Кромка
Шрифт:
— Чисто! — голос Герберта.
— Чисто! — следом голос Сыча.
— Чисто! — отозвался я.
Вперед! Через буреломы, кусты, ручейки и овраги. Мы преодолели семь километров так быстро, словно бежали по ровной дороге. И остановились только когда нас окликнули:
— Стой! Кто идет?! Пароль!
Свистнув, боевому охранению ответил Сыч:
— Калина!
— Серебро! — отозвался боец. — Проходите!
Покинув лес, мы вышли на широкую вырубку. В боевом охранении находились преображенцы. Они нас узнали, и Герберт поинтересовался:
— Как тут дела?
— А вы прислушайтесь, — сказал кто-то из солдат.
Все
Обогнув позицию АГС-17 и «Утеса», вышли на просеку, и я спросил старших учеников:
— Как думаете, когда на Кирту повернем?
— Завтра, — сказал Герберт. — Учитель ждать не станет.
— Не думаю, — возразил Сыч. — Сначала доведем войска до Ведерской переправы.
— А давай поспорим? — Герберт завелся.
— Давай. — Сыч не уступил. — На что спор? Ставь ВСС.
— Нет.
— Тогда что?
— Спорим на одно желание.
— Идет. Олег, разбей.
Старшие ученики ударили по рукам, и я стал свидетелем их спора. Однако, забегая вперед, скажу, что победителя не было. До Ведерской переправы мы не дошли, но основное войско покинули не на следующий день, а через неделю, когда до вражеских позиций оставалось всего тридцать километров.
49
Яросвет посмотрел на развалины Кирты, к которым мы только что вышли, повернулся к Вадиму и покачал головой:
— Думаю, здесь засада.
— Ты что-то чувствуешь? — Вадим встал рядом с ним и, раздвинув густой кустарник, стал осматривать руины древнего города.
— В том-то и дело, что нет. Демоны не могли оставить Кирту без прикрытия. При любом раскладе здесь должны находиться воины охранных сотен, бесы и рабочие. Но их не видно и не слышно, а при сканировании развалин ведовскими способами слышно только природу. Где люди? Где хоть один человек? Где бесы и мутанты? А если нет мутантов, почему в развалины не вернулись животные? Даже птицы не поют…
— Ты прав, — отступая назад, сказал Вадим, — это ловушка. Дикари затаились, и рядом бесы. Они ждут нас и готовы встретить.
— Ну и что будем делать?
— Как и собирались, атаковать и пробиваться к храмовому комплексу. Нам главное — к подвалам святилища Кроноса пробиться и на несколько часов удержать противника. Вперед пустим разведку и штурмовиков, которых прикроем минометами, гранатометами и тяжелыми пулеметами. Сами следом, а дальше по обстоятельствам. Сколько у нас сейчас бойцов и тяжелого вооружения?
— Тебе это известно.
— А ты повтори.
— С нами две штурмовые роты преображенцев и рота спецназа, твоя дружина — по сути усиленный взвод, три группы огневой поддержки, два десятка изгоев и ученики. Это четыреста пятьдесят человек, ударный батальон. Из тяжелого вооружения есть пять «Подносов», четыре «Утеса» и три АГС-17. Боеприпасов достаточно
— Хорошо. — Вадим кивнул и отдал приказ: — Разворачивай штурмовиков, разведчиков и группы огневой поддержки. Пойдем к центру города. Тут недалеко, километров пять по развалинам.
Яросвет, который признавал старшинство Вадима, отправился выполнять приказ, а учитель обратился ко мне:
— Где связист? Сюда его. Узнаем, как идут бои за Ведерскую переправу.
— Есть.
Я позвал связиста и, пока он готовил радиостанцию, тоже посмотрел на развалины.
Древняя Кирта, как и многие другие города минувшей эпохи, строилась вокруг портала на Землю. Район выхода где-то в пределах современной Донецкой области. Портал в те времена функционировал постоянно, и жители Кирты вели торговлю с племенами степняков, посылали караваны к Черному морю, на Кавказ, Ближний Восток, в Европу и Среднюю Азию. В эпоху своего расцвета город считался одним из главных центров цивилизованного мира на Кромке, и здесь бурлила жизнь. Стены Кирты считались неприступными, а армия города — непобедимой. Леса рассекали каменные дороги. В школах города учились дети, а на площадях шла торговля и выступали артисты. Правил совет жрецов. Никого не притесняли, люди были свободны, и границы города постоянно расширялись.
Однако появились змеелюды-азурги, они собрали огромное войско и разрушили Кирту. Судя по всему, эти твари искали ключи, которые отворяют порталы. Вот только азурги ничего не нашли и здесь не задержались. Змеелюды стали погибать от неведомой болезни, которую на них напустили жрецы, и отступили. После чего люди попробовали вновь отстроить стены и дома. Но тут новая напасть. Пришли демоны и разрушили Кирту окончательно. Потом демонов выбили гиперборейцы, а этих разбили племена тланитов. И в итоге от Кирты ничего не осталось. Желающих жить в проклятом месте больше не было, и люди оставили город окончательно.
Прошли века и тысячелетия. Руины Кирты заросли лесами и только редкие искатели сокровищ навещали их. До тех пор, пока территория города не вошла в состав владений Стейкорфа, который спустя триста лет сообразил, что где-то должны находиться ключи от портала. И как только в Кирте начались раскопки, этим заинтересовался Вадим Рысь. Он поднял все свои архивы и обнаружил местоположение бесценных ключей. Оказывается, они до сих пор лежат в подвалах храмового комплекса, и, если это так, драгоценные артефакты, наследие древних, должны принадлежать людям.
Тем временем связист установил контакт с Дорошенко. Мне интересно послушать, о чем учитель будет с ним говорить. Поэтому я присел под деревом и прислушался.
— Здравствуй, Вадим, — сказал главнокомандующий.
— Здравствуй. Как у вас дела?
— Ведерскую переправу практически заняли. Работаем по плану. Сначала накрываем вражеские позиции из гаубиц и минометами. Потом идет пехота. Продвигаемся с трудом, слишком ожесточенное сопротивление. Но дикари нам не противники. Они не выдерживают огненного шквала, и мы их перемалываем. Взяли хорошие трофеи, много огнестрельного оружия. В основном старье, но боеприпасы хорошие, не просроченные, и нам пригодятся.