Крести
Шрифт:
Я знала, что он имеет в виду. Позволить ему войти в мой мир на постоянной основе и заполнить его собой. Позволить снова делить со мной постель. Позволить вернуться и попробовать еще раз. Позволить быть моим мужчиной.
Конечно, мне, видимо, мало в жизни проблем. Мне мало маньяков, криминальных гениев, непонятной теории в голове, подавай еще и те же грабли. Нет, я что, реально собираюсь дать ему зеленый свет? Боже, ну что со мной не так?
– Прости меня, - неожиданно прошептал Шерлок. Черт возьми, он не сдается. Никогда не сдается.
– Я уже простила тебя, - призналась я. – Простила, когда
– Тогда… Я не понимаю, что тебе мешает, - нахмурился Шерлок.
Действительно. Хороший вопрос.
Он ошибся, и, пусть не сразу, но извинился. Я обиделась, но, пусть тоже не сразу, простила. Он хочет меня, я хочу его, и оба мы говорим не только о физиологии.
– Ты все еще мне не доверяешь? – попробовал Шерлок нащупать камень преткновения.
Я вспомнила, как он подал мне платок в допросной. Как подверг тщательному осмотру мою губу и следы от наручников. Как нес на руках в комнату, и как лег позади, крепко обняв и просто присутствуя. Как решил проблему с безопасностью дедушки и ради этого пошел на какую-то сделку с братом, находясь с тем отнюдь не в теплых отношениях. Как ворвался в траурный зал, весь на взводе из-за беспокойства за меня.
Все эти «как» говорили только в пользу одного. Я была важна Шерлоку. И пока я тихо осознавала это, перестав дышать, его глаза, так и не отпустившие мои, сверкнули догадкой.
– Тебе нечем крыть. Больше нечем, - низко проговорил он. – Единственная препона между нами – твоя обида, но теперь ты знаешь, сама признала, что простила меня. Значит, остался только твой страх обжечься снова.
Вернее, разбиться об лед.
– Да, - выдохнула я, признавая его правоту.
– Знаешь, что делают со страхом? – приподнял бровь Шерлок, и голос его превратился в нечто хриплое и темное, то, от звучания чего между ног началась пульсация. – С ним борются.
Я не успела что-либо сказать, да и не знаю, собиралась ли я что-то говорить. Его губы жадно опустились на мои, уверенные руки стали клеткой для тела. Той, в которой хотелось находиться. Мои ладони скользнули вверх по его груди, задевая голую кожу, и сцепились за шеей, захватывая немного влажных вьющихся прядей.
Жадно и дико я ответила на его поцелуй, лишь в эту секунду понимая, как изголодалась по этому мужчине. Языки сплелись, но жаркая дуэль взглядов не нашла в этом своего окончания. Его глаза затягивали так, как никогда не смогли бы губы, ведь что такое захваченная плоть в сравнении с захваченной душой? А именно это они и проворачивали со мной, обещая, заманивая и поглощая.
Трясина в пустыне, топь в волшебном лесу, прорубь под с виду толстым слоем льда. Смысл един: в один момент я шла уверенно и безопасно, а в другой у меня уже нет выхода и за края здравого смысла хвататься бесполезно. Что ж, тонуть, так на своих условиях.
Перехватив меня поудобнее, Шерлок развернулся так резко, что мы едва не зацепили косяк и не полетели вниз по лестнице. Отстранившись, я судорожными вздохами и мазками губ покрывала его шею, пока сильные длинные пальцы музыканта играли на моей коже, проникнув под халат и шелковую сорочку. Холмс толкнул ногой дверь в свою комнату, и тем же способом закрыл, едва мы зашли.
Опустив меня на кровать, Шерлок
Очередная жаркая встреча наших губ, его пальцы танцуют на моем позвоночнике, посылая волны мурашек, расходящихся по телу, как круги по воде. Мои старания ответить тем же вызывают стон, от которого все внутри натягивается как струна, я чувствую себя одним обнаженным нервом.
– Шерлок…
Понятия не имею, каким должно было быть продолжение, но для Холмса это не секрет. Он опрокидывает меня на матрас, и наши обнаженные тела соприкасаются. Плотно, тесно, до упора, но пока еще не соединяются. Пока хочется просто этой тяжести, хочется помучить себя, зная, что это предфинишное ожидание иногда слаще, чем в миг пересечения черты.
Поцелуи становятся все короче и отчаянней, в них нет нежности, но много тоски и страсти, которой мы пытаемся лечить разлуку. Шерлок приподнимает меня, просовывает руки под лопатки, и его губы путешествуют вниз, по горлу и к ключицам, от них к груди… И там они задерживаются, акцентируя внимание на сосках, по плотности сейчас сравнимых лишь с его мужской твердью, упирающейся мне в бедро. О, да…
На долгую прелюдию нас не хватает, и это становится очевидно, когда малейшая смена его положения надо мной вызывает дрожь и заставляет промежность пульсировать и едва ли не искрить. Мне нужен Шерлок. Я хочу Шерлока. Прямо сейчас. Немедленно и надолго.
Возможно, я сказала это вслух. Возможно, он научился читать мои мысли.
Одно резкое, стремительное и уверенное, совершенно шерлоковское движение, и мы уже не существуем отдельно друг от друга. Теперь мы целое. Ритмичное, быстрое, яростное и чертовски требовательное целое. И, кроме того, удивительно синхронное.
Мой выдох рождает его вздох, мое отклонение означает его притяжение, его спуск – мой подъем и наоборот. Пальцы мнут кожу, стоны, тяжелые, из самой глубины, переплетаются в этом мизерном, едва ли заметном, пространстве между нами, и все чего мне хочется, так это БОЛЬШЕ. Больше всего: глубины, скорости, касаний, шепота, больше Шерлока.
И Холмс дает мне это, после чего мое затуманенное дымкой экстаза сознание подняло вопрос о его принадлежности к касте смертных и вернуло старые подозрения об инопланетном происхождении. Правда, все это вскоре потускнело и стерлось за пенной волной наслаждения, сотрясшей меня до самых истоков.
– Шееееерлооооок!
Детектив не был так громогласен, однако его тихий шепот в шею был куда весомее, чем мой, пусть и полный протяжных гласных, вскрик:
– Моя Кармен.
========== Глава 35 Заново ==========
Я успела подзабыть, что такое просыпаться с Шерлоком. И, видимо, останусь с легкой амнезией по данному вопросу, потому как проснулась одна. В его комнате, в его кровати, накрытая его одеялом и уткнувшись носом в его подушку, но одна.
Сонно додумав эту мысль, в следующий момент я широко распахнула глаза, повторяя ее про себя еще раз. Черт. Черт-черт-черт.