Кровь героев

Перемолотов Владимир Васильевич

– Не договорятся они, - сказал он, потирая натруженное плечо.
– Тут на двоих один характер и два упрямства. Надо что-то придумать.

– Ладно, - сказал Избор.
– Помогу вам, пока вы друг друга не порезали.

Он отошел на пару шагов в сторону.

– Идите сюда. Становитесь рядом со мной...

Кто бы ни был второй, а уважение к воеводе в нем оказалось не меньше, чем в первом. Ни о чем не спрашивая, хазары подошли, встали рядом. Напротив.

– Ну, ближе... Ближе...

Избор кивком обозначил куда встать.

Исины насторожено глядя друг на друга, встали по бокам.

– Хорошо встали? Удобно?

– Стоим...
– с одинаково напряженной интонацией отозвались оба Исина.
– Дальше-то что?

Избор повернул голову.

– Ты от меня справа. Значит, теперь ты будешь Правый. А ты слева. Значит...

– Почему это я - Левый?
– недослушав возмутился левый. Спор готов был разгореться с новой силой, но тут Гаврила шепнул что-то на ухо левому и тот, торопясь, выкрикнул:

– Согласен. Я- Левый!

Посматривая друг на друга с высокомерием, словно не считали себя равными друг другу, они разошлись по краям поляны.

– Что ты ему сказал?
– поинтересовался Гаврила, отрываясь от пересчитывания кошельков.
– Я уж думал, что все по новому кругу пойдет.

– Сказал, что Правая рука хоть и сильнее, зато Левая ближе к сердцу.

Он похлопал себя по груди.

– Ладно. Давайте двигаться. А то нам теперь двух хазар кормить, а они оба прожорливые... Тут на одного еды не напасешься...

Избор вдруг замер, и не слова не говоря, уставился на Исинов. Гаврила посмотрел на него с удивлением, и только тут до него дошло, что произошло на самом деле на этой поляне. Он уселся, где стоял и, потянув за куртку, усадил рядом Избора.

Оба поняли, что думают об одном и том же.

Они сидели и улыбались. Наступил тот сладостный момент, когда удача уже ухвачена за хвост. Она еще трепыхается, но всем уже, и в том числе и ей тоже, ясно, что как не трепыхайся, а ушло время. Не вырваться, не выскользнуть, не сбежать, а только сдаться на милость победителей. На их милость. Они могли просто посидеть никуда не торопясь, с удовольствием поглядывая то друг на друга, то на ошалевших Исинов и насладиться моментом. А могли говорить, кругами похаживая вокруг самого главного и даже посокрушаться притворно своей глупости и недалекости...

– А ведь с этими с обоими чуть мысль не пропустили. Ведь ушли бы.

– Да нет. Вспомнили бы. Только когда? Да и еще возвращаться пришлось бы...

– Да, - подтянул ему Пинский воевода.
– Точно... А может и не вспомнили бы даже... Мы ж дураки тут все.

– Дураки, - вздохнул Гаврила.
– Точно. Все мы тут дураки. Дураки-дураки-дураки....

– И не говори, - согласился Избор.

Теперь ничего не понимали только Исины.

– Что это вы, - спросил осторожно левый.
– А?

Гаврила небрежно, словно вещь совсем уж малонужную уронил в траву мешочек с золотыми.

– Вы чего, - спросили Исины и переглянулись.

– Не поняли?

Не сообразили, братья близнецы?
– хмыкнул Гаврила вроде как с удовлетворением каким-то.
– Ну, вы даете... Видно, у вас рук-ног больше стало, а мозги пополам поделились...

Радостное возбуждение переполняло его.

– Нам теперь не пятьдесят, а всего один богатырь потребен! С таким вот камнем мы из одного богатыря хоть пятьдесят богатырей сделаем, хоть сто! С каждого по чашке крови - и все в порядке! Все живы, а врагам - большой кукиш и посрамление!

Исины переглянулись. Дошло и до них. Левый яростно зачесался.

– Неужели не найдем? Одного-то?

Несколько мгновений все четверо переживали то мгновение счастья, которое редко выпадает на долю простых людей. Непосильная задача, решение которой в голову не приходило р-р-раз - и решилась!

– А дальше что?
– спросил вдруг Левый Исин. Посреди всеобщей радости вопрос звучал как-то нехорошо...

– Как это что дальше? Дальше найдем богатыря, размножим его, снимем заклятье с терема и...

– И...?
– присоединился к Левому Правый.

В этом правоисиновском "И" крылось что-то загадочное, и Избор задумался.

Отчего-то воевода представил себе сотню одетых в одинаковые доспехи конных рыцарей. Про своих богатырей он не думал - не осталось на Руси богатырей, поэтому представились они ему в доспехах, при длинных двуручных мечах, как это принято у рыцарей Вечного города.

Кровушки с них нацедить - нацедим сколько нужно, а потом что? Поубивать их что ли? Нехорошо как-то получается - у кого рука на палачество поднимется? Значит отпускать? Тоже нехорошо выйдет. Так у врагов один богатырь, а станет несколько сотен. Этого еще не хватало. В темницу? Выход, конечно, но опять же как-то нехорошо выходит...

Мысль его скакнула в сторону. А вот если все-таки удастся кого-нибудь из своих богатырей найти, ну вдруг удача улыбнется?

Ну, хорошо... Станет их штук двести - триста.

Конные рыцари в его воображении почему-то превратились в Муромцев. Наверное, потому что слышал, что характер у Ильи Ивановича оказался нелегкий, а сотня или две сотни таких людей могли нанести урон не только врагам, но и своим. И хотя разговора об Илье быть не могло никакого - он все-таки остался в княжеском тереме - любой попавшийся им богатырь мог оказаться характером куда хуже.

А если из своих кто-то попадется, тогда как? Нужно будет как-то с женами для них определиться, с деревеньками, и вообще. Из таких не каждый и родного брата вытерпит. Это вот Исины как-то меж собой договорились, а ну как иные, кто попадется, что у них за характеры будут...

Так и не найдя ответа на вопрос он все-таки ответил.

– Наше дело кровь достать, да заклятье снять... А от остальном пусть князь да Верховный волхв думают.

Исины переглянулись. Масленников поморщился. Избор и сам понимал, что неправильно это.