Кроличья нора
Шрифт:
Все пятеро повернулись к ней, напуганные и сбитые с толку, и стали исчезать, подобно снежинкам, которые тают, не долетев до земли, наполняя воздух влагой и холодом.
Адриан устало потер лоб.
– Они были так… реальны. Наш язык не предназначен для здешних мест.
– Один из них похож на Джессику, - начала Френсис.
– А другой… Адриан осекся.
– Что?!
Адриан загляделся в темный экран монитора, в котором отражался, как в зеркале. Он знал, на кого похож главный. На него.
Знакомая
– Эй!
– крикнул Адриан, но пока успел добежать до столовой, коридор опустел. В зале не было никого, кроме Френсис, убиравшей с обеденного стола. Когда он спросил, не проходил ли кто здесь, она недоуменно пожала плечами.
Но когда Адриан вернулся в коридор, кончавшийся командным отсеком, впереди замаячила та же фигура. Он побежал, однако неизвестный не позволял приблизиться к себе. К тому времени, когда он добрался до командного отсека, там было пусто. Адриан снова вышел в коридор, пытаясь сообразить, что все это означает, а когда обернулся, снова увидел удалявшегося человека. Но на этот раз Адриан пошел в противоположном направлении, и у самой столовой они столкнулись лицом к лицу.
– Адриан!
– воскликнули оба хором.
– Глазам не верю!
– Лучше говорить по очереди, - предложил Адриан.
– Согласен, - кивнул Адриан.
– Сначала нужно решить, кто настоящий Адриан, а кто - двойник, - сказал Адриан.
– Я настоящий, - вырвалось у обоих.
– Послушай, - уговаривал Адриан, - это нам ничего не даст. Вот что я скажу: если ты поверишь в меня, я поверю в тебя.
– Звучит разумно, - решил Адриан.
– Давай зайдем в столовую и поговорим.
– Поразмыслим вместе, - вторил Адриан.
– Одна голова хорошо, а две - лучше, - добавил Адриан. Френсис в столовой не оказалось. Вряд ли она за это время успела все убрать и уйти. Означает ли это, что он попал в реальность своего двойника или всему виной очередная причуда червоточины?
– Очевидно, - начал Адриан, усаживаясь на табурет у стола, - неустойчивость времени связала нас по рукам и ногам.
– Очевидно, - повторил Адриан, прислонившись к микроволновой печке, поскольку не желал выглядеть зеркальным отражением.
– Неочевидно только одно: как реагировать на тот факт, что мы помним лишь случившееся позже.
– Вот и вопрос: как подготовиться к тому, что нужно знать раньше. Адриан кивнул.
– Я уже думал об этом. По крайней мере, полагаю, что думал об этом. Труднее всего запомнить, что нам необходимо собирать информацию, чтобы применить ее раньше, чем собрали.
– Мы должны каждый раз приходить к этому заключению независимо друг от друга. Учиться думать по отдельности. И привыкать относиться по-разному к Джессике и Френсис.
– О чем ты?
– удивился Адриан.
– Мне совершенно ясно,
– А я - им, - парировал Адриан.
– Ты, вернее, мы оба хотим, чтобы эти отношения стали более близкими.
– Верно, - вздохнул Адриан.
– Нам придется делить свои чувства между двумя женщинами. И привыкать к тому, что делят тебя.
Адриан на секунду прикрыл глаза.
– Понимаю.
– Точно таким же образом, - продолжал Адриан, - следует подумать о чисто физическом факторе в непривычной ситуации. Логика тут не сработает.
– Придется забыть о логике, - решил Адриан.
– Собственно говоря, я уже это попробовал. И столкнулся с тобой лишь потому, что пошел в противоположном направлении.
– Это я с тобой столкнулся, - возразил Адриан, но тут же махнул рукой.
– Неважно. Попытаемся думать о невозможных вещах.
– Как говорит Френсис: не могу поверить в невозможные вещи.
– Смею сказать, у тебя не слишком много практики, - заметил Адриан.
– В твоем возрасте я всегда проделывал это с полчаса в день. Представляешь, иногда еще до завтрака я верил сразу в шесть невозможных вещей.
Адриан оттолкнулся от микроволновки и встал перед Адрианом.
– Я рад, что мы встретились, хотя потрясение было немалым.
Он не предложил Адриану обменяться рукопожатием. Это было бы слишком.
– Но, надеюсь, больше этого не случится.
Он вышел в коридор и на этот раз не оглянулся.
Все сознавали, что пришло время действовать. Джессика взглянула на Адриана, Адриан - на Френсис, Френсис - на Джессику. Они чересчур долго пробыли в червоточине. Никто не знал, сколько именно: дни, недели или годы. Но они понимали: если продолжать бездействовать, корабль застрянет здесь навеки.
Джессика рассеянно изучала кутерьму данных на экране.
– Прежде всего не мешает узнать, что происходит снаружи, - объявила она.
– Ни один из приборов не работает, - развел руками Адриан.
– А если они и работают, все равно ничего не регистрируют.
– Можно включить мониторы, - предложила Френсис.
– Мы уже пытались. Кроме бьющего в глаза света, ничего, - запротестовала Джессика.
– Это космический микроволновой фон вливается в видимый свет, - пояснил Адриан.
– Думаю, экраны так же ненадежны, как и показания, - добавила Джессика.
– Попытаемся отсечь свет, и экраны снова потемнеют. Кто-то должен выйти из корабля и определить обстановку.
– Верно, - поддержал Адриан.
– И я единственный, кто способен понять, что происходит. Пойду, приготовлюсь.
– Тебе нельзя. Ты капитан, - отрезала Френсис. Лицо ее приняло упрямое, не допускающее никаких споров выражение.
– Френсис права, - поддержала Джессика.
– У меня наибольший опыт работы в открытом космосе, я самая молодая, самая тренированная, самая спокойная…