Кристалл Альвандера
Шрифт:
– Господин Альвандер, – от такого официального обращения с слегка поморщился. Полковник уловил мое настроение и чуть улыбнулся. – Ладно, официальничать будем в полете, – вздохнул он и сел. Но привыкайте, капитан. Я, собственно, вот о чем. Дерри, вы с сестрой не пилоты и у вас дел и на кораблей много будет. Во время боя тем более вы не сможете покинуть корабль. Спорить будешь?
Я покачал головой. О чем тут спорить?
– Вот именно. Значит в случае чего активно сможет действовать только четыре истребителя. Дерри, этого недостаточно. Четыре истребителя не способны эффективно действовать. Нужно минимум шесть. На листах можешь посмотреть мои расчеты. Я пытался
Взяв листы, я внимательно изучил каждый. Собственно, занятия даром для нас не прошли и я прекрасно разбирался в таких вещах… ну не прекрасно, но вполне достаточно, чтобы понимать о чем идет речь. После просмотра передал их Феола.
– Но это все только в случае активных боевых действий, – заметила Феола.
– Вы готовы гарантировать, что такое не понадобиться?
Феола сморщилась.
– Если уж такое планировать, может лучше вообще не вылезать за барьер?
– Координатор и профессор Танаки настаивают, чтобы я предусматривал все варианты. В том числе и самые для нас неблагоприятные.
– И Танаки? – удивился я. Мнению профессора я привык доверять. Но тут… – Сколько вам нужно пилотов для нормальной работы?
– Идеально восемь. Чтобы можно было работать группами по четыре истребителя.
– Восемь вместе с вами?
– Да.
– Восемь пилотов. Восемь техников. Шестнадцать человек. Еще четверо из службы безопасности. Веринор. И нас двое. Уже двадцать три человека.
– А сколько мест в корабле? – с интересом спросил Старх.
– Ну сейчас шестьдесят пять кают. Еще десять гостевых комнат. Однако мне не хочется заполнять их все. Вы же знаете о нашей задаче. Нам нужно место, чтобы размещать людей.
– Если мы найдем их, – с несвойственным ей пессимизмом заметила Феола.
– В первую очередь наша задача вернуться с информацией, – ответил ей Стив.
– Ангаров можно сделать шесть, – прикинул я. – Их размеры позволят разместить в них десять истребителей. Но нам нужна техника и кроме истребителей. – Я на мгновение задумался. – Ладно, пять ангаров ваши. Четыре действующих и один с запасной с законсервированной техникой. В шестом разместим грузовые и пассажирские челноки. Плюс легкий исследовательский катер с оборудованием. Его нам сватает один исследовательский институт. Корабль забит всей аппаратурой какой только возможно. И без специалиста там никак не разобраться. Если согласиться взять его, придется и обслуживающий персонал брать. Сами мы там и за двести лет не разберемся. А это еще четверо ученых.
– Институты передерутся за возможность отправить кого-нибудь с тобой. Будут предлагать очень большие деньги, – хмыкнул Старх.
Я улыбнулся в ответ.
– Я эту проблему на Совет повешу. Пускай они сами отбирают. Надо только определить сколько мест будет. Поэтому для начала наберу команду. Вас пока только трое.
– Если восемь мест будет, то команда уже готова. Я уже говорил с ребятами. Согласны все, но я никак не мог выбрать кого брать. А так вся эскадрилья и полетит.
– Стив не обрадуется, – весело заметил Сотник.
Старх небрежно махнул рукой.
– Он все прекрасно понимает и знает. К тому же наша группа не единственная в Солнечной. Ладно, раз все обсудили, мне пора. Кстати, Дерри, капитаном ты станешь только на корабле. А пока ты стажер-пилот в эскадрилье. Поэтому через три часа жду вас обоих на занятиях.
Почему-то я был уверен, что так все и закончится. Удивительно, что еще Эннер не сказал что-нибудь подобное. Впрочем, говорить много
– Только вот действия отстают от размышлений. Нам уже идти пора, а ты все сидишь.
Уже поздно вечером, когда я наконец добрался до постели, ко мне в комнату поднялся отец и протянул инфокристалл.
– Вот, только что из института доставили. От Дианы.
– А-а-а, модель по семнадцатому слою. Завтра утром займусь. Сейчас не в состоянии. Спасибо, папа.
Тот кивнул и закрыл дверь. Я же сразу рухнул на кровать и заснул.
Утром я самым внимательным образом изучил присланный материал по новому слою. Все оказалось достаточно просто… на первый взгляд. Стала ясна и причина нашего состояния там. Что ж, как все исправить тоже ясно.
Быстро перекусив, я отправился к себе в лабораторию, приготовил все материалы и углубился в расчеты. Однако первый же результат принес неожиданный сюрприз. Я озадаченно почесал за ухом и повторил расчеты. Хмыкнул. Задачка мне понравилась. Ладно, посмотрим, как все это будет выглядеть при полной схеме.
За время работы с этими моделями слоев я уже научился моментально вычленять главное и даже мысленно строить будущие связи. Вот и сейчас много времени построение схемы не заняло. Но вот смущало меня пара вещей. Ладно, начнем, а там видно будет.
Работа не заладилась сразу. Уже в самом начале пришлось строить такие связи, которые раньше возникали только на конечном этапе. Оказалось нужным одновременно заниматься сразу несколькими связями, которые должны на конечном этапе сойтись в одну точку. И чтобы провернуть подобное пришлось попотеть весьма основательно. И самое скверное то, что и остановиться уже невозможно, иначе проделанная работа пойдет насмарку. А дальше хуже. Сложность возрастала. Приходилось держать в голове все больше и больше зарождающихся связей и управлять их ростом. Я полностью отключился от реальности, отключил зрение, слух, все восприятия, только чтобы сосредоточить все ресурсы организма на управление ростом кристалла. Кажется это даже уже не третий уровень сложности, который до этого считался наивысшим. Параллельные линии, сотни узлов. И малейшая неточность приведет к полному краху зарождающейся гармонии. Я буквально сознание ощущал, как по моим каналам потечет псиэнергия, как она сосредоточиться в узлах, как начнется лавинообразный процесс ее усиления. Как она вырвется в окружающее пространство, уже направляемая рисунком кристалла и начнет в нашем мире повторять внутренние узоры… Главное не ошибиться! Главное не ошибиться! Главное… Для меня перестал существовать весь мир. Только кристалл, только его узоры. Ничего… ничего… сознание медленно угасало. Нет, надо сосредоточиться. Необходимы еще две линии… еще две… две…
Тут кто-то с силой шарахнул меня чем-то по спине. Меня подбросило в воздух и со всей силы приложило об пол. Моментально вернулось и слух, и зрение, и… боль в спине. Я попытался сесть, но не смог даже пошевелиться. В глазах медленно прояснилось и я увидел склоненное надо мной лицо сестры. До конца жизни, наверное, я не забуду то выражение непередаваемого ужаса, застывшее в ее глазах. Нет, я ничего не ощущал от нее. Спокойное лицо. Но глаза… Я попытался что-то сказать, но обнаружил, что не могу.