Кроусмарш
Шрифт:
— А вот и мама. Анна, а наш сорванец-то, пошел.
— Да папа, я вижу, — умиленно улыбаясь, проговорила она.
Услышав ключевое слово "мама", а затем и родной голос, Ричард повернулся к ней и весело вереща рванул к ней, с ходу зарывшись лицом в ее юбке, из под которой продолжал звучать, приглушенный тканью его радостный крик.
— Ах ты мой сорванец.
— Это точно, — авторитетно поддержал ее отец, — все ваши беды только начинаются. Ох и намаетесь, он вам еще подсыплет перцу. Правильно я говорю, Ричард.
— Папа, пора обедать.
— Идем, дочка. Мы уже закончили.
За
— Ваше сиятельство…
— И я рад видеть вас, сэр Андрэ, — перебил Андрея маркграф. — По случаю возвращения с границы вы мне уже представлялись. Что же вас привело теперь?
Андрей ничуть и не подумал обижаться или заострять внимание на том, что маркграф его перебил. В конце концов, он был его сюзереном и стоял гораздо выше по положению в обществе. А еще Андрею импонировала привычка маркграфа всегда брать быка за рога. Он мог продолжительное время хранить молчание, вникая в тот или иной вопрос, мог вот так сразу приступить к сути, но не любил светских бесед. Нет, конечно, скорее всего в кругу своего общения он и был иным, и Новак был уверен, что так оно и было. Но здесь был не тот случай. Андрей был его вассалом, но пока еще не успел стать соратником, не делил с маркграфом трудности не-то что похода, а даже обычного перехода, так что сугубо деловой подход Андрея вполне устраивал и ни чуть не задевал.
Другое дело, что хотя он много раз прорабатывал ход разговора с сэром Свенсоном, он так и не решил с чего начать. А потому решил начать сразу с сути. В конце концов, хозяин кабинета сам сразу задал деловой тон разговора, так чего стесняться-то.
— Ваше сиятельство, мне стало известно, что ваше владение Кроусмарш уже давно выставлено на продажу. Не устарели ли эти сведения.
— Вот так вот, сразу.
— Сэр…
— Все нормально, сэр Андрэ. Просто признаться, я думал, что слегка огорошу вас своим вопросом. Но как вижу с вами этот номер не прошел. Наверное, это отличительная черта всех рыцарей вышедших из низов, нахрапом переть к своей цели, вот и покойный сэр Ричард Рэд был таким же.
При этих словах, Андрей внимательно посмотрел на своего собеседника, с одной стороны дерзость по отношении к своему сюзерену, но он хотел знать, с какой целью маркграф помянул убитого Андреем рыцаря. Маркграф выдержал его изучающий взгляд спокойно, ни как не прореагировав на дерзость и Андрей опустил взгляд. Похоже, ни какого скрытого смысла в словах сэра Свенсона не было, он просто привел пример. Ну что же, оставалось только продолжать.
— Так как насчет Кроусмарша?
— А ни как. С этим вопросом все обстоит так же, как и десять и двадцать и тридцать лет назад. Владения выставлены на продажу, но желающих приобрести их, все еще нет. Сэр Ричард был первым и последним, кто хотел их приобрести. Я так понимаю, что у нас нашелся новый соискатель, на баронскую корону.
— Если вы не посчитаете это дерзостью.
— Не посчитаю. Но вот вопросы задам, если вы
— Готов ответить на любые.
— Ну, в этом-то я как раз и не сомневаюсь. Раз уж вы умудрились предстать перед трибуналом инквизиции и не испугались правдиво и смело отвечать на их вопросы, то перед своим сюзереном и подавно не стушуетесь. Итак, сэр Андрэ, два с половиной года назад, вы отказались стать землевладельцем, заявив, что у вас нет денег для приобретения надела и отказались от рыцарской цепи, хотя и имели на нее право. Что изменилось?
— Ну, причина, почему я решил все же надеть рыцарскую цепь, вам известна. Инквизиция.
— Продолжайте.
— Что же касается денег, то служба на границе как очистила меня в глазах нашей Церкви, так и наполнила мой кошелек звонкой монетой.
— Я наслышан и о приданом, и о трофеях, и о соляном походе. Вы оказывается авантюрист.
— Скорее подвержен влиянию близких людей, с авантюрной жилкой.
— Это вы об Эндрю Бэлтоне?
— О ком же еще, ваша светлость. Уж и не знаю, благодарить мне судьбу, за то что она сблизила меня с ним или наоборот выказать свое неудовольствие этим, но пока все авантюры на которые он меня толкал, шли мне на пользу.
— Должен заметить, что и ему тоже. Ну что же, пока принимается. А почему Кроусмарш. Вы наверное можете себе позволить покупку, и куда более безопасных земель.
— Конечно, но эта покупка лишит меня практически всех средств.
— Возможно, у вас даже не останется свободных средств вообще, — согласился с ним маркграф. — Но вы получите владения в относительно спокойном месте. С разбойничьими же шайками и рейдерскими орочьими отрядами вы вполне сможете справиться сами, опыт и в том и в другом у вас большой. Кроусмарш так же опустошит ваш кошелек, но место не в пример опаснее, и ни каких гарантий в успехе. Так почему именно Кроусмарш?
— Риск есть и не малый, вы правы. Но так же вы правы и в том, что у меня поднакопился кое какой опыт в решении проблем создаваемых орками, а на кону оказывается большой барыш. Эти владения по большому счету потянут на графство.
— Значит, вы не хотите быть простым бароном, вам хочется стать графом.
— Вы находите это предосудительным?
— Нет. Но графскую корону вы сможете получить только из рук короля, а это весьма не просто. К тому же вам понадобятся вассалы из числа рыцарей. Впрочем, не думаю, что здесь у вас возникнут проблемы. Как только вам удастся закрыть проход, от желающих присягнуть вам у вас не будет отбоя. Но вот только боюсь, что все они бессребреники и вам самому придется озаботиться строительством замков, они же смогут быть не более как арендаторами или же смотрителями ваших же замков. Дорогое удовольствие.
— Можно пойти и иным путем, ваша светлость.
— Сделать рыцарями воинов своей дружины?
— Кроусмарш не отличается благостностью, так что заполучить двадцать браслетов возможность будет.
— Или сложить голову. Вы думаете почему так мало тех, кто получает таким образом рыцарскую цепь?
— Потери неизбежны, сэр. Но и приз не малый. К тому же, какой бы большой территорией не являлся Кроусмарш, двадцать баронов это все же многовато.
— Вы действительно готовы одарить ваших воинов землей? Роскошь не всегда доступная даже королям.