Кронос
Шрифт:
Никто не в силах заставить раскрыть глаза на очевидный, но настолько необычный спектакль.
Любой дурацкий вопрос на эту тему способен умилить и заставить прослезиться знатоков подземелий.
— Что это было? — настойчивее повторил свой вопрос Крон, начав этим, кое-кого доставать.
— А ты не видел? — ответил Дед, невозмутимо уставившись в потолок. — Карлик!
— Нос? — включился в игру Комбат.
— Мук! — в сердцах сплюнул Дед. — Маленький. И всё равно из трёх букв…
—
— Ты что, Ком — это разные вещи! — сумничал Доцент. — Точнее заболевания.
— У нас у всех заболевание, — поставил диагноз Почтальон. — А если бы и не так, то скоро будет — встретимся в палате.
— Или в шахте, — добавил Пифагор.
На изуродованный пулями стол, с почётом установили царицу солдатского пайка — тушёнку, предварительно её открыв и подогрев, а мебель протерев. Почему хозяйка положения она, а не водка или, к примеру, спирт — и так ясно: этил, может быть и царь, но спиртное не входит в рацион современного солдата. Разве что в кино… Комбат лично проверил расход горючего в примусе, его выключение и прочие мелочи, во избежание любых недоразумений. Глядя на консервированные мослы, Бармалея неожиданно посетила здравая мысль, до сих пор никому не приходящая в голову.
— Сколько мы помещений обошли, но ни одного заплесневелого сухаря не нашли, а ведь склад и кухня должны быть, если здесь работали люди. В самом деле — не из ресторана же им жратву привозили, за сотни вёрст.
— Может быть — впереди ещё встретим, — предположил Кащей, — твой продсклад?
— Не мой он, — парировал Бармалей. — Но всё равно, это обстоятельство не выдерживает никакой критики. Согласно записи — это особый уровень и предположить, что отсюда, а не сюда обеды доставляли — просто бред.
— Логично, — согласился с доводами Кащей, — но, может быть, мы пропустили склад второпях?
— В таком случае — он так законспирирован, что являлся государственной тайной, почище, чем этот уровень! — невесело усмехнулся Бульдозер.
— Есть ещё один вариант предположений, — вмешался Крон. — Чтобы работы шли успешнее, по созданию телепортов, учёные получали продукты непосредственно из института, по телепортационному устройству. Вот, от голода и вымерли…
— Скелетов не видать! — засмеялся Комбат.
— Эх! — воскликнув, оборвал спорщиков Пифагор. — Тут всё нелогично, а вы о какой-то кухне. Допустим, мы её найдём, вместе со складом — что толку? Дальше то, что? Тут такие шуточки со временем… В результате этого я могу сделать правильный вывод — скорее всего, на складе несъедобны, даже консервы. Как будто своих нет…
Все молча согласились с доводами, и мысленно махнули рукой, на такие мелочи. Разговор обессилевших и перенервничавших людей, подкрепившихся по всем правилам военного искусства, принимал другое, более закономерное течение, в привычном русле.
— В жизни, почему-то, всё шиворот-навыворот! —
Сутулый усмехнулся, и выдал свою точку зрения, на обсуждаемые принадлежности:
— Длинные ноги хороши для быстрой ходьбы, а ещё лучше, для поспешного бегства с поля боя, когда противник применил ФОВ. В сексе, длинные заготовки так же бесполезны, как бюстгальтер.
— Да-да! — подтвердил Дед. — Так же, как и лифчик, они имеют чисто демонстрационный характер.
— Где связь, между этими альковными принадлежностями, — не понял Комбат, и выдвинул опровержение, — ноги видно, а лифт?
— Как ты помнишь — он не работал! — хихикнул Дед. — А, в общем — ты темнота. Бюстгальтер создаёт объём и, даже в случае применения несложных приспособлений — увеличивает литраж многократно.
Перед глазами участников спора проплывали бескрайние русские степи и поля, на которых паслись бурёнки всех мастей: белые, пегие, чёрные — волочащие за собой вымя, на потребу пищевой промышленности. В воздухе густо запахло парным молоком, свербя в носах смесью сена и навоза. Очнувшийся от видения, Кащей встрепенулся и высказал свои сомнения, по поводу целесообразности подлога:
— Но, ведь подтасовка фактов может легко вскрыться!
— Уже поздно будет! — хором ответили товарищи.
— Граждане — хватит о женщинах! — Крон попытался унять воинственный пыл попутчиков, заодно и образумив их. — Мы же не на работе.
— Это как сказать! — не согласился с доводом Почтальон. — У тебя, на данный момент, свободный график гуманитарной профессии, и можно предположить, что ты собираешь материал. Работа, получается!
Тема женского достоинства не хотела уходить и отпускать незакалённые умы.
— Вот название — бюст, — продолжил Доцент. — Оно имеет два понятия. Первое: это скульптура, недоделанная, то есть — по пояс. Второе значение — женская грудь. Само название с французского языка означает — надгробный памятник.
— Я уже запутался! — раздражённо отреагировал Комбат. — Но символично. И лаконично.
— Интересно, — хмыкнул Бульдозер. — В первое значение голова входит, а во второе — нет.
— Повторяться не буду! — отрезал Комбат.
— Все владелицы этого памятника, стремятся нацепить на выпуклости драньё от, какого-нибудь известного портного, преимущественно заграничного! — Кащей зло сплюнул и махнул рукой.
— Ну, не скажи, — возразил Пифагор. — На центральной улице, пусть и периферийного, но очень большого города, открывался бутик от такого умельца. Народу — до фонаря! В нашем мегаполисе, такие номера не пройдут и аборигенов, на подобную ерунду не купишь. Долго магазинчик не протянул, потому что местные жители не брезгуют носить обмотки: ни от Ху Линя, ни от Линя Ху.