Кристина
Шрифт:
– Хорошо мам. Спасибо большое. Я не знал, что ты работаешь в Москве… – Уже сегодня вечером мне придётся самому находить дома продукты, самостоятельно их покупать. Что-то готовить, находить дома нужные вещи. Слишком много нового для человека, которые не может и старого вспомнить.
– Не волнуйся Артём, я там не собираюсь жить. Я работаю неделю там, а неделю отдыхаю дома. Я пойду собирать пока что вещи, а ты завтракай. Я тебе приготовила еды на неделю и завтрак. Приятного аппетита сынок.
Кивнув, я сел за стол. Мама поставила тарелку с тремя блинчиками на стол, они были с
Я вернулся в комнату, а следом за мной через порог прокрались тревожные мысли: почему Кристина не выходит на связь? Почему она меня не навестила, пока я был в больнице? Может быть, мы с ней расстались и расставили все точки? Вероятно. А ещё вероятно, что что-то случилось, но тогда я должен понять, что именно.
Около четырёх часов дня мама уехала, поцеловав меня в щёку на прощание. Я остался дома один. Сорок с чем-то квадратных метров неизвестности. Господи, я даже не знаю, каким полотенцем вытирать руки, а каким лицо, что уж говорить о приготовлении еды? Придётся с этим справляться, на случай, если недельного запаса не хватит. Я прогулялся по квартире несколько раз, стараясь внимательно осмотреть каждый уголок, чтобы этот дом не был настолько чужим. После чего пошёл за сигаретами.
Во дворе уже сидят мамы на лавочке и следят, как их пока ещё совсем маленькие дети строят песочные замки, которые потом сами же и разрушат. Мимо меня проходит пара, я всматриваюсь в их лица надеясь, что они узнают меня, – тщетно. По пути до магазина я встречаю ещё с десяток человек, но ни один из них даже не протянул мне руку. Интересно, много ли у меня знакомых среди местных?
Захожу в магазин, здесь пахнет сырой рыбой. Кажется, один из холодильников не справляется с работой. Как только подходит моя очередь покупать, я прошу первые попавшееся мне на глаза сигареты из низкой ценовой категории, это синий «WEST». Продавщица, женщина лет пятидесяти с боевыми чертами лица кладёт пачку на прилавок:
– С тебя 40 рублей. Давно не видно было тебя, Артём. Где пропадал? – Она первый человек, который меня сегодня узнал, но почему-то этому я не рад.
– Да так, в гости к другу в Петербург ездил. – Сказал я наугад.
– Красивый город. Ну и как тебе там? Далеко у тебя живут друзья, а как с Кристиной у тебя? Вы вроде хотели пожениться.
– Да всё хорошо. Извините, у меня нет времени, меня там ждут. До-свидания.
Я вышел из магазина, а земля попыталась выйти из-под меня. Мы с Кристиной собирались пожениться? Выходит, у меня с ней всё было серьёзнее, чем я предполагал. Именно, что «было», за последнее время могло измениться слишком многое. Пока я был без сознания – она меня не навещала, это почти точно, а это оставляет всё-таки больше вопросов, чем ответов. Это меня и пугает, потому что еле живой голос внутри моей головы говорит мне, что знает ответы на эти вопросы, но предупреждает, что они мне не понравятся.
Вернувшись домой, я пошёл на балкон. Раскрыл окна: открылся вид на двор. Теперь к детям, играющим в песочнице
– Алло.
– Аня, привет. Это Артём из больницы. Я стрелял у тебя покурить не так давно. В общем, я тот парень с амнезией. Ты узнала меня?
– О привет! Конечно, узнала! Всё-таки ты позвонил! А я уже думала и не дождусь. Просто так поболтать звонишь? Или по какому делу?
– А тебя из больницы выписали?
– Да, и гипс сняли. Но костыли не отменяются! – Она смеётся, кажется, по ту сторону трубки она улыбается, – а ты погулять меня позвать собрался?
– Вроде того. Не хочешь ко мне в гости заехать? А то мне очень скучно тут пить в одиночку.
– Конечно! Только адрес скажи.
Уже через минуту я стучу в дверь соседу, мне открывает дедушка и я с порога удивляю его вопросом: а какой здесь адрес? Он спросив: Артём, тебе что, голову отбили? Называет адрес. Пришлось подтвердить его предположение, а потом продиктовать адрес Ане.
Она сказала, что вызовет такси, а я тем временем сбегал в магазин и купил три бутылки розового сладкого вина. Придя домой, я понял, что это не совсем вино. Оно плодовое, ежевичное. Тем лучше.
Ожидая звонка в домофон, я включил передачу про какое-то африканское племя по каналу «National Geographic» и думал, что очень хорошо, что у нас не живут кобры и целая прорва гадов, которые обитают в Африке.
6
Домофон загудел – скорее всего это Аня. Я выключаю передачу про племя, застрявшее в трёхсотом году до нашей эры и спрашиваю, прислонив к лицу белую трубку домофона:
– Аня, это ты?
– Да, – отвечает она.
Я быстро выхожу в подъезд и спускаюсь вниз, чтобы помочь ей подняться. Пока иду ей на встречу, слышу стук костылей по лестнице и медленные осторожные шаги. Вряд ли она слишком уверенно ходит. Дойдя, я беру её под руку и, перекинув на себя большую часть её веса помогаю подняться. Зайдя в коридор, Аня просит меня помочь ей разуться, а потом хромая с костылём на перевес проходит в комнату, на которую я указываю ей жестом и садится на диван:
– Какой неожиданный звонок и приглашение, а вино ты купил по случаю моего визита или ты просто хотел выпить и нужна была компания?
– И то, и другое, думаешь, оно хорошее? – Спрашиваю, рассматривая в руках бутылку вина.
– Думаю да. Ну, так, где бокалы? Разливай! Ты хозяин, а я твоя гостья.
Я достал из серванта в зале фужеры и разлил в них вино. Пока я откупоривал бутылку, Аня внимательно смотрела на меня. Взгляд был одновременно и оценивающим и любопытным. На ней чёрные облегающие джинсы, подчёркивающие удачную фигуры, чёрная рубашка сильно приталенная, розовый блеск на губах и синие тени. Всё словно подобрано для того, чтобы почеркнуть её каре.