Красный Бубен
Шрифт:
– Видение мне было такое. Приходил ко мне… тоже Илья Пророк под видом клоуна из цирка… Он сказал, что нам нужно сыграть с сатаной шутку, чтобы сатана от злости лопнул. – Он повернулся к Абатурову: – Много еще в подвале гробов?
– Да… с десяток, – удивился Абатуров. – А на что они тебе?
– А вот на что. Илья Пророк сказал мне: нужно, чтобы все спустились в подвал и легли в гробы.
– Зачем это?
– Зачем?.. – Хомяков подошел к иконе и посмотрел в лицо святому. Он почувствовал, что его сейчас снова вырвет. Ему показалось, что Илья злобно
– Странные какие-то методы! – сказал Мешалкин. – Что-то мне они не очень нравятся!
– А мне нравятся! – сказал Коновалов. – Остроумно! Ты юмора не понял!
Ирина смотрела то на икону, то на Хомякова, то обратно на икону. В ее голове что-то такое вертелось, но она никак не могла ухватиться… Картинка никак не складывалась. Хомяков заметил это, и пока говорили другие, он потихоньку приблизился к девушке и шепнул ей в ухо:
– А ты лучше помалкивай, целка американская! У себя в Америке будешь разговаривать!..
Ирина побледнела.
– Чего-то тут фигня какая-то, – сказал Скрепкин. – Но я, как все. У нас старшой есть, пусть он решает.
Абатуров заложил руки за спину, сдвинул брови и прошелся взад-вперед.
– Я полагаю, – если видение от Бога, то и нечего его обсуждать. Богу виднее! Мы все – только пыль на его ногах.
– Мусор, – поправил Коновалов.
– Сам ты мусор! – ответил ему дед Семен. – Пошли в подвал.
– А мы с дедом, – задержал его Хомяков, – должны остаться, чтобы творить молитву… Мы вам скажем, когда вылезать.
5
Ирина, Мешалкин, Коновалов и Скрепкин спустились в темный и сырой подвал, подсвечивая себе дорогу тусклой свечкой. Кирпичные своды местами побелели от плесени.
Ирина поежилась.
– Быр-р! – вырвалось у Юры.
Откуда он знает? —вертелось в голове у Ирины. – Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает?..
На столе стоял открытый гроб. Рядом стояла свежеоструганная крышка. Еще несколько гробов стояли один на другом у стены.
Мужчины поставили гробы в ряд.
– Ирина, – сказал Коновалов, – ты, как женщина, на стол полезай, а мы на полу ляжем… Или, если хочешь, мы с тобой вместе ляжем! Теплее так, и для сатаны оскорбительнее. Ха-ха!
Мешалкин скрипнул зубами.
Ирина не обратила на Мишкино предложение никакого внимания – ее голова была занята другим мыслительным процессом.
Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает? Откуда он знает?..
Она молча легла в гроб, и Юра с Леней накрыли ее
– Семен на гробах экономит! – говорил Коновалов. – Я еле влезаю в его изделие! Бляха-муха!.. Заноза в жопу вошла!
– Не матерись, Миша! – сказал Скрепкин, подражая голосу Абатурова. – Это на руку сатане!
– А что я сказал?! Наоборот, делаю вид, что тут кайф ловлю! Его это выведет из себя!
– Ага! – подтвердил Юра. – Он сблюет от этого, как Игорь Степанович!
Ирина вздрогнула. Она всё поняла! Она поняла, почему Хомякова стошнило в церкви! Хомяков– вампир!Она увидела, как Игорь Степанович стоял перед иконой и трогал свою шею, как будто она у него болела. Ирина увидела, как Хомяков натягивал повыше воротник. Теперь ей стало ясно, откуда Хомяков знает, что она разведчица! Это потому, что он подключен к информационным центрам сатаны!
Ирина похолодела. Там, наверху, сейчас происходит ужасное! То, что должна была сделать она, но не сделала, делает за нее Хомяков. То есть уже не Хомяков, а неизвестно кто. Переходное существо убивает старика Абатурова, чтобы отнять у него ключ от тайника, завладеть шкатулкой и доставить ее сатане!
Ирина секунду колебалась. Если она вмешается, ей несдобровать! В лучшем случае, ее разоблачат и посадят в русскую тюрьму! А в худшем… Об этом даже думать не хотелось…
Я должна!
Ирина уперлась руками в крышку гроба и надавила. Но крышка не поддалась. Ирина надавила сильнее. Изнутри гроба она не могла увидеть, что крючки, сцеплявшие крышку с дном, защелкнуты. Она не знала, что Юра Мешалкин, на всякий случай, накинул крючки на ее крышку и на крышку гроба Коновалова. Иногда ревность – плохой советчик.
Ирину охватил клаустрофобический ужас, она забарабанила по крышке кулаками и ногами и закричала:
– Помогите! Выпустите меня!
Первым откликнулся Коновалов:
– Ирина! – заорал он из гроба. – Что с тобой?! – Послышался глухой стук. Это Мишка хотел вылезти из гроба и больно врезал по крышке головой. – Ядрена палка! Гроб не открывается!
Тем временем Юра и Леня повылезали из своих гробов.
– Что случилось?! – крикнул Скрепкин.
– Не знаю! – откликнулся Юра. – По-моему, кто-то запер Мишку и Ирину.
Они подбежали к гробам и откинули крючки.
– Кто это сделал?! – заорал Коновалов, вылезая. – Жопу порву!
– Вот видите! – крикнул Юра. – Говорил же я, что не надо Хомякова слушать! С сатаной шутки плохи! Мы хотели над ним подшутить, а он подшутил над нами! Хорошо еще, что он нас с Леонидом защелкнуть не успел!
Ирина дернула Мешалкина за рукав:
– Хватит болтать! У нас нет времени! Хомяков – вампир! – Она побежала к лестнице наверх.
За ней бросились остальные. Они не успели разобраться что к чему, но по голосу Ирины поняли, что случилось что-то чудовищное. Такое чудовищное, что раздумывать не надо, а надо бежать.