Кровь нуар
Шрифт:
Клубящаяся энергия обдавала жаром, как раскаленная печь.
Что-то во мне в темноте подсознания зашевелилось. Нет, не сейчас, ведь только что же было!
Я закрыла глаза, медленно вдохнула, еще медленнее выдохнула, считая про себя до десяти.
— Прошу тебя, Ульфрик, — раздался голос Джемиля, — не вызывай снова ее зверя.
— Волка, ты имеешь в виду. Всех ее зверей я не могу вызвать, как не могу быть всеми, кто нужен ей рядом в этой жизни.
На секунду на его лице отразилось такое страдание, что у меня сердце
— Ричард, я…
— Не надо, Анита, — махнул он рукой в мою сторону. — Не стоит. Это не хорошо и не плохо, это всего лишь правда.
Он посмотрел на меня, всей силой своих идеально-карих глаз. И только в них выразилось страдание, которое было только что на всем его лице. Только по ним было видно, как ему больно. Как больно сделала ему я. Я никогда этого не хотела — как и он никогда не хотел делать больно мне. Но то и дело так у нас выходило. Случайно.
— Я приехал проверить, как ты здесь. Проверил. Но наш мастер дал мне еще одно задание. — Он протянул мне руку. — Но для этого мы должны быть наедине.
Я в нерешительности смотрела на протянутую руку:
— Ричард, если это как-то связано с сексом…
Рука опустилась.
— Ты меня отвергаешь?
Его энергия ударила мне в лицо жаром из распахнутой печи.
— Ричард, у меня все болит, саднит. Я бы ни с кем сейчас не могла.
— Ты любишь, когда грубо, — напомнил он.
И на этом все мое сочувствие кончилось. Все нежные чувства стерло этим откровенным замечанием при посторонних. Да, у меня был с ними секс, но никто из нас не был при этом в своем уме. И они так и остались посторонними для меня и моего тела.
— Давно бы так, Ричард. Это ж другое дело!
— Как — так? — спросил он.
— Ты не понял. Никто из нас не помнит, что было — обрывки разве что. Что я люблю и чего я не люблю — это им сейчас неизвестно. Разве что ты и дальше будешь сообщать подробности.
Он глубоко вздохнул, медленно выдохнул — и сгорбился, будто получив удар. Потом выпрямился, расправил плечи.
— Ты права, прости. Но мне трудно было понять, что эти двое чем-то отличаются от прочих любовников в твоей постели. Они тебя знают во всех смыслах.
— Большинство моих любовников не «знают меня во всех смыслах», Ричард. Это секс, а не отношения.
Он покачал головой:
— Я должен сделать то, что хотел Жан-Клод, а потом вернуться в Сент-Луис.
— Ты уезжаешь? — спросил Джейсон.
— Я не могу здесь торчать, когда тут столько репортеров. Вы оба это знаете.
Я кивнула:
— Я подумала об этом, когда ты появился.
— Что велел тебе сделать Жан-Клод? — спросил Джейсон.
Ричард ткнул пальцем в его сторону:
— А ты мне лучше пока на глаза не показывайся. Ты из моих подчиненных волков, и моя лупа может быть беременна от тебя. В других стаях за такое убивают.
— У нас не было выбора,
Он мотнул головой, хвост рассыпался по плечам.
— Я не о том, что случилось здесь. Я про Сент-Луис, когда вы занимались любовью, потому что тебе хотелось, а не потому что ardeur надо было кормить. — Он смотрел сердито на нас обоих, глаза его светились злостью. — И не морочь мне голову, что ты Джейсона берешь в постель только для питания. Я поначалу верил, но слишком это часто бывает.
— Говоришь так, будто хорошо Перли наслушался.
— Мы с Перлитой разговаривали пару раз. Она намекала, что око за око было бы интересно устроить.
— Что это значит? — спросила я.
— Это значит, — объяснил Джейсон, — что Перли предложила ему секс, чтобы нам отомстить за измену.
Голос Джейсона был начисто лишен интонаций, будто слишком ему было больно, чтобы хотя бы голосом эту боль выдать.
— У меня с Джейсоном много месяцев ничего не было, Ричард, даже когда надо было кормить ardeur . Яего вычеркнула из списка, когда поняла, что Перли это не нравится.
Он болезненно рассмеялся, и снова я ощутила этот плеск силы в лицо, только еще сильнее, будто муравьи жалят кожу. Он убрал свою силу, потом ответил:
— Не нравится? Да вы ей сердце разбили, вы оба.
Мы с Джейсоном переглянулись — он пожал плечами. Ну вот, он тоже не знает, что сказать.
— Зачем бы я стала тебе лгать, Ричард, как часто мы спим с Джейсоном? Нет причины. Мы не моногамны.
— Спасибо большое, что напомнила, — ответил он с язвительной горечью.
— Ты моногамен не более меня, Ричард. И не делай вид, что это не так.
— Был бы моногамен, если бы только ты…
Шанг-Да опустился перед Ричардом на колени, распахнув черное пальто — мелькнуло спрятанное под ним оружие. И руку протянул в сторону Ричарда. У многих звериных сообществ есть такой жест — просьба о внимании вместе с выражением подчинения. Ричард посмотрел на него сверху вниз:
— Что такое, Шанг-Да?
— Вероятно, сейчас не время выяснять личные отношения в присутствии представителей других звериных сообществ и вампирских поцелуев.
Он говорил как можно более нейтральным голосом, но все же слышна была загнанная глубоко злость. До конца эту нотку ему не удалось подавить.
Джемиль придвинулся ближе, но было ясно, что не знает ни что ему надо делать, ни как воспримет Ульфрик это вмешательство. И сама неуверенность Джемиля напомнила мне, что я больше внимания должна уделять своим обязанностям лупы. Они боятся Ричарда — раньше такого не было. Я его побуждала быть сильным правителем, но сейчас пожалела об этом. Ричард очень о многом заставлял меня сожалеть.
Зазвонил телефон, и я вздрогнула. Господи, это кто еще?
— Из больницы могут звонить, насчет моего отца. — Джейсон посмотрел на Ричарда, будто спрашивая разрешения.