Крестопор

Гартон Рэй

– Преподобный. Позвольте мне вызвать врача. Пожалуйста.

Он несколько раз чмокнул губами.

– Нет, нет причин вызывать врача.
– Затем, после минутного раздумья, - не так ли?

Ему вдруг пришло в голову, что, возможно, ничего этого не было. Возможно, то ужасное, чему он стал свидетелем в темном и сыром подвале Мейса, являлось галлюцинацией, страшным кошмаром наяву.

Но он знал, что такого не может быть. То, что он видел, было реальностью, и те дети, как и другие, находились в серьезной и страшной опасности. Он понимал,

что обращаться в полицию неразумно: если Мейс сказал правду и те трое мужчин являлись полицейскими, не исключался вариант, что с ним не связаны и другие полицейские, а может, и весь штат?

К кому тогда он мог обратиться? Уж точно не к своим детям, которые только что поспешили выйти из дома, словно гости, спасающиеся от неловкой семейной ссоры. И, глядя в растерянные и жалкие глаза миссис Уонамейкер, Бейнбридж понял, что бедная женщина опасается, что у него случился нервный срыв.

Единственным источником помощи и наставления для Бейнбриджа являлся Господь, и это заставило его громко рассмеяться. После того, что Он позволил случиться с Никки, у преподобного не оставалось причин думать, что Господь прислушается к нему.

– Могу я позвать кого-нибудь, преподобный?
– прошептала миссис Уонамейкер.
– Я думаю, вам нужна помощь.

Преподобный поднялся и, стоя на шатких ногах, попытался взять себя в руки.

– Нет, миссис Уонамейкер. Спасибо, но нет. Я... я сожалею, что встревожил группу. Ужасно сожалею.
– Он почувствовал, что снова срывается, готовый испустить очередной всхлип, но тут же сдержался и провел рукой по грязному лицу.
– Я, пожалуй, приму горячую ванну, а вы, может, пойдете домой на ночь?

– Боже, нет. Мне еще нужно навести порядок, и я беспокоюсь о вас. Может, вам не стоит оставаться одному, может, мне следует...

– Вы очень добры, миссис Уонамейкер, но это излишне. Но все равно спасибо.
– Он сел на диван и махнул ей рукой, чтобы та уходила. Бейнбридж так и остался сидеть, пока женщина собирала свои вещи, чтобы уйти.

Преподобный сидел, чмокая губами, глубоко задумавшись. Ему действительно не к кому было обратиться... кроме одного очень старого и давно забытого друга...

Он ощущал его вкус.

Когда миссис Уонамейкер ушла, преподобный отправился в свою комнату, просмотрел телефонную книгу и позвонил в магазин "Ликеры Даффи". Объявление в справочнике гласило: "У НАС ЕСТЬ ДОСТАВКА!"

Джей Ар прислонился к кухонной стойке лицом к Джеффу. Часть флуоресцентного потолочного светильника жужжала и мерцала, требуя ремонта. Джефф стоял у стены возле окна с волосами, мокрыми от принятого ранее душа. На нем был белый махровый халат Джей Ар. Его одежда, как и одежда Лили, лежала в стиральной машине под лестницей.

Джей Ар не смог ничего добиться от них, пока вез их в свою квартиру. Оба находились на грани истерики, особенно Лили. Она была так расстроена, что, вопреки здравому смыслу и, представляя в голове возможные судебные

процессы, Джей Ар дал ей немного бренди, чтобы успокоить и согреть ее, пока Джефф принимал душ.

Как только Лили оказалась в душе, Джефф начал рассказывать Джей Ар о том, что произошло. Говоря отрывисто, нервно озираясь по сторонам, Джефф поведал ему о событиях того дня: как он наблюдал за Мейсом, Никки и Бейнбриджем из окна "Опасных видений", как Мейс исчез в люке, и как вечером они пошли по следам Мейса. Где Джефф его и потерял.

– Подожди, подожди секундочку, - перебил Джей Ар.
– Кто такой этот Мейс?

– Я... не знаю.

– Откуда ты знаешь, кто он? Ты с ним уже встречался?

– Один раз. Вчера. В "Галерее".
– Джеффа пробрала дрожь, и он стянул халат перед горлом.

– Что?
– спросил Джей Ар.
– Ты мне что-то не договаривашь?

Джефф медленно покачал головой.

– Вы подумаете, что я сошел с ума.

Джей Ар рассмеялся.

– Ты звонишь мне, чтобы забрать тебя в шести кварталах отсюда, и я нахожу тебя перед станцией "Шеврон", покрытого дерьмом, потому что, из того немногого, что я понимаю, ты провел весь вечер в канализации. Так что не волнуйся, Джефф, если бы я хотел считать тебя сумасшедшим, я бы уже считал тебя им.

Джефф отвернулся и посмотрел в окно. Джей Ар понял, что его попытка пошутить провалилась. Он продолжил более серьезным тоном.

– Я могу сказать, что этот парень пугает тебя, Джефф. Почему?

– Он... знает обо мне кое-что. То, что ему не следует знать. Что он не может знать.

– Например?

– Моя сестра...

– Я знал, что у тебя есть сестра, еще до того, как познакомился с тобой. Это было записано в моем списке. Просто, потому что...

– Нет, нет. Он знал то... то, что я никогда никому не рассказывал. То, о чем я только... только думал. Вещи...

– Вещи, касающиеся твоей сестры.

Джефф полностью отвернулся от него и посмотрел в дождливую темноту. Он судорожно сглотнул.

– Как скоро высохнет одежда?
– спросил он.

– Послушай, Джефф... если это слишком личное, ты не должен...

– Дело не в том, что это личное, просто...
– Его голос загустел, и он остановился, чтобы громко сглотнуть.
– Со мной... что-то... не так.

Джей Ар понял, что был прав насчет чувств Джеффа к Мэллори, и он также понял, как сильно это тревожит мальчика.

– Мне кажется, я знаю, о чем ты говоришь, Джефф, - осторожно сказал он.
– Надо быть слепым, чтобы не видеть этого по твоему лицу, когда ты говоришь о сестре, не слышать этого в твоем голосе. Поверь мне, с тобой все в порядке. Это не редкость. Я тоже проводил много времени со своей сестрой. Мы были очень близки. Я поздно начал встречаться с другими девушками - только в колледже - поэтому мы с ней являлись лучшими друзьями. Многие братья и сестры влюбляются друг в друга. И в двоюродных тоже. Нет, с тобой все в порядке.