Красный

Нуар Жаклин

Святое дерьмо. Ободок вокруг радужки стал темнее!

Сердце бешено колотилось, я медленно подошла ближе к зеркалу и наклонилась так близко, как могла.

Хм. Ничего. Глаза выглядят нормально. Я наклонила голову влево, потом вправо, разглядывая каждый глаз поочередно.

Ничего.

Должно быть показалось.

Тетя пыталась очистить мое тело от грязи после нападения, но в некоторых местах моя бледная кожа все еще покрыта ею. Я до сих пор коротышка. И слишком худая, так как еда не являлась

для меня главным приоритетом в течение последних нескольких недель. Губы по-прежнему слишком большие для моего лица. В целом, я та же Сэди.

Так почему же я чувствую себя так странно?

Я направилась к ванной, дождалась, когда она полностью наполнится горячей водой, и скинула оставшуюся одежду.

Затем выключила воду, добавила расслабляющие масла и погрузилась в ванну. Прохладный ветерок веял из открытых балконных дверей. Ах, идеально. Спокойствие — именно то, что доктор прописал.

Безмятежно полежав несколько минут, я стала мыть свое тело с головы до пят, так тщательно, как это возможно с одной рабочей рукой. Вымывшись, я добавила горячей воды в ванну и откинулась назад, вдыхая аромат лавандового масла.

Моя голова склонилась набок, а веки отяжелели от воздействия лекарства, и мне стало спокойно. Очень спокойно.

Слишком спокойно. Помню, доктор Сноу сказал, что лекарство может вызывать сонливость, но такого я еще никогда не испытывала. Может быть, это смесь лекарства и истощения, кто знает, но мое тело вдруг превратилось в желе. Как будто я под действием наркотиков. Я счастливо вздохнула, позволяя себе и дальше погружаться в блаженное расслабление.

Теплая рука заскользила по моей ноге.

Мои веки затрепетали, они казались слишком тяжелыми и мне было сложно открыть глаза. Так или иначе, мне все же удалось открыть их наполовину и попробовать сосредоточиться на том, что было передо мной.

Начал формироваться образ — серые глаза, прямой нос, темные волосы и сочные губы, за которые убьет любая женщина.

О, Боже. Это он.

Он.

— Привет, мой сладкий Рыжик.

Его рука двигалась по моей ноге; дарила ласки, такие мягкие, словно прикосновение перышка, затем его рука прошлась по лодыжке и двинулась вверх до внутренней стороны бедер.

Я задрожала.

Меня охватила паника. Я старалась бороться со своим бессилием, держащим меня в неподвижности, но тело не собиралось подчиняться мне. У меня не получалось двигаться достаточно быстро. Тело стало как ватное.

Что происходит? Это сон?

Помогите. Кто-нибудь. Кто угодно.

Почему я снова мечтаю об этом мужчине?

Губы онемели, когда я попыталась закричать.

Он, кажется, почувствовал мою тревогу и начал шептать успокаивающие слова гипнотическим тоном.

— Шшш, милая Сэди. Я сделаю все в лучшем виде. Ты уже начала замечать изменения в теле? Покалывание на коже? Как насчет дыхания?

Паника

буквально взорвалась внутри меня. Он описал все. Но как? Каждое изменение, которое я чувствовала. Он как будто прочитал меня, как книгу.

Его рука мягко касалась моей кожи. Кончики пальцев были грубыми и в мозолях. Я старалась бороться с дрожью во всем теле, хотя сердце заходилось в безумном ритме от страха. Каждый сантиметр плоти, к которой он прикасался, горел.

Тепло волнами проходило по мне. Паника начала сходить на нет. Ее сменило гораздо более сильное чувство. И это чувство заглушило все остальные, оставив меня…

Голодной.

Все мое тело, кажется, расцветало для него, плоть между ног пульсировала от его прикосновений.

Я желала, чтобы эти пальцы оказались там, где я больше всего хотела. Разумные мысли ушли, оставив только дикое, безрассудное и отчаянное наслаждение, от которого хотелось еще больше кричать.

Голова опустилась на край ванной, глаза закрылись, всю меня слегка потряхивало. Грудь отяжелела и ныла. Я все глубже опускалась в воду, в поисках его руки. Нежный поцелуй в плечо заставил мен приоткрыть глаза, и я увидела его пухлые губы на месте укуса.

Укуса, который оставил он.

Голод рвался из меня, и с губ непроизвольно сорвался стон.

Стон.

Я, черт возьми, стонала для этого парня.

— Я не закончил то, что начал вчера вечером, но не волнуйтесь, малышка. Я собираюсь закончить это в ближайшее время.

Его обещание темное и полное желания.

— Слава Богу, ты смыла запах этого ублюдка, иначе я не смог бы быть достаточно нежным.

 Тон его голоса напоминал рычание, а кончики пальцев показались более острыми, когда снова заскользили вверх по моей ноге.

Я дернулась в изумлении. Неужели это когти?

— Ч-что? — я тяжело дышала, изо рта вылетали скорее звуки, нежели реальные слова.

Другой рукой он выводил круги по повязке на моем плече и затем скользнул выше. Его ладонь легла мне на шею, крепко ее обхватывая, и он повернул мое лицо к своему.

— Если бы я учуял запах, который этот мудак оставил на тебе, я бы оторвал его чертову голову. Он уже прервал нас в лесу, держал тебя, касался и забрал тебя от меня. Только я могу прикасаться к тебе. Понятно?

О ком, черт возьми, он говорит? Я не помню, чтобы кто-нибудь прерывал нас.

Его хватка стала болезненной, но глаза продолжали держать меня в плену. Я никогда не видела так много оттенков серого, кажется, будто в его глазах бурлит водоворот. Словно внутри этих удивительных глаз бушует буря.

Его рука в воде ни на минуту не переставала двигаться, и эти ощущения не позволяли мне думать связно. Затем его рука начала чертить круги на верхней части моих бедер и осталась там.

Все это время он смотрел мне в глаза, как будто подначивал рискнуть побороться с ним.