Кристина
Шрифт:
Пройдя дальше я только вляпался в дерьмо. Левой ногой и мне пришлось её отмывать в речке, одной рукой держась на перила плавучего моста, а второй отковыривать дерьмо от подошвы и промывать в реке. Кончено, я это делал не голыми руками, а специально найденной для этой цели палкой.
Дальше только склады бычков и бутылок, презервативов и прочих памятников человеческого досуга. Я внёс свой маленький вклад в образование помойки – сел на рухнувшее дерево и закурил, отправив в конце окурок в кучку мусора, которого здесь быть не должно.
Я уже собирался идти домой, как в голову вернулись мысли о Кристине.
Для начала я позвонил Ане и спросил, как называется моя остановка и как туда можно добраться от той большой жёлтой часовни, на которой ещё остановилось время.
12
Летний воздух уже раскалился под жаром небесного светила. Влага в нём почти достигла своей точки кипения, и пот меня льётся рекой. Мысли, словно залпы ракет бомбардируют меня не давая взять тайм-аут, удержать тишину в голове хотя бы на немного. Половину из этих мыслей я не могу понять, вторую половину не хочу даже рассматривать, так как это уже избитые темы новой жизни: Кристина, кто я и как мне ко всему относится.
Немного грубоватый, но почему-то знакомый голос доносится из-за спины. Я оборачиваюсь, голос принадлежал смуглому парню, по ходу арабу:
– Эй, Артём! Тебя выписали уже? Почему никому ничего не сказал то?
– Ты меня знаешь?
– Ты что, не узнал меня? Это же я, Кемаль!
– Нет, не узнал. Я понятия не имею кто ты такой. – Первая предосторожность новой жизни – не доверяй тем, кто тебя знает.
– Хватит вот твоих шуток! Тебя что, ударили по голове, и ты ничего не помнишь?
– Вроде того.
– Эм… В каком смысле вроде того?
– В прямом. По голове меня ударили.
– Ты не шутишь?
– Нет. – Теперь он мне кажется ещё более знакомым, но тем не менее я так и не могу ничего вспомнить о нём. Ни одного беглого образа, ничего такого, как с было с Кристиной.
– Не хочешь прогуляться и поговорить?
– Нет, говори тут.
– Видимо тебя сильно ударили по голове…
– Давай без сарказма, о’кей?
– Да не злись ты! Давай нормально поговорим. Не понимаю, что ты так злишься на меня. Мы вроде друзьями были, а сейчас ты мне прям глотку перегрызть готов, злиться то так зачем?
– Ладно-ладно, о чём ты там поговорить хотел?
– Да о чём говорить старым друзьям? Обо всём подряд! Если ничего не помнишь и вправду, спрашивай, память освежим!
– Ну ладно, куда пропала Кристина? Моя девушка, ну или бывшая девушка. Не знаю, как правильно сказать.
– Дружище, это мутная история, мало что знаю, но слухи дошли, но я бы им особо доверять не стал, сам понимаешь, хоть вспомни детскую игру в телефон. – Он нахмурил брови и отвёл взгляд от меня. Может показаться, что он сосредоточился на помятой банке из-под пива, которая разделяет его и меня.
– Всё равно, рассказывай что знаешь. Мне бы найти её.
– Ну, искать я её тебе, конечно, не советую, там всё сложно. За ней всё пытался ухаживать какой-то парень, зовут его вроде Денис. Как ты попал в больницу, и стало известно, что в сознание ты долго не придёшь, странное совпадение, да? Так вот, как ты попал в больницу, и стало известно, что случилось, она ответила на его ухаживания. Вообще, она
– В ЗАГС? Какого хрена? Что такое случилось за время, пока я был в больнице, что она так просто ушла к нему?
– Понятия не имею. Ты уверен, что она ушла от тебя, пока ты был в больнице, а не до этого?
– Знаешь, я не уверен… – Об этом я не думал. А что, если она и вправду ушла от меня до того, как я попал на больничную койку, и всё было известно уже тогда? Что, если ещё до этого инцидента мы с ней уже обо всём поговорили и я с тяжёлым сердцем ушёл в темноту ночи, которая обещала показать мне дорогу до дома через бар? Может быть, именно так, когда я напился и возвращался домой, то со мной что-то случилось? Пьяная драка, ДТП или ещё что-то в этом духе? Возможно, этот парень в чём-то прав. Он предложил зайти к нему и поговорить нормально, а не здесь под палящим солнцем. Я согласился, по крайней мере, терять мне так и так особенно нечего.
Дорога не заняла много времени и спустя пару десятков оборотов секундной стрелки вокруг своей оси передо мной сначала предстали красные ворота из гофра, а потом и двухэтажный дом. Белая штукатурка, крыльцо обвито виноградом или чем-то похожим на него. Наверное, в ботанике я не силён. Мы зашли внутрь. Кемаль сказал, что сбегает на второй этаж за кальяном, а я обратил внимание на висящие на стене фотографии. Их много, есть фотоколлажи, а есть отдельные снимки в рамках начиная от «10х15» и заканчивая «30х40».
В основном это были фотографии его семьи, а потом я нашёл то, что хотел найти или наоборот боялся. Я, Кемаль и Кристина стоим на песчаном берегу. В центре Кристина, слева я, а Кемаль соответственно справа, все улыбаются. Старые друзья. Будем считать, что это фото одна маленькая причина доверять ему. Больше здесь я не нашёл ничего такого, что могло бы привлечь моё внимание.
Чуть дальше, в гостиной стоит камин, но с ним не всё так просто. В него нельзя бросить дров и поджечь, а потом греться холодным зимним вечером потягивая глинтвейн. Это экран, на котором слишком реалистично тлеют угли и вроде как горит некое подобие огня.
Я уселся на красный, с виду кожаный диван и, ожидая Кемаля, рассматривал ненастоящий уголёк. Интересно, думал я, а кожа на диване настоящая?
Быстрые шаги и бульканье воды – с лестницы спускается Кемаль с кальяном на две трубки и на ходу его раскуривает. На кальяне красным светом загораются настоящие угли, совсем не такие как в камине – об эти и обжечься можно.
Он сел в кресло напротив меня, тоже красное и кожаное, а кальян поставил между нами. Это большой напольный кальян снизу и доверху украшенный восточными узорами. В этом есть что-то настоящее, подумал я. Молча, раскуривая кальян, Кемаль протянул мне вторую трубку. Также, не произнося ни единого слова, я взял её и затянулся как сигаретой, но особо это ничего не дало. Потом вдохнул полную грудь и ощутил привкус мяты и ещё чего-то. Я так и не понял, чего именно, но, кажется это какие-то фрукты, сладкие. Когда я выдохнул вторую партию дыма, Кемаль нарушил молчание: