Кромешник. Книга 2
Шрифт:
– …Видал, что пишут?
Муртез равнодушно кивнул головой.– Это трепотня, что они могут…
– Ты, Эли, видать, крепко устал… "Старинный завет" исполнился! И судьба общака для них тоже свята, засуетились… Они даже не сомневаются, что такие фортели им по зубам. Бонса они убили, как куренка, следующий кто? Уж не мы ли с тобой? Эли?
– Нет, не мы. Мастертон.
– Черно шутишь. Да что с тобою сегодня? На тебе лица
– Гораздо хуже. У этого дурака, секретаря президентского, ноутбук-компьютер, в который он заносит всякое важное для Большого Дурака. В том числе и данные по Ларею. На нашу удачу, а по большому счету – на беду, интересуется этот Адам Липски Интернетом. Ну, мы дождались удобной минуты, когда компьютер включен, а Липски на докладе, и через его браузер, но без его ведома, качнули того-сего из "суперсверхсекретной" президентской цитадели.
– Да ты же все это докладывал…
– Почти все… Извини, Дэнни… По Ларею я как раз и не докладывал, проверял оперативно еще и еще, уж очень…
– Слушаю, слушаю…
– Не сердись, Дэнни, не гневайся, и без того муторно. Лучшие медицинские и розыскные светила прощупывали этого Ларея, проглядывали, пронюхивали все, что могли вообразить. Ну и залезли под зубные коронки. Зубки у него свои стерлись да выпали от жизни неправедной… В числе всего прочего – взяли дентиновую ткань на анализ, что, кстати, я и подсказал осторожненько. Говорят, что лучший способ определить возраст – проверить эту ткань. Мол, по степени омертвления капилляров, нервных окончаний, обнаженности десен и прочей муры можно определить возраст с точностью до пяти лет.
– Хо-хо! Интересно. Сколько же ему натикало, волку старому?
– По зубам – лет двадцать – двадцать пять.
– Как?..
Муртез подвигал носом, языком и губами и повторил:– Лет двадцать тире двадцать пять.
– Отпечатки пальцев?..
– Те же. Это он, не двойник под него. Шрамы, татуировки, отпечатки пальцев, зубные оттиски, группа крови, образцы волосяного покрова (и они в архиве оказались!) – все совпало, Дэнни. Мы его видели двадцать лет назад, именно его, которому по зубам сейчас – двадцать пять лет.
– Двадцать еще скажи.
– Или двадцать.
– Этот способ исключает ошибки?
– Нет, хотя они и маловероятны. Наша подопечная владелица семейного мужского гарема собрала для меня образцы его тканей: от ногтей и кожи до выхарканной крови и соплей. Я отдал биологам. Не простым, и не в одни руки. На уровне хромосом и ниже выявлены некие аномалии в темпе и характере обмена веществ, по типу мутаций. Причина – осторожно-предположительная – воздействие радиации. А он, сорок с небольшим назад, попал в эпицентр, ну, помнишь обстоятельства…
– Эли, возможно, я меньше твоего
– Я и не спорю, но факт перед нами: свидетель взрыва, дентиновый младенец, мутант.
– Это лишь интерпретация факта. Выглядит он гораздо старше.
– Выглядит, уже лет сорок подряд. Он не омолаживал себя пластической операцией, он себя старил.
– На зоне, сорок лет назад? Или в косметическом кабинете предвоенной эпохи?
– Ну тогда, черт меня забери, я ни хера не понимаю.
– Не плачь, Эли, я такой же. Так он что, вечно молод, так получается?
– Ну нет. Сердце у него изношено до физического предела, держится на лекарствах… Любое волнение – он брык и лапы набок. А ему опять кислородную подушку под нос, уколы, массаж – выходили…
– Ну так, значит, и мутация у него фиговая. Смотри, утаивай, проверяй и не забывай докладывать.
– Докладываю свежачок. Мы, раз проникнув в информационный курятник, взяли его отныне в плотный прицел, в интересах, так сказать, разведки и контрразведки, извини за кощунство.
– Извиняю.
– И вчера мы оказались бессильными свидетелями набега чужой орды на "наш" курятник. Да, некий хакер целенаправленно тяпнул около мегабайта текстовой информации грифа "Абсолютно секретно".
– Что за хакер, и почему бессильными?
– Профессионал высокого полета, не проследить кто. А бессильными – мы не можем проявить осведомленность и перекрыть канал утечки.
– Что за бред. Неужто Старый Дурак и его помощник настолько сильны в этой науке и не поверят нашим словам о неких способах?
– Поверят, но проверят – с помощью армейских структур. Там знающие звери, расколют наши хитрости, поймут, что мы к ним в загашник лазили.
– Ну тем более тогда пора дубль сделать. Но сначала – убрать Ларея. Немедленно.
– Почему?
– Потому что нами, с Сабборгом в тандеме, был засечен внезапный интерес уголовного элемента к искомой точке. Вооружены они новейшими и мощнейшими агрегатами слежки и прослушки. Опыта у них меньше, а знаний ничуть. Это их работа, с секретарем. Это я Бонсу на него материал давал, сразу же после узурпации. Это оттуда они узнали, как, у кого, и когда брать. Они вскрыли пароли Бонса, а уж с этой задачей по браузеру – пингвин справится после недельного обучения. Убрать срочно, Эли. Пусть сестра кольнет ему для сердца. Очень уж глубоко трясти не станут, сердцем он слаб, все знают. В крайнем случае поверхностный анализ ничего не возьмет. Срочно, Эли, не заставляй меня повторять.