Кровь нуар

Гамильтон Лорел Кей

И всадил в меня язык, резко, коротко. Я вскрикнула, и он отодвинулся взглянуть на мое тело.

Я будто ощутила тяжесть его взгляда, потому что он заставил меня посмотреть вниз, пока он смотрел вверх.

— Господи, ну и вид! — восхитился он.

— Какой вид? — сумела я сказать, но Натэниел сдавил сильнее, и мне дыхания на разговор не хватило.

— А вот этот, — прошептал Джейсон и припал ко мне губами, целовал так, как целовал когда-то много раз в губы.

Многие мужчины не целуют там так, как в губы, но у Джейсона получилось — так же тщательно,

полностью, умело. А потом стал делать такое, чего не сделаешь при поцелуях в губы, и при этом реагировал на мои стоны и судороги.

Он не просто нашел точку, чтобы давить на нее как на кнопку: он каждый дюйм прошел, покусывая мне бедра изнутри.

Натэниел все это время держал меня крепко, иногда так, что дыхание перехватывало, иногда чуть отпуская и давая вздохнуть, а потом стиснул так, что пистолет врезался в ребра, будто хотел их сломать. Когда можно было дышать, я вскрикивала, а потом только извивалась.

Джейсон отодвинулся спросить:

— Это я делаю или ты?

— Я, — ответил Натэниел и чуть отпустил меня, давая перевести дух.

— Как сильно! — сумела я выдохнуть.

— Надо и мне сильнее, — сказал Джейсон, приспустил чулок и укусил в ляжку — сильно, не любовно.

Я вскрикнула.

Он вдвинул рот между ногами, резче на этот раз, я забилась, закричала, а он прижался зубами к немыслимой интимности. Я не велела ему прекратить, и он стал ртом теребить меня, зубами, языком. Начала нарастать лавина наслаждения, подобно давлению или жару, и первые языки разгорающегося оргазма заплясали во мне.

Натэниел сдавил меня сильнее, а Джейсон столкнул с обрыва. Оргазм накатывал волнами, одна за другой, и Джейсон присасывался, и меня подбрасывало на них, я билась в четырех руках, кричала, когда Натэниел давал дышать или затихала, когда невозможно было издавать звуки.

Джейсон закончил широким движением языка сзади наперед, и я снова заорала.

— Отлично получилось, — сказал он, не вставая с колен.

Натэниел чуть переменил позу.

— Засади ей, — сказал он.

— Это пока ты ее держишь?

— Да.

В голосе Натэниела чуть пророкотала басовая нотка.

Джейсон поднял голову. Свет из кухонной двери блеснул на мокром лице, и от этой влажности у меня еще раз свело там, где только что было так весело, и меня бросило в новую волну судорог.

Джейсон держал меня за бедра, Натэниел — сверху. Когда я затихла, Джейсон засмеялся очень-очень мужским смехом.

— Анита, ты согласна?

— Давай, — попросила я. — Давай, давай…

— Нет, — перебил Натэниел. — Сегодня я верхний, и у меня ты должен просить разрешения.

Джейсон помедлил, будто ожидал моих возражений.

Были времена, когда я возразила бы, но я научилась понимать представление Натэниела о сексе. И оказалось, что бондаж и подчинение вполне меня устраивают — иногда.

— Ты командуешь нами обоими? — спросил Джейсон.

— Мы оба командуем Анитой.

Джейсон улыбнулся, но глаза у него остались серьезными:

— Я так и думал, что тут меньше чем вдвоем не

справиться. Скажи, что мне делать.

— Презерватив возьми, — ответил Натэниел.

Глава третья

Джейсон схватил меня сзади за ляжки, развел пошире. Натэниел одновременно с этим сжал меня крепче, будто хотел руки в тело вдавить, и я беспомощно постанывала. Джейсон чуть меня приподнял, поставил под нужным углом и вдвинулся. Ничего в этом движении не было нежного, но я и отсырела так, что ничего нежного и не надо было.

Ощущение этого движения внутрь, сильного и быстрого, вырвало у меня из горла звук, но не тот, который был ему нужен. И низким голосом, с придыханием, он произнес:

— Не под тем углом.

— Как тебе надо? — спросил Натэниел у меня из-за спины. Без придыхания, но низким голосом.

Джейсон остановился, я снова могла думать.

— Новую позу, — сказала я и тоже с придыханием.

— Ага, — ответил Джейсон. — Раз ты еще разговариваешь, значит, я своего дела не делаю.

И он перешел от слов к делу, медленно вдвигаясь ивыходя.

Это было чудесно, но Джейсон был прав: чтобы столкнуть меня с обрыва, нужен был другой угол. Посмотрев ему в глаза, я сказала:

— Ты прав. В этой позе не получится.

Джейсон рассмеялся, поцеловал меня, и не будь он мокрый от моих соков, я бы назвала этот поцелуй дружеским.

— Другой мужчина бы обиделся.

— Ты не другой мужчина. Ты любишь получать реакцию.

Натэниел перестал меня стискивать, скорее просто обнимал. Это тоже помогло думать.

— Хочешь в другой позе?

Это Натэниел не у меня спросил.

— Да, — ответил Джейсон.

— Только перед сменой я хочу сделать одну вещь, — заявил Натэниел.

— Мне что делать? — спросил Джейсон.

— То, что только что делал.

Джейсон секунду на него посмотрел, потом снова начал входить и выходить. Не такой твердый, как был в начале — слишком много разговоров и колебаний, — но достаточно, чтобы выполнить просьбу Натэниела. А я — я просто была довольна, что Натэниел взял руководство на себя. Радовалась, сдаваясь этой цветущей силе, и он владел своей сексуальностью так, как никогда раньше. Я с Ашером работала над тем, чтобы помочь Натэниелу удовлетворить его потребности в БДСМ, и от этого Натэниел был так глубоко внутренне счастлив, как я и предвидеть не могла. Не догадывалась, что в нем это есть.

Джейсон продолжал толкаться в меня между ног, а Натэниел задрал мне юбку окончательно, обнажив зад, и я ощущала на себе его наготу. И от этого ощущения одновременно с ощущением бьющегося во мне Джейсона у меня голова запрокинулась, закрылись глаза, вырвался стон из горла.

— Ты что там делаешь? — спросил Джейсон.

— Трусь. Тебе какую позицию?

— Она спиной на диване.

На этот раз он меня не спросил. Наверное, знал, что ответит ему Натэниел, и не было плохих вариантов. Вопрос только в том, насколько выбранный вариант будет хорош.