать и сестра все еще там, на семейной ферме.

– Если Ганнибал переберется через горы, твоя мать бросит ферму и переедет в Капую, где она будет в безопасности за крепостными стенами.

– Ты не знаешь моей матери. Она упряма, как мул с паршивым характером.

– Наверное, твой отец отправил ей письмо.

– Я очень надеюсь на это.

– А почему бы и тебе ей не написать? – Рутил почувствовал неуверенность Квинта. – Расскажи ей, что ты сражаешься в войсках союзников Рима, или еще что-нибудь в таком же роде. Даже если твой отец узнает, у него не будет времени искать тебя по всей армии.

«Да, это может получиться», – подумал Квинт.

– Но даже если мое письмо до нее дойдет, это не значит, что она меня послушается.

– Да, но оно может на нее как-то повлиять. И тебе станет легче. Так что напиши.

– Спасибо тебе, Рутил, – с благодарностью сказал Квинт.

Его друг был прав: ему следовало извлечь максимум из своего положения, а не предаваться переживаниям. И все же он продолжал беспокоиться о матери и Аврелии.

Глава 9

В окрестностях Капуи

Стены Капуи исчезли у нее за спиной, и Аврелия в двадцатый раз спросила себя, правильно ли она поступает.

«Я делаю то, что считаю нужным! – решительно подумала она. – И пусть моя мать отправляется в Гадес!»

Один из двух рабов Марциала бросил на нее вопросительный взгляд, но мрачный вид Аврелии заставил его отвести глаза. Сочетание лести и угроз помогло ей выйти вместе с ними за городские ворота; Аврелия надеялась, что сумеет убедить их проводить ее до семейной фермы. Уже в который раз она пожалела, что рядом нет Гая; он бы обязательно согласился ее сопровождать. Но теперь даже лучше, что его нет рядом, решила Аврелия. Ей нужно выйти замуж за Луция. Так что она должна избегать любых искушений. К тому же Гай уехал вместе со своим отрядом, чтобы усилить армию Фабия.