Крестик
Шрифт:
В тот день, был уже поздний вечер. Габриэль была в гостях у подруги. Девочки поедали халву и перебирали какие-то цветные палочки. Аджмаль усталый и раздраженный вернувшись с работы, не сразу нашел в себе силы поесть. Он был рад Габри, но голова гудела, а мышцы ныли от тяжелой работы. Он не хотел сорваться на сестре, потому решил выйти во двор и прийти в себя. Парень устроился на крыльце и устало вздохнул, услышав стук в железные ворота.
— Входи! Открыто! — крикнул Аджма, он решил, что это пришел Алим.
Снова стук. Смотри какой важный! Уже сам
Видение. Аделаида. Он смотрел на нее сверху вниз, впервые явственно почувствовав свое превосходство в росте. Издалека она казалась ему выше. Увидев перед собой высокого парня, девушка растерялась и широко раскрыла глаза. Несколько мгновений они оба молчали. К своему стыду, Аджмаль обнаружил, что его руки дрожат и, кажется, краснеют щеки! Какой же позор!
— Привет, — она говорила так тихо, парню пришлось опустить ниже голову. — Уже поздно, я за сестрой. Скажи ей, что пора домой.
Странное дело, долгое время Аджма мечтал заговорить с девушкой. Он множество раз рисовал в мыслях их разговор, и вот она перед ним, а он и двух слов связать не может. Стоит и краснеет, как девица на сватовстве. Аделаида закусила губу, ей явно было неловко. Она не понимала затянувшего молчания. В то время пока девушка размышляла стоит ли снова попросить привести сестру, парень лихорадочно думал над темой разговора. В конце концов он выпалил:
— Ты любишь халву?
«Аллах, я в самом деле спросил у нее про халву?! Как можно было такое спросить! Ну, я и болван!» — мысленно ругал себя Аджма, вопросительно глядя на девушку.
— Прости… Не понимаю. Я просто…
— Халва. Сладость. Ну, наша сладость… Ешь такое?
Полячка неожиданно улыбнулась, на ее щечках показались милые ямочки. Аджмаль застыл. Он впервые видел ее улыбку.
«Она похожа на солнце… Почему же она так редко улыбается?» — стрелой пронеслась мысль, но он не решился спросить об этом вслух. Достаточно одного дурацкого вопроса про халву.
— Я не люблю халву. Для меня она слишком сладкая, — заключила Аделаида и снова попросила позвать сестру.
— Да, я позову твою сестру, — сказал парень, не двигаясь с места.
Он все стоял и стоял, глядя на растерянную соседку. Кажется, она уже даже начала сомневаться в его умственных способностях. Черт! Нужно было взять себя в руки! Он ведь мужчина в конце концов! И все же ему не хватало силы воли, он не мог отвести взгляд от полячки. Как бы ему хотелось, чтобы она снова улыбнулась!
— Ада! Сейчас приду! — маленькая Габриэль заметила сестру глядя в окно.
Волшебный миг развеялся. Аджма собрался и теперь выглядел излишне сурово. Поджав губы, он сдержанно кивнул Габриэль и поспешно закрыл ворота за соседями.
«Халва! Какой же я идиот! Я даже не смог позвать ее сестру! Она точно решит, что я умственно отсталый!» — всю следующую неделю Аджма будет краснеть, вспоминая свой неуместную растерянность.
8
Азиз,
Увидев в магазине свою любимую клиентку, Азиз не смог сдержать эмоций и поднял маленькую Габриэль на ручки. Всем известно, какая у египтян большая слабость к детям. Осыпая девчонку комплиментами, он протянул ей с полки горсть конфет. Габриэль смущенно улыбалась и вежливо отказывалась.
— До чего ж ты смешная! Все время извините и спасибо. Бери! Кому говорят! Обидеть хочешь старого Азиза?!
Габриэль помотала головой и взяла конфеты. От чего Аделаида засмеялась, запрокинув голову назад. Дядя Азиз тоже смеялся и весело шутил о том, какая бесполезная в мире штука вежливость.
— Кому она нужна! Только время тратить на спасибо! Дали, хватай пока дают!
От смеха Аделаида раскраснелась. Дядя Азиз по-доброму шутил про соседей. В этот самый миг, помог маленького магазина переступил Аджма. Спасибо матери, которая отправила его за нутом! Зайдя в магазин, он сначала услышал хриплый и мягкий смех, а потом увидел Аделаиду.
Парень громко поздоровался и прошел к витрине с крупами. Нарочито медленно выбирая нужное и прислушиваясь к каждому слову, он разглядывал полячку. Сегодня на ней было просторное серое платье и голубой платок на голове. К его недовольству больше всех горланил Азиз, и парень, как ни старался не мог расслышать, что отвечает продавцу Ада. Глядя на полячку, он упустил из виду ее сестру, а она тем временем уже стояла возле него, серьёзно глядя на него своими огромными глазами.
— Здравствуйте. Бейхан дома?
— Привет, Габри. Она носится по двору. Как вернусь, передам, что ты ее искала.
— Пусть она к нам вечером придет. Мама пирог печет.
— Хорошо, отправлю ее к вам на пирог! — парень улыбнулся, когда малышка кивнула его словам.
— Габриэль, пошли, я жду тебя, — раздался голос сестры, и девочка тут же принялась прощаться.
— Подожди, — Аджмаль купил леденец в форме сердца и протянул ребенку.
Аделаида нахмурилась, но ничего не сказала. Аджмаль поджал губы. Может надо было два леденца купить? Как-то некрасиво вышло.
— Я больше не буду ее брать с собой. Она видимо, выходит для того, чтобы выпрашивать конфеты.
Дядя Азиз громко засмеялся.
— Детей нужно радовать! — сказал мужчина и занялся покупателями.
Габриэль поблагодарила парня, и взяв сестру за руку, направилась к выходу. Напоследок, она обернулась и помахав леденцом Аджмалю, улыбнулась.
— До чего эти девочки хорошие! МашАллах! Дай им счастья! Чтоб они много света в жизни видели и забыли горести! Хоть и полячки, а как будто наши! — нахваливал дядя Азиз сестер пока взвешивал нут.