Криптозой

Головачев Василий Васильевич

Он направился к центру зала, где все еще стояли кресла и висел в воздухе прозрачный лист с напитками. Диаблинга догнал его, что-то сказал. Они заспорили, судя по жестикуляции и мимике, но ни одного слова свидетели их разговора не услышали. Использовалась, очевидно, мыслепередача. Затем Диаблинга оглянулся на гостей и исчез.

Утолин тоже оглянулся, махнул рукой:

– Не отставайте.

Кирилл и Лилия приблизились к нему, и тотчас же вокруг них сгустилась непрозрачная серая дымка, знакомая мягкая сила подхватила всех троих

и вынесла в зал управления «замком» прямо к «букету» задатчика.

Утолин подошел к нему, выдернул из пучка светящихся усов один с шариком на конце, воткнул в рот – впечатление было такое, будто он его проглотил. Тотчас же перед ним сформировался лист зеркальной субстанции шириной в полтора и длиной в два метра. «Зеркало» приобрело синеватый оттенок, отражение Утолина в нем растаяло, и на гладком синем листе проступил сложный рисунок, напоминающий узор из разной формы снежинок. Утолин вынул изо рта шарик на конце усика, воткнул его в висок, постоял так несколько секунд и с треском вонзил шарик в «зеркало».

Рисунок снежинок стал изменяться, многие из них расплылись в туманные облачка, одна из оставшихся увеличилась в размерах, стала приближаться, пока все поле необычного экрана не заняла сияющая ворсинка, которая распалась сначала на волокна, затем на гроздья искр и светящиеся вихрики и спирали. Это были галактики и их скопления.

Но вот и галактики распались на звезды. Приблизилась яркая желтая звезда, вокруг которой обозначились пятнышки планет.

– Солнечная система? – робко прошептала Лилия.

Утолин оглянулся.

– Да, это ваша планетная система. Я включил поисковую программу иезода, у Диаблинги есть отдельный канал для таких развлечений. Если Лаврик на Земле, программа его обнаружит. А теперь поговорим о главном. – Капитан отошел от задатчика с «зеркалом» и сел на выскочившее из пола кресло. – Присаживайтесь, в ногах правды нет. У нас есть пара минут.

Напротив Утолина выросли еще два кожаных с виду кресла.

– Почему все-таки ты нам помогаешь? – спросил Кирилл, не торопясь садиться. – Ведь ты уже дома.

– К сожалению, я тоже попал в список программы ограничения, – спокойно ответил капитан. – Кому-то сильно не понравилась моя самостоятельность, а более всего инициатива по спасению Фигуры Влияния в вашей реальности. Моя физическая оболочка уничтожена. Теперь я зависим от всех волевых файлов так же, как и вы. Придется идти с вами дальше.

– Куда дальше?

– Вот об этом я и хотел поговорить. О существовании Гиперсети вы уже знаете, но о том, кто ее создал и для каких целей, едва ли догадываетесь. Даже я не знаю точно, а только предполагаю, хотя и обладаю приличным запасом криптоданных.

– Разве Гиперсеть создал не Творец Вселенной? – вяло поинтересовалась Лилия, взглядом предлагая Кириллу сесть.

– Творец, – согласился Утолин. – Но, скажем так, не первый! Изначально Первый создал Великое

Сосредоточение… – Капитан пошевелил пальцами, подыскивая слова. – Назовем это Первозамыслом или Задатчиком Базовой Программы Реализации Первозамысла. Это еще не Вселенная, а Центр Управления ее Реализацией. Понимаете?

– Компьютер, что ли? – хмыкнул Кирилл.

– Называть можно как угодно, суть одна: Создатель запустил свой «компьютер», и тот из немыслимого и необъяснимого состояния сотворил Нулевую, или Фундаментальную Реальность.

– Допустим. Что из этого следует?

– В Базовой Реальности возник первый разум, и не один, а уж потом они создали то, что мы назвали Гиперсетью. Но не это главное. Я получил доказательства, что этот самый гипотетический «Божеский компьютер», он же Базовый Задатчик, на самом деле существует.

Утолин вынул из воздуха стакан с изумрудной жидкостью и одним духом выпил. Швырнул стакан в угол, тот исчез.

Кирилл посмотрел на явно заскучавшую жену, перевел взгляд на капитана.

– Хорошо, допустим, это правда. Не вижу связи…

– Надо попытаться дойти до этого Задатчика. Обладая файлом ПН, мы имеем шанс добраться живыми. В слоях Гиперсети такого шанса у нас не будет.

Кирилл задумался. Захотелось пить. И тотчас же перед глазами возник стакан, на вид – с прозрачной водой. Кирилл машинально взял его и только тогда понял, что не заказывал питье, а просто подумал об этом.

Утолин с любопытством ощупал лицо Тихомирова цепкими светящимися глазами, но ничего не сказал.

– Ну как идея?

– Ты уверен, что иным способом мы не сможем доказать свое право на жизнь? Даже если мы доберемся до твоего пресловутого Задатчика, что мы там будем делать?

– Попросим аудиенции у Изначально Первого и объясним нашу проблему.

– Ты серьезно?

– Более чем. Только пробив пороговую оболочку Гиперсети и выйдя за ее пределы, мы нейтрализуем программу Пса. Эта ликвидационная программа работает только в пределах виртуальных пространств Гиперсети.

– Ты думаешь, Создатель отзовется?

– Если мы достигнем цели – отзовется, хотя бы из любопытства: кто это нарушил его покой?

Кирилл исподлобья посмотрел на Утолина, в глазах которого прыгали насмешливые огоньки. Интуиция снова бередила душу, шепча, что капитан Утолин-Ювинга умело прячет свои намерения и не говорит всей правды.

– Я не уверен, что это правильно.

«Зеркало» с развернувшейся в нем поверхностью Земли с тихим звоном потемнело, взорвалось фейерверком искр и погасло, став практически настоящим зеркалом.

Утолин встал, подошел к нему, вынул из блестящего слоя усик с шариком на конце, вытащил из пучка усов еще два и снова воткнул в «зеркало». Вернулся в кресло.

– На Земле Лаврика нет. Поищем в других слоях. Но вернемся к твоей неуверенности. У тебя есть другие варианты?

Кирилл помолчал, взвешивая решение.