Крайние меры

Харпер Хелен

Она кивает головой.

— Я думаю, что сейчас она свободна. Алан закончил разговор с ней, пока тебя не было.

— Я так и сделаю, — я и не подозревала, что поблизости есть настоящий психолог, и что это не просто уловка, чтобы я могла встретиться с Арзо. Я стараюсь не слишком обижаться на то, что мне так и не предложили с кем-то поговорить. Может быть, Майкл или Арзо слишком боялись, что я проболтаюсь.

Я выдавливаю из себя улыбку в сторону Бет, затем прохожу мимо неё, стараясь не набирать скорость и не бежать. Я начинаю паниковать по

поводу её комнаты. Комбинезон был таким же мятым, как и тогда, когда я вошла? Я чертыхаюсь. Мне нужно найти этого чёртова Майкла и поговорить с ним как можно скорее, независимо от того, пытается он избегать меня или нет.

Я быстро сбегаю по лестнице как раз вовремя, чтобы увидеть, как мимо проходит тот самый мужчина, который мне нужен. Он окружён группой вампиров, большинство из которых кажутся мне знакомыми. Однако, в отличие от моих товарищей-новобранцев, все они сопротивлялись моим попыткам подружиться с ними. Думаю, не имеет значения, человек ты или вампир, ко всем новичкам во всём мире относятся одинаково отстранённо и подозрительно.

Когда Майкл замечает меня, его лицо застывает, и он быстро отводит взгляд. В чём, чёрт возьми, его проблема? Я решаю, что с меня хватит. К чёрту вампирские приличия, мне нужно с ним поговорить.

— Мой Лорд! — зову я.

Несколько его прихлебателей смотрят в мою сторону. Чёртов Майкл Монсеррат игнорирует меня и продолжает. Я настаиваю.

— Лорд Монсеррат! — я набираю скорость, приземляюсь с тяжёлым стуком у подножия лестницы и подбегаю к группе. Когда он продолжает игнорировать меня, я обхожу их и преграждаю ему путь, так что ему приходится остановиться. Я игнорирую оскорблённые выражения на лицах других вампиров. — Лорд Монсеррат, мне необходимо поговорить с вами.

На его гладком лбу появляется тонкая морщинка.

— Кто ты? — спрашивает он.

— Бо, — говорю я, продолжая притворяться. — Мы познакомились несколько дней назад. Я одна из новобранцев.

— Ах, да. Чем могу быть полезен, Бо? — его голос спокоен, но я чувствую, что за ним скрывается много более глубоких эмоций, и ни одна из них не очень позитивная.

— Я хочу подать жалобу.

Вампирша, стоявшая прямо за ним — безупречно причёсанная женщина — делает шаг вперёд.

— Тогда вам нужно обсудить это с директором программы. У Лорда Монсеррата нет времени.

Монсеррат поднимает правую руку, и женщина замирает. Я стараюсь не злорадствовать.

— Нет, всё в порядке, Сюзанна. Я могу уделить тебе несколько минут, — несмотря на спокойное выражение лица, в его глазах появляется мрачная тень. — Встретимся в моём кабинете через полчаса, — говорит он мне. — Надеюсь, ты сможешь найти дорогу?

Я киваю головой и бормочу «спасибо». Затем я вспоминаю о своём дедушке и приседаю в реверансе. Монсеррат смотрит на меня так, словно не уверен, шучу я или действую серьёзно. Прежде чем он успевает возразить, я отхожу в сторону и позволяю ему и его свите пройти мимо.

Сорок минут спустя я всё ещё прохлаждаюсь у дверей его кабинета. Раздражение

постепенно перерастает в полномасштабный гнев. Как раз в тот момент, когда я собираюсь отправиться на его поиски, он появляется. На этот раз он один, но его лицо остаётся непроницаемой маской. Я знаю, почему он меня раздражает, но понятия не имею, почему он так сдержан со мной. Он открывает дверь и отступает в сторону, пропуская меня вперёд. У меня покалывает затылок, и я думаю, не почувствую ли я, как нож вонзается мне под лопатки. Однако нападения не происходит. Я сажусь на один из стульев напротив большого письменного стола и жду, пока он устроится поудобнее.

— Так в чём дело, Бо?

Я смотрю на него, не веря своим ушам.

— Ты шутишь, да?

Он отвечает мне непонимающим взглядом. Я встаю, отталкиваю ногой стул и свирепо смотрю на него, уперев руки в бока.

— Какой смысл искать себе шпиона, если ты собираешься игнорировать меня? Я уже несколько дней пытаюсь привлечь твоё внимание! Ты, кажется, вообще забыл о моём существовании! Я отдала свою жизнь за это дерьмо! — мой голос высокий и опасно близок к крику. Мне всё равно.

Он откидывается назад и невозмутимо смотрит на меня; если я — шипящая кошка, то он — хладнокровный лев, лениво наблюдающий, как кто-то из его прайда впадает в неистовство.

— Ты что-нибудь выяснила? — спрашивает он.

Я складываю руки на груди.

— Да, чёрт возьми, я выяснила. У Бет в комнате под кувшином спрятан какой-то странный порошок. Это явно контрабанда и, вероятно, физическая версия дурацкого заклинания О'Ши. Тебе нужно немедленно взяться за неё и выяснить, что именно происходит и кому она отвечает.

Его раздражающе не смущают мои новости.

— Которая из них Бет?

— Блондинка. Туфли на высоком каблуке.

— А-а, — на его лице мелькает улыбка, что ещё больше выводит меня из себя. — Мы это проверим, — говорит он мне. — Теперь ты можешь идти.

— Я никуда не собираюсь уходить. Несколько дней назад я попросила телефон и доступ в интернет. Мне это нужно, чтобы продолжить расследование, — я протягиваю руку, как будто жду, что он волшебным образом уронит в неё мобильный телефон. Я знаю, это смешно, но мне всё равно. Его апатия так злит меня, что я даже не могу нормально видеть.

Он пожимает плечами.

— Я посмотрю, что можно сделать.

— Почему у меня такое впечатление, что ты не будешь утруждаться? — настаиваю я. — Что именно здесь происходит?

— Ты мне скажи, Бо, — говорит он. — Что происходит?

— Что ты имеешь в виду?

— Я полностью доверяю Арзо, — говорит он. — И когда он предположил, что у тебя будет больше шансов внедриться в любую формирующуюся группу, я согласился из-за доверия к нему.

Осознание того, что моя вербовка была идеей Арзо, причиняет боль, но я стараюсь этого не показывать.

— И что?

— Мэтью пришёл в сознание.

— Значит, он жив?

Монсеррат не моргает.

— Тебя это беспокоит?