Красотки кабаре
Шрифт:
На этом вдохновение истощилось – он бросился на кровать и сомкнул глаза. Вульф не думал, что сможет заснуть, однако то, что произошло, поразило его до глубины души. Он не просто сумел погрузиться в сон, но сделал это так, что не утратил сознания. Подобное явление – сон, в котором сознаешь, что спишь, – посещало его крайне редко. Удивительнее всего было то, что он стал делать во сне, едва увидел в нем ту, которую так «коленопреклоненно боготворил» наяву, обращаясь к ней с посмертным посланием. Да, прав Фрейд, что в сновидениях снимаются всякие моральные запреты! Вульф грубо набросился на Эмилию, повалил ее на землю и, бормоча
Глава 20
Прощание
Невыспавшимся, скованным от внутреннего напряжения и при этом решительно-злым явился Вульф на место дуэли. «Скорее бы все кончилось!» – именно эта мысль подстегивала его взвинченные нервы. Или спокойно вернуться домой и дать отдых усталому телу, или достойно закончить свой странный жизненный путь, и тогда позаботиться о его теле придется не собственной душе, а другим людям.
Летним июльским утром знаменитый Венский лес был великолепен. Веселый щебет птиц, изобилие призрачной, небесно-голубой, и земной, сочно-зеленой, свежести, упоительный горный ветерок с ближайших отрогов-Альп – все это поневоле настраивало душу на беззаботный лад, заставляя ее жадно впивать всю эту ч райскую прелесть жизни. В такой прекрасный день просто не может случиться ничего ужасного!
Всю дорогу, пока он ехал в фиакре, да и потом, отпустив кучера и углубившись в одну из аллей, Вульф насвистывал свой любимый вальс Штрауса – «Сказки Венского леса»: «Та-ри ра-ра pa-рам пам-пам, та-ри papa pa-рам пам-пам, та-ри ра-ра pa-рам пам-пам, та-ри ра-ра ра-ра пам-пам…» Странное дело, но этот изумительный гимн красоты, счастья и веселья сейчас звучал в его душе наподобие боевого гимна – воодушевляющего и бравурного. Скорей бы дуэль – ну и задаст же он сейчас этим твердолобым воякам!
Миновав один из указателей, Вульф свернул на тропинку и, пройдя еще несколько минут, оказался на небольшой, освещенной восходящим солнцем поляне. По ней, то сходясь, то расходясь, прогуливались три фигуры: две в красных гусарских мундирах, одна – в мундире белом, украшенном пышными аксельбантами. Во время вчерашних переговоров с Хартвигом Вульф на минуту отлучился из номера, спустился вниз и позвонил доктору Сильверстоуну – единственному своему венскому знакомому, которого бы он мог пригласить на роль секунданта. Однако к телефону никто не подошел, поэтому пришлось согласиться с предложением Хартвига о том, что и второй секундант тоже будет со стороны Фихтера. Тогда Вульф отнесся к этому небрежно – какое значение имеют все эти формальности, если он все равно не умеет стрелять? Но теперь, увидев на полянке трех человек в военной форме, он вдруг оценил эту зловещую картину по достоинству: «Похоже на казнь русского шпиона!» Тем не менее элементарные правила мужества требовали самого беззаботного вида.
– Простите, господа, – весело заговорил Вульф. – Но если верить моим часам, я пришел вовремя – ведь сейчас ровно десять часов?
Незнакомый ему офицер в белом адъютантском мундире с аксельбантами первым взглянул на свои часы, после чего молча кивнул головой.
– Позвольте вам представить – капитан Альтенберг, – церемонно произнес корнет Хартвиг. –
Вульф учтиво поклонился. Лейтенант Фихтер стоял чуть поодаль, боком к нему, делая вид, что рассматривает верхушки деревьев.
– Поскольку причина, послужившая поводом для дуэли, является слишком серьезной и ни о каком примирении речи быть не может, – продолжал сурово корнет, – мы, как я полагаю, можем незамедлительно приступить к делу?
– Разумеется, я только этого и хочу, – решительно отвечал Вульф.
– Прекрасно. Однако я с прискорбием вынужден предупредить вас о небольшой проблеме.
– О чем идет речь?
Корнет Хартвиг слегка замялся.
– Дело в том, что один из дуэльных пистолетов оказался неисправен, а отдать его мастеру, ввиду недостатка времени, было невозможно…
– Ну так что?
– Не согласились бы вы, господин Вульф, стреляться из обычных армейских револьверов?
– Не имею ничего против.
– Значит, дело улажено, – с таким облегчением вздохнул Хартвиг, словно бы отступление от дуэльных правил тяжелым бременем лежало на его душе. – Расстояние мы уже отмерили – согласно нашему вчерашнему уговору, оно составляет двенадцать шагов. – Корнет кивнул на две воткнутые в землю сабли. – Ваш револьвер передаст вам капитан Альтенберг. Стрелять будете стоя у барьеров по моей команде. Теперь еще один вопрос, который мы вчера не обсуждали, поскольку понадеялись на наличие дуэльных пистолетов. Сколько патронов заложить в барабан?
Возникла неожиданная пауза, во время которой Вульф и Фихтер впервые обменялись взглядами. Сергей небрежно пожал плечами и уже хотел было произнести нечто вроде: «Да хоть набейте этот барабан до отказа», но лейтенант опередил его:
– Я полагаю, что поскольку господин Вульф рассчитывал на один выстрел, то мы не вправе обманывать его ожиданий. Поэтому, если он не возражает, одного патрона будет достаточно.
«Интересно, – еще успел подумать Вульф, – он так метко стреляет, что надеется ухлопать меня с одного выстрела, или же в нем заговорила совесть? Ведь я же предупреждал его, что вообще не умею стрелять…»
– Да, я согласен, – заявил он, – тем более что инициатива дуэли исходила от господина лейтенанта.
– Ну что ж, – с некоторым разочарованием произнес корнет Хартвиг. – В таком случае вопросов больше нет.
Он отошел к Фихтеру, в то время как к Вульфу приблизился капитан Альтенберг, державший в руках револьвер. Прежде чем передать его Сергею, он открыл барабан, высыпал оттуда пять патронов и аккуратно спрятал их в карман мундира.
– Меня предупредили, что вы не умеете обращаться с оружием… – с полувопросительной-полуутвердительной интонацией произнес он, на что Вульф согласно склонил голову:
– Увы!
– В таком случае соблаговолите взглянуть сюда. Этим движением я взвел курок, после чего вам осталось только навести дуло револьвера на своего противника, ориентируясь по мушке на конце ствола, и плавно, задержав дыхание, нажать на спусковой крючок. Если вы сделаете это одним рывком и слишком быстро, то пуля уйдет вверх, не задев вашего соперника. Надеюсь, что у вас достаточно крепкие мышцы, так что когда вы будете держать револьвер на вытянутой руке, она не будет дрожать. Не вытягивайте ее до конца, пусть рука будет чуть согнута в локте. И еще – старайтесь целиться в туловище, попасть будет легче.