Крест поэта
Шрифт:
в тех трехрядных, трехструнных заречных ночных голосах.
Все-то кличет меня за ворота сырая гармонь,
все горит на болоте приветный осенний огонь.
Все-то бабка колдует и дымные травы варит,
“И тебя не минует!” — мне гиблую долю сулит.
И меня не минует последняя эта весна,
что в кибитке кочует, а щеки белей полотна.
И меня не минуют железной дороги огни.
Кто мне руки целует, не видя, как пусты они?
Я
кто погиб не на шутку, особенно нынче речист.
Эта мощь, эта слабость — ужели для жизни дана?
Наливай же, анапест, щербатую чашу вина!
Тяжело читать, тяжело думать, что подобные строки Татьяны Глушковой “неприятны” рассадиным, мальгиным, коротичам, сарновым, Ивановым, Латыниным, всем, кто здравствует под русскими псевдонимами, но без русской боли, всем, кто вместе со своими уезжающими и улетающими сородичами презирает седую русскую землю, оплаканную непотухающими обелисками на курганах.
“Это народ с искаженным национальным самосознанием”...
“Русский характер исторически выродился, реанимировать его — значит вновь обрекать страну на отставание, которое может стать хроническим”... Кто так говорит? Так говорят “не фашисты”, так говорят “не расисты”. А кто? Так говорят “демократы”, так говорят “патриоты”, то и дело заглядывающие в чужую лакомую тарелку.
Даже плачущая русская душа для них — “агонизирующая” душа. Даже русская культура для них — “накраденная” культура. О, как воронклюво чуют они собственную безопасность, когда в защите русского брата они не нуждаются, когда по любому микрофону “Свободы” заработать доллары легко, а предать Родину еще легче: никого не осудили за двуличие, за подлость, наоборот — иные вчерашние клеветники, изменники вертятся на трибунах, как на толчках, утверждая свою “горбатую сущность”, свой продажный пыл. Но:
А слово, нами молвленное здесь,
единственную выбрало отчизну.
Их возмущает Глушкова. Их возмущает Распутин. Их возмущает Бондарев. Их возмущает Белов. Они по-скорпионьи ненавидят Куняева, Проскурина, Иванова, Лобанова, Бондаренко, ненавидят всех, у кого под сердцем — Россия...
Геннадий Жаворонков в “Московских новостях” заклинился на “фашизме”, и Павел Гутионтов в “Огоньке” заклинился на “фашизме”. На каком? На “русском фашизме”, на “русской” угрозе! На митингах собираются “фашисты” из “Памяти”, кругом — “русские фашисты”...
* * *
Что же “фашистского” в моем выступлении, произнесенном 27 января 1990 года в Останкино? Привожу выступление полностью:
“Русские, не забывайте: мы и сегодня — великий народ, объединяйтесь! Русские, кто одурманивает, растлевает наших детей? Кто оккупировал наши газеты, радио, экраны, театры, институты, суды, магазины, рынки? Оглянитесь и опомнитесь!
Русские, не прощайте измены и трусости высокопоставленным русским христопродавцам! Помогайте верностью и добротою соседним народам-россиянам! Наши сыновья-солдаты, домой из бакинско-карабахского огня, домой! Славяне, россияне, мы не жандармы, жандармы те, кто посеял подозрение и смуту, те, кто запоздалыми решениями вверг нашу страну в хаос и мракобесие!
Да здравствует бесстрашная борьба за Российскую Партию, за Россию! Долой базарный, пошлый космополитизм! Долой инквизиторский сионизм! Долой сфабрикованный провокаторами антисемитизм! Долой погромную культурную революцию нового Мао! Долой осмеяние, клевету, коллективное безмолвие! Долой неудержимое, мокрое, трибунное словоблудие, пайковую икру, бриллианты, путешествия за наш счет!
Да здравствует Фронт Национального Спасения России! Русские, россияне, создадим такой Фронт! Спасем Россию, ее народы и все наши республики от параноидальной склоки, свары, резни! Спасем Родину от крушения! Изберем в президенты России чуваша Аркадия Айдака, защищающего нас, русских, от сионистского ига!
Да здравствует борьба против преступной пропаганды ненависти к русским! Читайте, изучайте, разоблачайте антирусскую, сионистскую печать гранитных властолюбцев-христопродавцев, рассказывайте ее расистскую суть детям, братьям, сестрам, отцам, дедам, готовьте россиян к борьбе! Учитесь бороться на обманутой русской доле, русской обильной крови! Нас превращают в нацию-инвалида, в народ-калеку! Тайное удушение России продолжают планетарные негодяи! Они уничтожают наши деревни, на их месте оставляют братские могилы и обелиски! Мы уже — безземельные палестинцы!
Требуйте немедленного безвозмездного расселения беженцев-россиян на землях матери-России, в пустых домах, этих ослепших памятниках кровавой сионистской вакханалии: памятниках террору над русскими, памятниках геноциду! Дома развеянных россиян прибирают к рукам торгаши-бандюги! Россияне, возвращайтесь на землю, рожайте детей! Создадим фонд помощи беженцам-россиянам!
Коммунисты-россияне, поднимайтесь за спасение России! Воины-россияне, поднимайтесь за спасение России! Чекисты-россияне, поднимайтесь за спасение России! Рабочие, крестьяне, интеллигенты, поднимайтесь за спасение России!
Россию спешат расчленить! Россию грабят! Из юношей-россиян делают безденежных пьяниц, из девушек-россиянок делают интерпроституток! Не верьте политиканам-болтунам! Не верьте политиканам-космополитам! Не верьте политиканам-сионистам! Не верьте политиканам-христопродавцам! Русские предатели опаснее сионистов, называйте их громко!
Труд наш — Россия! Воля наша — Россия! Боль наша — Россия! Жизнь наша — Россия! Высшая награда наша — принять смерть за Россию! Россия — россиянам! Свет и доброта России — всем! Победим или умрем за Россию! Ура!
На Руси родиться — распроститься
С радостью и с дедовским крестом.
На Руси родиться, как явиться
Атаманом или же Христом.
Если снова ангелы и черти
Нагло оседлали бунтаря,
На Руси недалеко до смерти,
До расстрелов, проще говоря.
На Руси мятеж не больше лета,
Он к зиме кончается тоской.
На Руси благодарят поэта
Гробовою черною доской.
На Руси никто не отвечает
За себя и целые века.