Крестный сын

Алесько С.

— Заботливый хозяин побеспокоился бы, чтоб супруги сидели рядом. Да я не в претензии, Джон. Уверен, Ив хорошо развлеклась, но я хочу вернуться в яму, и жена должна пойти со мной.

— Как скажешь, — пожал плечами разбойник. — Сейчас вас отведут, — он поискал глазами, кто из шайки еще не напился до пляшущих мухоморов.

— Джон, — спросил Филип, — ты послал человека к Правителю?

— Человек поедет завтра рано утром. Мы к месту обмена тронемся завтра же, около полудня. Эй, Сэм, посади-ка парочку в яму! — предводитель нехотя отвел взгляд

от Евангелины.

— Сбежать будет проще по дороге к Чертову Клыку, — сказал гигант.

— Как долго туда добираться из лагеря? — спросил Филип.

— Верхом около полутора дней.

— Джон собирается тебя убить. Мне пообещал, что вызовет на поединок, — проговорила Ив.

Мужчины переглянулись.

— Он запросто может не сдержать слова, — заметил чернокожий разбойник.

Молодой человек кивнул, соглашаясь. Сэм помог им спуститься и закрепил решетку.

— Не вешайте нос, я присмотрю за вами, — негромко проговорил он на прощание.

Когда Сэм ушел, Ив, то и дело поглядывая вверх, на решетку, в подробностях поведала мужу о своем разговоре с Джоном. Филип спокойно выслушал ее.

— Я ожидал чего-то подобного. Ты все правильно сделала. Не завела б его, и он бы не клюнул. Всегда был подозрительным, сам-то может предать без колебаний. И прости меня, пожалуйста, за всю эту грязь.

— Тебе не за что извиняться, — ответила девушка со смешком. — Оказалось даже интересно: я никогда не пользовалась своей властью над мужчинами столь откровенно.

Филип недоверчиво посмотрел на нее. Выглядит весьма довольной собой. «Воспитал старик дочурку… Счастье, что ее угораздило в меня влюбиться! А не то судьба отца стала б моей. Я б от такой женщины никогда не смог вырваться, и дело тут не только в соответствии размеров или внешности.»

— Фил, смотришь на меня как старая дева на купающихся солдат, — рассмеялась Ив, перестав понижать голос. — Что я опять сделала или сказала не так?

— Брось ты свои скабрезные шуточки, — усмехнулся он. — И потом, как, по-твоему, старая дева смотрит на голых мужиков?

— Со смесью жуткого возмущения и дикого желания, вот как!

— Никакого возмущения, только восхищение твоим характером. В конечном счете, старик оказался не таким уж плохим воспитателем, только методы у него жестковаты.

— Над тобой он тоже неплохо поработал, — фыркнула дочь Правителя.

— На меня он слегка навел недостающий глянец, и то больше не сам, а с помощью своего портного, — высокомерно заявил ее муж.

Ив расхохоталась, но тут же осеклась: сверху у решетки кто-то появился.

— Я смотрю, вдвоем, без компании, вам веселее, — прозвучал сверху недовольный голос Джона.

— Мы ж, как-никак, молодожены, — усмехнулся Филип. Ив тоже хотела что-то сказать, но он не позволил. — Успокойся, дорогая, ты утомила предводителя болтовней еще за столом. Что-то забыл, Джон?

— Принес ее высочеству плащ, чтобы ночью не замерзла. Ребята по ошибке забрали ее мужской костюм, так что примите мои извинения…

— Да

ладно, — проворчал Филип. — Просто признайся, что тебе хочется пялиться на ее ноги, когда повезешь нас к месту передачи выкупа. В этом платье, сидя на лошади по-мужски, она будет прекрасно смотреться.

— Дорогой, не ворчи, — капризно протянула Ив. — Я могу всю дорогу не снимать плащ, — она встала и протянула руки, Джон бросил ей сверток. — Спасибо, предводитель! Надеюсь, завтрашний день будет не жарким, это убережет моего мужа от мук ревности.

Она сладко улыбнулась разбойнику, Джон кивнул и поспешил убраться.

— В платье сражаться сможешь? — шепотом спросил Филип, когда девушка, завернувшись в плащ, уселась рядом с ним.

— В этом — да. Ты же знаешь, какие удобные там разрезы…

На следующий день незадолго до полудня за ними пришли и отвели к Джону.

— Сегодня я отправил человека с письмом Правителю, — сказал разбойник. — Мои люди заканчивают сборы, и мы выезжаем.

— Сколько времени добираться? — поинтересовался Филип, дабы не выдавать своей осведомленности.

— Я рассчитываю быть на месте послезавтра утром, на это время и назначен обмен, — ответил Джон, не в силах оторвать взгляда от Ив. — Сегодня вечером придется заночевать в лесу, и потом провести еще одну ночь под открытым небом. Вас это не смущает, моя леди?

— Ночевка в лесу в мужской компании! Всю жизнь мечтала! — зажеманилась Ив.

— Я рад, что смогу выполнить хоть какие-то ваши мечты, ваше высочество. И приношу извинения за необходимость связать вам руки и надеть повязку на глаза.

Филип не мог видеть, сколько человек отправляются с ними, но очень надеялся, что информация Сэма верна. Вскоре тронулись в путь и ехали, судя по ощущениям пленников, довольно долго. Солнце припекало, и Филип не сомневался, что Джон всю дорогу не сводил глаз с бедер и коленей Ив. Когда лошади остановились, пленникам помогли слезть, и Джон собственноручно снял с их глаз повязки. Они стояли на небольшой прогалине в дубовом лесу, солнце еще не село. Разбойники — Филип насчитал шестерых, ни один из них не был ему знаком — занимались устройством на ночь: разводили огонь, возились с лошадьми, готовили ужин. Джон развязал дочери Правителя руки и галантно повел девушку к костру, даже не взглянув на ее мужа.

— Эй, предводитель, у тебя двое пленников, — крикнул им вслед Филип.

— Выкуп мне заплатят за одного, вернее, за одну, — обернувшись, бросил Джон.

— Что это значит? — спросил крестник Правителя.

— Много чего. В том числе и то, что ты ее высочеству надоел, — ухмыльнулся разбойник.

— Тебе-то откуда знать?

— Она сама мне сказала!

— Ив, это правда? — Филип добавил в голос отчаяния, забавляясь про себя самодовольством Джона.

— Да, — девушка очаровательно надула губки и нахмурилась. — Мне надоело мучиться с тобой в постели. Не представляешь, какое удовольствие доставляли мне другие на Гейхарте!