Криппен

Бойн Джон

— Правда? — переспросила Луиза, взглянув на Хоули, который предпочел ни подтверждать, ни отрицать это заявление. — Наверно, мы все так заняты.

Кора забрала у них пальто, и они прошли в гостиную, где были расставлены кое-какие закуски и напитки. Все уселись за бридж, но карты просто служили предлогом дня разговора, который не клеился с самого начала.

— А где тот симпатичный мальчик, который с вами жил? — спросила Луиза. — Как же его звали? Ваш жилец?

— Алек Хит, — тихо ответил Хоули, не отрывая взгляд от карт.

— Да,

он самый. Что с ним случилось? Съехал?

— Он уехал в Мексику, — объяснила Кора. — Эндрю Нэш дал ему там работу.

— Не может быть! — удивленно воскликнула Луиза. — Даже не знала, что они знакомы.

— На самом деле они знакомы не были, — сказала Кора. — Виделись здесь один-единственный раз и разговорились о тамошнем заводе Эндрю, а через пару дней Алек пошел к нему и предложил свои услуги. Очевидно, они между собой поладили, поскольку, не успела я оглянуться, он упаковал чемоданы и уехал. С тех пор мы его не видели и не слышали, правда, Хоули?

— Да, — подтвердил муж. Естественно, он обрадовался, когда Алек покинул Хиллдроп-креснт: хотя жилец соблазнил его жену, Хоули был бессилен противостоять ему и никогда не затрагивал этот вопрос с Корой. Несмотря на то что между Хоули и Корой больше не было никакой близости, он не мог вынести мысль о том, что жена спит с другим. Его унижение еще больше усугублялось тем, что ему наставил рога простой мальчишка. Впрочем, сама Кора этого не стыдилась. Она даже не пыталась объясниться или попросить прощения. В действительности она вспоминала о днях, проведенных с Алеком Хитом, как о самых приятных минутах своей жизни.

— Он очень помогал нам по дому, — произнесла Кора, не желая закрывать тему и радуясь, что та, вероятно, чрезвычайно раздражала Хоули. — Он всегда готов был меня выручить, если я в чем-нибудь нуждалась.

— Еще бы.

— Он был моложе и, естественно, мог справиться с вещами, которые не под силу Хоули. Верно, дорогой? — Он бросил на нее презрительный взгляд, но Кора любила doubles entendres [39] и еще не собиралась заканчивать. — Он заботился о вещах, на которые мы годами не обращали внимания. Так сказать, выгребал залежи паутины. Должна признаться, я по нему скучаю.

39

Двусмысленности (фр.).

— Мое общество гораздо меньше воодушевляет жену, нежели общество ее молодых друзей, — тихо сказал Хоули.

Николас Смитсон неловко заерзал на стуле: началось. Он наблюдал это уже несколько раз. Как только Хоули вмешивался в разговор, жена получала carte blanche [40] для нападок.

— Прости, но мне трудно возбудиться от удаления коренного зуба, — сказала она, не глядя на мужа и напряженно улыбаясь

Смитсонам. — Понимаете, я вынуждена все это выслушивать, когда он вечером возвращается домой. Подробные отчеты о состоянии зубов половины жителей Лондона. Он такой романтик. Стоит ли удивляться, что у нас никогда не было детей?

40

Полную свободу действий (фр.).

— Пару лет назад у меня тоже были проблемы с зубами, — сказал Николас, пытаясь увести разговор в сторону, чтобы хозяева перестали друг друга оскорблять. — Проще всего оказалось вырвать все и вставить искусственную челюсть. С тех пор я о них и думать забыл, правда, Луиза? Конечно, тогда пришлось помучиться, но с тех пор — ни единого приступа острой боли.

— Николас, — спокойно сказала Луиза, положив ладонь ему на руку. — Право же, не думаю, что Криппенам это интересно.

— Правда? — спросил он, удивленно переводя взгляд с одного собеседника на другого, словно только сейчас вспомнил о правилах этикета. — Извините, — добавил он, заметив раздраженный взгляд жены. — Наш брат, — сказал он Хоули, заговорщически на него посмотрев, — всегда говорит невпопад, верно?

— Хоули уж точно, — сказала Кора. — Он никчемный. Хуже. — Она сказала это с застывшей на лице улыбкой, словно отпустила потрясающую шутку, только вот никто не засмеялся.

Николас кашлянул, чтобы прервать молчание.

— Я думала, Алек увяжется за той коротышкой, что была здесь в прошлый раз, — сказала Луиза. — Кажется, она ему приглянулась.

— Какая коротышка?

— Девушка, что работает с Хоули. Серая мышка. С уродливым шрамом над верхней губой. Как ее звали?

— Этель — порядочная, достойная девушка, — глухим голосом сказал Хоули. — Очень сомневаюсь, что ее заинтересовал бы такой парень, как Алек Хит.

— Мой муж взял это несчастное создание под свое крыло, — с досадой произнесла Кора. — Наверное, думает, что выглядит добрым и великодушным, общаясь с подобным ничтожеством. Знаете, он даже предложил принять ее в нашу Гильдию поклонниц мюзик-холла.

— О нет, не думаю, — быстро сказала Луиза, не желая давать рекомендацию еще одной простолюдинке. Ей и так уже приходилось извиняться за Кору.

— Но почему же нет? — обиженно спросил Хоули. — Разве она не украсила бы собой любое общество?

— Просто мне кажется, она не из тех женщин, что нам нужны, — ответила Луиза, не желая поддаваться запугиваниям. — А мы, вероятно, не подходим ей.

— Она не нашего круга, Хоули, — сказала Кора.

Луиза облизнула губы и почувствовала, что выдалась редкая возможность:

— Конечно, если ты так настаиваешь, Кора, возможно, вы с ней могли бы организовать собственный филиал. Если хочешь — новое общество.

— Но я вовсе не настаиваю. И полностью с тобой согласна. Как я уже сказала, она не нашего круга.